Блог памяти Лёни Васильченко

Еще фотографии

2008-01-27T09:08:11Z

А это тоже Ленины фотографии и все, кроме последней тоже сделаны в Киеве. Последняя - в Орле, где-то там есть такое место.

Блог Лени Васильченко (окончание)

2008-01-23T20:34:36Z

Посты с 18 сентября по 8 октября. Не знаю, когда именно Леня удалил свой блог, но 11 ноября запись об этом есть в блоге Rovohlt http://rovohlt.livejournal.com/2007/11/10/ , а 14-го - Burlak13.

Интуиция

(Tue, 18 Sep 2007 08:35:15 PDT)

Идущий по периметру забвения,

Не знающий слов падения,

Прикрывающий глаза, словно птица.

Ведёт тебя по кругу

Твоя Интуиция.

Кусочек 1

Капает дождь. Залезает в воду и капает на землю. На земле лежу я. Как поляна. Лежит, как он, как я, а дождь капает на нас. Падает на листья, стекает по листьям, пахнет листьями. Я пахну листьями. (Спросить бы у Интуиции, она пахнет дождливыми листьями?)

Свежий лес. В лесу ларёк. Open. Продают хлеП. Продавщица одета в такой халат, из льна вытканный. Она всегда одета в этот халат сейчас. Её волосы убраны кактусово-березовым лугом в косы весны, в пряди лета, в красо-жёлтые кучеряшки осени, в бархатый зимний халат.

На полог леса спадает раста. Продавщицу зовут Интуиция. Скажет: «Oy, this is Intuiciya!» Муж её младший – актер-неформал (изм), старший – Бабочк Мозгопряд. Продавщица обслуживает души чудаковатых людей. Зам. Интуиции – девушки в туканистских одеяниях, не знают о ней на Севере. Она – их заместитель на Юге. Она – сова на ночных деревьях из манной каши из клевера. С утра, закрыв глаза и проспав в хвое чащи, идеи вырываются свободными птицами и искорками из крыльев жуков, из пуза Осы, из кваканья лягушки, из бега улитки, из барсука обыкновенного, но полосатого.

Кусочек 2

Суховей. Говорят, дед Бабочка Мозгопряда по младшему мужу Интуиции. Суховей говорит – что павлин сено жуёт. Курит жару, ходит дымкой-валенком по верхушкам сосен. Его весь лес знает. Даже я его знаю. Звери прячутся от него в погоне за ним, а то и водой обереги лакают да пьют из колодцев озер.

Суховей идёт – думай о воде.

∙ Мысль A на лодке в Амазонии;

∙ Мысль B на вершине Пирамиды;

∙ Мысль C прыгает с водопада;

∙ Мысль D воду святит.

Следовательно, пришёл Суховей – четыре мысли «хей!»J

Кусочек 3

ABCD – квадрат. Если ещё треугольничек сверху подрисовать – и домик получится. Твой домик.

Дождь прекратился. Запела птица. Ты поднимаешься с сырой земли и идёшь домой. Там, в домике, твоя Интуиция напоит тебя горячим чаем.

Октябрьское солнце, или мышка в шахте

(Wed, 03 Oct 2007 11:36:19 PDT)

Октябрь в моём городке солнечно начался. Неделю как без барабана – упал и кожа слезла(, но это не беда – иногда дают поиграть фрэнды. Сегодня и вчера были синие будни)), но солнце всё равно светило. Плюс 20 Цать. Как-то вечером, после дождя, в шутку сказал – а вот вдруг, мол, зимы не будет? после этого саншайт пятый день. Ночью звёзды – и фонари не нужны – ломоть луны, словно марсианский лимон освещает небо.

Выступали на нойз-концерте с этно программой плюс два варгана. Сотрудничество с другими стилями приносит свои лимоннные и апельсинные (солнечный диск це ж) плоды.

И это гут!!!)

Кстати, всем привет!

Ниже – рассказ, я его где-то полтора месяца назад написал. После него ещё один выложу.

Читаю Ричарда Баха – про хорька-писателя. Трогает душу. Может, лето в моём городе ещё продлится...

15.Zayaцъ

(Gothic-Noise Love Story)

Душа ДельфиниЧья,

Аминь!

Часть 1

уки-юки мышь кришнаит в шкафу живет

кеды грызет.

Фуфайка набекрень. Поляк-иммигрант года три в Боснии прожил, потом в шахте на Сахалине, и в Китай приемники собирать поехал, заодно и уму-разуму наbyраться. Ему кроты нравились. Он, бывало, возле норки на корточки сядет, и сидит смотрит, солнце заходит, а он всё смотрит, пока кротишка не вылезет. У него на пальце безымянном царапина была, потом прошла, правда. Выпить, бывало, любил эля травяного, и то иногда, не часто, а другое, говорит, «вредно – пахнуть будет, и бабочки павлиноглазки улетают в Прочь».

…удивляло галактическое

этот маэстро!

А жену англичанку нашел, она брит-рок и нойз слушала, любила японскую поэзию, Достоевского и нелинейную прозу. Тьёрни её зовут. Русые волосы и коричневое платье. Она любила брутальных неврастеников. Однажды поехала в деревню какую-то нашу, в лес, где свет с тьмою дружит, а он как раз там кротов изучал. Тьёр как увидела его, как он у норки дрожит, сразу же и полюбила. «Зайаць интьЭRьесTный какьой! RRR)». Он тогда за ночь промок – дождь шёл сильный, так она его обняла и дыханием согревала своим. Утро раннее было. Тогда он ей и сказал: «Знаешь, когда крот плачет, это значит, он умирает возле норки. Он выползает наружу и дышит все медленнее, тише. Он к Солнцу помирать выползает…Я чувствую, как улетает в Прочь его маленькая душа».

Она осталась жить с ним. Потом, правда, к дороге своей приучила.

ПопКорИмоЭтоТруша

ЛучшеВсехПаётГаркуша!

Они экспериментировали вместе. Он был ленивый, и всю аппаратуру доставала Тьёрни. Что-то покупала у старьевщика-хиппаря, что-то на свалке или нойз-развалах. Иногда даже детские игрушки покупала. «Какийе забьавныЙи! Ыы)!» Пищащие фигурки слоников, сломанные Ванька-встаньки, деревянные погремушки, дзэн-лягушечки и многое-многое другое. Они могли часами залипать на какой-нибудь вещи. Могли положить на пол кусок бумажки, или фантик от её любимых конфет, и разговаривать с этим фантиком или бумажкой на разных языках. Они даже придумали Театр Фантиков и Бумажек с замедленным развитием, посколько простой Театр уже был им знаком. Им было скучно с обычными фантиками и бумажками, а недоразвитые – это ещё смотря для кого!!( Фантики и бумажки из этого театра говорили на разных языках, Тьёрни только рот открывала, а галактический удивляло смотрел. Он был Наблюдателем.

Часть 2

чтобы сыграть в бисер,

надо сначала сыграть в классики.

Мальчишкой-шкетом он любил охоту. Он стрелял в животных жалостью. Знакомые мальчишки-шкеты говорили про него шепотом, так как он прожигал их взглядом, как в Сайлент Хилле[1]. Когда в прятки играли, он прятался дальше всех, то в оврагах в глубине леса, то на космодроме под ракетой, то в зубном кабинете в комнате Плохой Жужи. Шкеты находили его по огненной искорке в глазах. Бабки им даже костер разжигали, клали возле хвороста, и смотреть заставляли на муравьишек. Он жалел их так сильно, что хворост загорался.

В Приморье, где он раньше жил, ходила молва о странном звере, очень красивом и хитром. У зверя был огненный лисий хвост и большие, цвета карей бирюзы, глаза. Шкура зверя была фиолетовая. Питался он апельсинами и кусками резины. Местные деды кормили его кусками баянных мехов. Деды нажирались и разъёбывали баяны о деревья. Потом рвали меха и кормили существо. Апельсины привозили из Заморья тувинские девушки.

…краткое содержание «Войны и мира» –

«Ы»

(Из сборника «Пословицы и загадки

Детских садов и Академий Наук»)

Однажды За, а так звали нашего героя, жалел одну лягушечку, которая случайно прыгнула в муравейник. Это было на поляне. Вдруг За увидел ярко-рыжий хвост и фиолетовую спину за деревом в тридцати шагах к востоку. За понял – это его зверь. Теперь он будет жалеть его. За стало жалко красоту этого необычайного существа, его грацию, его пушистый хвост огненного цвета (а цветом кожи он напоминал зимнюю лунную ночь). И мальчик пошел за существом. Он шел долго, по дороге учился видеть его следы. За голодал, ел мох и жимолость, спал под открытым небом, но шел по следам все дальше, на восток. Иногда за углом показывался огненный хвост, и непонятное пятно коричневого цвета мерещилось за хвостом.

кулча Пуэбло макундос

тапочком сакраменто море переплыть!!!

Шло время, и постепенно, не сразу, ночь стала шкурой этого зверя, а хвост – творческим восторгом За. Следы стали Путем, да буде есмь, и только Бог видел странствование кроткого юноши, нервно дергавшегося телом и смотрящего в кротовые норы в надежде увидеть Смиренное, а не Страстное. Как аскеза, что приходит, чтобы накормить За, так и он сам, приходил к мысли, что весь восторг, всю влюбленность из прошлых жизней, он ранил своей чрезмерной жалостью, окрашивал краской чужеродности этого мира. За понял, что фуфайка его уже набекрень, и что пора ехать в другие страны. К этому времени он почти не разговаривал, и уже не прожигал никого взглядом жалости.

Часть 3

ПониМайШь

пиис

и зевотой

неПалЕстИной!!!

Когда Zayaць иммигрировал назад, на родину, то повсюду, во всех общественных местах, назревала кармическая революция. Без плакатов, без штыков и дубин. Политика «военного пацифизма», как бы я её назвал, штоб меня ата-та (рассказ готический), прочно держалась за руки в умах intelligent-народа. Люди сплочались для выхода в иные реальности, для постижения истинной природы естественным путем[2]. «Эдакий новый эйдж[3]», произнёс бы про себя Zayaць, перешагивая через русско-китайскую границу в кедах из чёрно-белого лопуха…

Ыше крыши дождь по мыши,

но у нас всё о’кей,

есьм саншайна самовар! J

Однажды За копал норку последней обители для очередного зверька. Пахло грибами и пищали комары. Муравьишки носили кусочки веточек на себе, а лягушечки прыгали к Солнцу с КВАзи-песенкой. И вдруг заяц увидел коричневое пятно за углом. За уже не обращал внимания на что-то мистическое, и недолго думая, погрузился в созерцание земляного холмика, где ждала пробуждения душа крота, животного, которое не видит солнечный свет. Но вдруг Zа услышал шаги в лесу. Шаги шли к нему, к Зайцу. Он поднял голову. Это было то самое существо, которое он жалел всю свою юность, которое он искал, за которым шел по следам.

Эпилог

У неё был огненный взгляд, эльфийское лицо. Внутри у неё была фиолетовая шерсть. Одета она была в коричневое платье. Её прекрасное лицо было в царапинах от веток. На вид ей было не больше двадцати. Это была Тьёрни. Она поцарапала его безымянный палец крестиком из веточки, который они вместе поставили на могилку подземного зайца черного цвета со слепыми глазами.

[1] (авт.) Silent Hill – такой голливудский блокбастер, снятый по мотивам компьютерной игры.

[2] (неЛат.) называйте это как хотите – без тела мы вряд ли отхлебнём из банки холодного пивка.

[3] (транслит) New Age – прогрессивное молодежное теCHEние

14.Улица Солнечной Системы

(Mon, 08 Oct 2007 12:02:56 PDT)

И люди всех пород и видов

Жили и бежали вдаль

В Подобии пыльцы

Цветущего созвездия.

Когда заходит Солнце и последние трамвай разрезает Млечный Путь, сквозь тусклые окна моей бензозаправки видна улица Солнечной Системы. Большая Труба на тот свет складывается в маленькую трубочку в руке ребенка.

Ребенок смотрит на звезды. Ребенок видит улицу Солнечной Системы такой, какая она есть для нас, её жителей – старая, родная, немного обветшалая и в то же время немного футуристичная, даже сказочная. Вот летит автобус – ракета. Ребенок радуется. На ракете люди едут на работу. Кто-то в школу, кто-то в банк, кто-то на аск. Ребенок ещё больше радуется. Глаза наполняет синева утреннего неба. Ракета останавливается и подбирает космических странников на каждой остановке. На холодильной базе Плутон можно подсмотреть замороженные манго и рис, там же живут Застывшие Дядьки, съевшие дулю, Застывшие Тётки, погрязшие под ношей мыльных опер. Солисты оперного театра не спеша давятся сочными пузырями, а сила южных стран превращается в дешёвый азарт на лоне каждодневных интеллектуальных сквотов у аквариумов Амфибий. Амфибии замораживают свои тела, чтобы пережить Большой Переход.

«…свои тела, чтобы пережить Большой Переход». Кумыс Котёнович Упанишадов на мгновение задумался, глядя из окна транспорта на ледышки, которые свисали с ушей и подбородков Ожидающих.

– Кум как ты думаешь, переходцы из фазы зачерствения переходят в кипучее состояние?

–Не, Миш, вряд ли. Они забвенные ожидающие. Если бы они перешли в кипучее состояние, они истратили бы всю свою энергию, нужную им для Перехода. Они стали бы Маяковскими Антарктики».

– Кум, а они позитивные?

– Нет, они никакие.

Tera asper ad Astra

Двери закрываются.

И трамвайчик-ракета едет к планете Уран. «Мой Ур-ран!», спел бы вокалист питерской группы Tequilajazzz. На Уране ничего особого нету, пару домов в этой части улицы заселены пятидесятниками, которые помешаны на тыквенной каше, и парой котов мышеловов, которые только и делают, что трезвонят во все колокола. Сквозь окно промелькнула трансформаторная будка.

– Ого, она «Ом» поёт

– А по моему, Че, она Кришну славит!

– Какая разница-то?

– Большая. Разница.

Двери открываются на той части улицы, где расположен магазин футболок с изображением дрэдов Боба Марли. Там же их и плетут. Зашел за футболкой – вышел с дрэдами, как у Боба Марли. Хотя вся разница в количестве. Хотя и качество вилки играет важную роль.

На Марсе подсели нью-эйджевцы. Со словами «Апельсины жирафа – по радуге на Харе харе моб», они сделали перекличку с востоком и крайним западом, потому что жирафы иногда забредают оттуда из Африки. Вообще, район Марса – особый. Когда-то местные жители повздорили с неместными, и завязалась бойня подушками. Но воздухоплавание и пацифизм одержали верх – внешняя политика осталась нетронутой, зато полярность Вселенной на порядок сместилась. Тогда же Аристотель Дао объявил:

Улица – что Солнечная Система,

Город? Ууу! Галактика отныне,

И Мир огромый – Вселенная, которая в тебе,

А что Ты?

Бесконечность Дао!

ПОЛОМАЛИПОЛОМАЛИТРАМВАЙЧИКсработала тревожная кнопочка. «Пик».

НЕБЕДАНЕБЕДАРЕМОНТТРАМВАЙЧИКОВКРУГЛОСУТОЧНО!

Пик Коммунизма. Почти Венера. Около него технику клинит. Это новое политическое течение – свободное сожительство в коммуне с распределением творческих обязанностей и свободой отношений, основанных на понимании мистичности в половых связях. Даже подаренный цветок в устах любимой был словно геометрический Цветок Жизни, словно Вечный Символ Начала. В словах возлюбленной, которую ждали Ожидающие-тьёрнисты.

Пол мыли порошком из натурального шалфея, смоченного в рисе и абрикосовой стружке. Секс был по настроению. Главой коммуны назначался тот, чьё сознание более всех вмещает чувства других. Такой «президент» создавал атмосферу,

Атмос молекулус ку клус клан

Ратмос молекулус там трам трам

Персидские уши в горячем суше.

Суши весла, Буш!

Это уже сфера деятельности сатириков – балагуров. Иногда они менялись местами с футуристами и брали на Сквоты Созидания людей других словопостроений. Опять же, атмосферу помогал строить отдельный Божественный Человек, в сознании которого всё это было.

Когда пролетали Сатурн,

Заскочили йоги,

Кольцевые тролли,

И эльфы.

Им нравилось быть

Со нами вместе.

А ты,

Где же ты?

Кто ты?

Ты ли?

Приближался район Сатурна, и Кум с Кумысом, знатоком древности, направились топ-топ к выходу. Хотя спокойно могли перелететь в мыслях. Но это было не в правилах в инструкции Трамвайчика. Потому что эти люди на планете Земля ой как любили прокатиться на этой железной штуке!

– Кум, а у тебя жена есть?

– Я же твой Кум. Кума – мне жена.

На Сатурне существовал культ Северных сияний. Медитации и кольцевого рождениия (не самое приятное занятие, потому что каждый раз рождаешься заново в тех же домах улицы Солнечной Системы) были апортом этих людов.

«…были апортом этих людов»

Большая Труба складывается в маленькую трубку.

«Алло, вы меня слышите?»

Ребенок смотрит наверх.

Ребенок хочет мороженого из ларька «Мороженое», что у Юпитера.

– О, грозный бог Юпитер, возьми мою кровь из пальца,

О, каратель неверных, снизошли мне эскимо с манго,

И даруй мир и покой

Не в ущерб миске (миссии то есть:)»

– Малыш!

– Мама! Жена! Сестра! Дочка!)

– Так, что-нибудь одно!

– Тьёр, что такое «язычество»?

– Заяц, это то, что тйы назьивЪайЭш малиновым вареньем в кладовке твоей прошлой ЖьЫзТьни. Вот.

– О, Тьёрни Венера)

– У, Заяц Венер)

Взошло Солнце, и теперь на улице Солнечной Системы светло. Наступила неделя гостей.

И это значит, что мы идем навещать друзей с других улиц.

Ленин блог (продолжение 2)

2008-01-23T20:21:50Z

Записи с 23 августа по 16 сентября.

Конец Света, или продолжение следует…

23rd-Aug-2007 01:10 am

Ну всё, старецъ, мне пора…

– Привет

– Привет.

– Как ты изменилась…

– И ты…как изменился…постарел…

– Ты думаешь?

– По моему, да. Посмотри в зеркало. Раньше ты моложе был…

– Да? Хм… Может быть. А мне кажется, я просто оброс J

– Хм…посмотрим…Ну кА, сними бороду…Так-так…И правда, такой же, как в тот раз J

– J

– Или нет… Нет, по-моему, все же постарел…Да, есть немного…

– Зато я тебя люблю так же.

– Ты думаешь? А почему ты сказал, что я изменилась?

– Просто так, в голову пришло. Я пошутил.

– Неудачно. Так не шутят. Ты знаешь, что завтра Битлы выступают, в парке?

– Ой, совсем забыл. Надо сходить.

– Надо. Позвони мне с утра, ладно? Только не проспи опять, а то буду так же шутить. Ты можешь годами шутить и бородой укрываться, как старецъ…

Помнишь то время, когда ты старцем был? Ты тогда ещё в школе учился. Стихи писал. Маленьким старцем ты был. Первый этап. Тут же постарел. Борода начала расти сама. Стоило только начать мечту мучить, в клетку загонять. И эта клетка сама потом захлопнулась. Пришлось из Тувы ледоруб тебе везти, потому что мои знакомые только ледоруб могли посоветовать. Почему из Тувы? Мои знакомые там жили, вот и посоветовали. Логикой это зовется. Привезла я этот ледоруб, в поезде на меня, как на зимнего негра, смотрели, потому что через Юг пришлось ехать – лед с ледоруба начал таять, и всё затопило – только на Юге и у нас тут лето сухое было (спасибо тебе, кстати, услужил). Привезла я эту штуковину, а ты, говорят, тут уже хозяйничать стал – плавить прутья и в глотку себе заливать. Ну, думаю, совсем наш кулинар с дуба рухнул! Точнее, ещё не совсем рухнул. Я скотчем дуб заклеила, то есть, рот тебе заклеила, и сказала:

«Сиди пиши».

Деды в то время праздновали день пьяной мартышки, кривлялись, играли в игру «кто дальше мокротой плюнет» и бананами закусывали всякую бяку. Бр-р-р, как вспомню! До клетки им дела никакого не было, а вот дрянь ту тебе они носили. А ты её словом поджигал, и сам горел, испепелял…Ох и пообгорала я тогда на Юге! Вот. Приехала я с ледорубом, гляжу, а у города название другое. Причем, название твоего рассказа! Ну, я зачеркнула, естественно, в твоих мыслях, потом накупила минералки и тебя давай тушить. Как вижу, ненадолго. Ты где-то костер в клетке нашел – и давай гладить его, пришлось белкам шишками его закидывать. Тебе тогда Шишкин случаем не снился? J А мне снился. Причем с Босхом и Дали в обнимку! Ничего компания, да? Утром проснулась, а в зеркале взгляд горит. Я быстрей до раковины с зеркалом, и давай зеркало купать, тушить то есть. Вроде обошлось. Потом к тебе пришла в зоопарк, гляжу, а клетка твоя в черепаху превратилась.

– Как в черепаху?

– Так. А ты в ней сидел, в этой черепахе. Пришлось черепашницу доставать из Гипербореи – размякшел ты тогда, вылез вроде, и с ледорубом на меня

– Как на тебя? Прости…

– Так. Пришлось мне материлизовывать твою клетку и самой в ней прятаться. Естественно, образно. (А то скажешь – ужасы какие-то…)

бороду сбрей!

– Ужасы какие-то. Что-то я сегодня не с той ноги встал.

– Ты о чем? Смотри завтра выспись, а то на Биттлз «не с той ноги» пойдёшь! И, кстати, спасибо за Конец Света.

– КАКОЙ? КОГДА?

– Не важно. БитлЫ бессмертны! J

Ну всё, старецъ, мне пора. Иди учись.

(стрелка крутится в обратном направлении)

Трансцендентальный лифт (стихЪ)

11th-Sep-2007 01:29 pm

Пью тишину туманный нектар,

Тара на Арарате – был ковчег чего-то,

здесь не было кого-то,

То есть, кто-то был.

Признаки лайф

Финал лани скачущей

По ущельям Я иль

Ям кубоКащея,

Пустоту ищущего.

Дверь в сказку

Безвылазно облазена,

Стотолмудовыми умами,

В тумане ртов слова,

Вацлов Голем либо же

Ожегов с колена Льва Николаевича

В проекции черешни,

В соке утопая, из-не-мо-гая,

А я перебегая, но и там

Люди вывешены.

Как бы скоро не были повешены,

В «Сё равно» есьм ось

Ты это язычество брось!

Шью тропинку Кришне,

Тишина анахорета Ольшового,

Пальто тел, меха дел, ольха

Доброго неделания

«И Я того же мнения»?!

То ты - то я,

Где ты, где я,

Где мы?

В Коми ли на Джамэйке,

В пражском ремэйке

На славянский блокбастер,

Снятый в пси-галерее Гипербореи,

Заплатили руб – и сто лет куб,

Говоря это в рупор,

Безбрежье Брежнева,

Песок Кастанедой улёжан,

Кусок мяса Перунок заряжен,

Где природа, где лишь благое солнце,

Я вижу оконца Дворца.

Без крыльца. Я безкрыл,

Обескровленный масками,

Стал самим под собой,

Только утро. Прибой.

Часы. На песке.

Зеркало. В оттиске слов.

Мост. Стоп. Дорожный знак. Заяц. Волк.

Ангелина Вовк. Это уже было.

Уменьшился. Ещё один шанс. Тебе.

Припядь провокациъъ

Дзэн-Катехизис

Непроизносимое эхо во мне,

Ловлю лица, да улыбки,

Недосказанное ожидание

За тургеневской калиткой,

В беге улитки,

В перемотки плёнки,

В памяти фруктовой нефти,

в плющовой финифти,

Я в тропическом

Трансцедентальном лифте.

Эксперимент «Старецъ». Заключение

15th-Sep-2007 12:19 am

Прикосновение руки вытряхнуло меня из сюжета сна. Даже не вытряхнуло, и даже не прикосновение. Кто-то сильно тормошил меня за плечи и повторял:

– Вставай же, вставай, ехать пора!!!

Я выдавил из себя что-то, похожее на высохшую зубную пасту слов, потянулся пальцами рук к кончикам пальцев ног и поднялся с улёжанного прямоугольника.

Комнату наполняла солнечная пыль, которая струилась сквозь белые занавески. Из открытой форточки комнату наполнял сочный аромат дворовых дерев. Лето.

Мне принесли воды.

Сложенная одежда лежала аккуратными столбиками в бельевом шкафу.

– А кто вы? Куда ехать?

– Мы те, кто пришёл к тебе, чтобы забрать туда, где тебя ждут.

– Интересно. Такого утречка у меня ещё не бывало!

– Теперь новые времена. Ты нужен там. Тебя зарекомендовали. Это было много лет назад. А сейчас эксперимент подошёл к концу.

– Какой эксперимент?

– Который ты сам придумал, находясь в других условиях существования.

– О, я наверное был консулом андеграунда на Марсе, а потом у меня стёрли память и пустили на начинку для неулёжанного прямоугольника?.. J

– В твоём стиле) Ну, пора. Собирайся.

–А почему именно сегодня?

– Другие уже собрались. Они ждут, когда ты запакуешь своё тело и выйдешь из этого подъезда.

– Значит, я прошёл эксперимент до конца?

– Это ты узнаешь сам…

Стрекотали сверчки. Я открыл глаза. Вокруг были сумерки и прохладно. Пахло жжёной соломой. Я лежал посередине поля. Издали шумел поезд. Странно, как я здесь оказался? Мне снилось, что меня куда-то звали…

Вспорхнул перепел. С криком улетел в тёмный горизонт сумерек.

– Что-то ты совсем заспался! Проснулся? Пошли, скоро поезд едет! Мы твою одежду к себе в рюкзак положили. Тебя ждут.

– Кто ждёт?

– Один друг ждёт.

Ночь. Открыл глаза – тьма. Я что-то проспал? На лбу холодный пот. От волос пахнет травами. На кухне голоса. За окном никого. И ничего. Только хор снежинок.

Я потянулся ручонками и попробовал что-то сказать. Звук получился совсем невнятный, что-то, похожее на «эмэмэуэуэнт».

За окном хлопнула дверь авто.

Отворилась дверь, и мою комнату залил свет из прихожей. По-моему, там были битлы и мои родители…

Малиновые кляксы хаотично растекались по холсту.

Это выстелы решетили спину.

Кляксы сливаются в веселый калейдоскоп на спине.

Ты улыбался. Остальные тоже. Они улыбались с автоматами за спиной.

Лучше бы козырёк упал мне на голову. Ты всё равно знаешь, как можно улыбаться, когда в тебя стреляют.

Но ты закричал: «Революция!!!»

…Тебя вынесли из подъезда на руках.

Когда-то давным-давно она ребёнком сна шла мимо твоего подъезда. Когда это было? В прошлой жизни, наверное…

О прошлом не жалеют. В него ведёт будущее. Только в более красочных тонах.

В таких тонах она смотрела на твои окна, а ты смотрел наверх, на звезды в её глазах.

Наивные детские игры…

Но однажды ты научился говорить и сказал, лёжа на полу: «эмэмэуэуэнт».

А потом подошёл к окну, открыл форточку и крикнул в пространство: «Ну, привет!».

За оврагом было суше. Не рыба, а в смысле, зад не сырел. Мыши-полёвки заползали под корни дерев, земляника искрилась на солнечно-росных островках. Ты шёл к Берёзкам.

«Созерцание ведьминых колец – не есть ли это превращение сказки в революционный катехизис?!»

Земляника покрылась тенью туч.

Ты двинулся ещё дальше, в сторону от железноДорожных Путей, а по ним уходил вдаль твой поезд.

Шумел инородным грохотом с запахом раскалённого гравия.

«Вот перепел прилетел, а вот пень весь в дырках. Темнеет уже. Куда я иду? Время, ты ещё не остановилось?».

– Упанишадов говорит, сжатие скоро. Тесто там всякое…Не успеют Они со своей Чёрной Дыркой в штанах космоса. Быстрее мы перенесёмся летающими блюдцами сто раз туда и обратно. Это война богомолов. Но природа сильнее. Полковник Речной ведёт разведку. Ведёт дневник. Я читал его дневник – сплошные трояки да шифры Морзе арабскими буквами. Грибник он у нас. По лесам любит шастать, комаров кормить да про истину какую-то калякать. Полушизоидально в кавычк.»

– Я ему в дорогу Отче Наш во фляжке положил. Завернул в подарочную упаковку с изображением Праги.

– Ууу. Вот оно что. Её там уже бурундуки и сороки облюбовали!

– Как так, Кши? Ай-яй-яй!

– Так, Ваня. Бурундуки орешки в неё заворачивают, а сороки кусочки фольги в гнёзда одиночества несут. Лисы на это хитрое одиночество по ночам волком на луну воют.

– Да это природа так. Бывает ещё, идёшь, смотришь – а там теософия на деревце-то и шляпа на верхушке. Лез кто-то. Гималаи, наверное, думал.

– Ага. А медведь Монэ потом приходит и всё это замулёвывает.

На стене твоей комнаты картина висит.

Много пятен на ней белых

Оставил ты своей рукою,

Пройдя сквозной

Навылет…

Перелёт.

Перепад

Температуры. В теле

Религиозные демиурги,

В гамаке адамово яблоко.

Кожура тонка,

А мякоть сочна,

Но стена прочна,

А верность прочнее.

…Застряла стальная

В берёзовом теле.

Поэзия реальней жизни.

Пташ сидел за столом. Можно было сказать, что он неподвижен и столетиями пребывает в аморфном амфитеатре мрамора, сидит и лицезреет белоснежный спектакль. На ногах тапочки. Или шлёпанцы. Или кеды. На столе хлебные крошки. Окно без занавесок. Ночь. Скрип тормозов. Летающая машина.

– ОГО!:)

Словно плавающая тарелка. На тарелке вилка и нож. Вилка что-то ковыряет, нож что-то режет. Что-то, что происходит много лет тому назад, до нашей эры, миллионы лет назад…В эпоху трилоБитЛов и Крышеедов.

– Трилобиттл – это Кшиштоф всё!

Тарелка залетает. Ощущение пробуждения на облаке. Нож начинает резать вилку, пластинка в неврастеническом скретче заедает. Посетители клуба объявляют хором: «Средневековье».

Скрип железа о железо.

А над тарелкой происходит следующее.

Девять жуков катают по кругу девять шаров. Один шар самый красивый.

Всё вокруг – облако звёздной пыли от книг и дисков, посеребренных взглядом Грэхем. В центре сего действа висит голова Сфинкса. Он думает. Он разгадывает свой собственный замысел.

Мальчик с самолётиком,

Затерявшийся в песках,

Где теперь твоя планета

С цветком смысла в руках?

…Старецъ, запускающий

Самолётикъ-тикъ-тикъ-тикъ-тикъ…

…в его застывшей голове Стиксом забвенно течёт История. История, которой не существует.

А девять жуков всё ползут и ползут. Всё катят шары-планеты по кругу.

Но вдруг в облако звёздной пыли влетает самолётикъ. На его крыльях слова, написанные под дождём и солнцем. Самолётикъ врезается в жука с самым красивым шаром, с тем самым шаром, и жук опрокидывается на спину.

– Жжжжжж…

Шар слетает с катушек орбиты и сталкивает другие шары в кучу. Кучи-кучи. Жуки на спине шевелят ногами. КверхуНогами пляшут гопак. Квазаром, по прямой линии

самолётикъ

подбирает под свои крыла Землю и с ней, не меняя курсора, летит к Сфинксу.

Он уже не думает.

Он разгадал свой замысел.

Огненным шаром раздувает он щёки, всё больше и больше раздувает он свои щёки…

Рот-игла продолжает царапать царапать кожу винила:

…тикъ-тикъ-тикъ-тикъ…

На тарелке две половинки вилки и тупой нож.

В комнату входит Тьёрни, выключает проигрыватель и забирает Сервиз.

Эту идею для своего нового короткометражного кинофильма О’Дин вынашивал целые сутки. Поминутно курил и составлял афишу со списком друзей, революционный катехизис с идеей Мировой Гармонии. Были там и замыслы Всеобщего Соединения в Я. Друг О’Дина, его инкарнация, Пта, сказал бы:

«Иду я по периметру забвения,

Что вижу? –

Поклоняющихся мне –

Рабов, меня не ведавших… (Иисус-Кришна-Джа-Иегова-Аллах…)

«Над полем экран повесим. Иволги помогут, а совы путь освещать будут. Там тропинка есть. Пройдёшь по ней. После поезда. На поляне все встретимся. Не умирай, не надо…

– Хорошо. А как я поляну найду?

– Найдёшь. Там ориентиры будут. Поднимешь голову – увидишь шар. Рядом пень будет. Кусок бумаги и ручка. Напишешь ЭТО – сделай самолётик, запусти его, и он покажет тебе дорогу».

Твой друг, Солнечный Сфинкс.

Машина разрезала небо над крышами домов.

Ты только что родился.

И уже научился говорить, пускай и коряво немного.

Но мы поймём твой эксперимент…

16th-Sep-2007 02:04 pm

Трудные будни. Навалилось. Не подаю вида. Прочитал Липскерова за ночь. Теперь уже и не знаю что происходит вокруг. Просто странно, когда Сестра Хаос БГ смешивается с обыденностью, от которой ждёшь избавления. На улице Болдинский абсурд. Тем не менее. Позитив и новый рассказ от интуитивной стороны меня.

777 дней, которые бывают раз в два года

«Тсс. Тише. Молчи»

Арбуз заговорил! Арбуз заговорил! Машка конфеты рассыпала, а арбуз уже и заговорил!

– Экая невидаль. У меня дома дыня System Of A Down поёт.

Пришёл канарейка и важно сел на третью жердочку…

А у другой значит знакомой либерал. Поджигает тапочки и ходит по ковру.

И поехали они на ручном КАМАЗе в Бельгию за новыми тапочками.

Сосиски в компот не кладут, как и рис виз зэ плиз.

А потом ходил с телевизором в руках по улице и говорил, что он буддист с вредными но приятными привычками. Сигарет купит рыбных, голубя покормит, смайл напишет на строительном кране… Зайдя на рынок, обратил внимание на странные фрукты полосато-зелёного цвета морей Меркурия, в которых кузнечик Кузя в килте плещется. Так фруктам обрадовался, что споткнулся и упал, рядом тётенька вовремя подбежала и давай: «Что же вы, Кузьма, без тапочек-то?» Обула, постелила, сплясала, канарейку зачем-то забрала.

– Оу, здрасьте

– Привет) Держи, конфету. Я их сегодня рассыплю точно…

Интересная цифра…

Хотя это не суть важно.

Погода-то хорошая.

Индигирка Тунгусская прикладывает ухо к книге и слушает… Говорит, что там кто-то живёт, что можно даже к ним в гости сходить, вот только с гостинцем. Поэтому перед каждой книгой какую-нибудь вещь приобретёт приятную. Я на это дело стал еду на книгу класть и чашку чая ставить рядом, возле каждой книги, чтобы они на свет выходили… Муську фотиком пользоваться научил.

Да и сам фотографирует своё настроение, потом его на скатерть стелит и книгу приносит. Потом слон приходит и ящерица на венике.

Дальше идут дни и где-то на олдовом сквоте одиноких дворов встречаются. Ну, там облака-белогривые, ноги ходят, сами, дед на двухколёсной печи, и пироги «The Kuban’ Raga Blues»

Она прикрывала ладонью с привкусом сандала его рот. Столетия они сидят рядом, и она говорит «Тсс. Тише. Молчи»

У меня возникает ощущение, что он – семьсот семьдесят семь дней, которые бывают раз в два года…

Блог Лени Васильченко (продолжение)

2008-01-23T19:44:39Z

Записи с 13 июля по 23 августа.

Новый неЛитературный сборник и ура!музыка
13th-Jul-2007 10:39 pm

Пишется пятый (!!!) сборник рассказов. Написав четвертый под неКодовым названием "Сириус. Кактус и Free Jazz (17 шагов к мышлению ребенка)" впору изложить "Натюрморты Апокалипсиса". Более спонтанно, но более литературно. Кстати, третья (роман "Странники Дзэн или Дверь в Волшебную Страну") и четвертая исключительно почти собрал из ЖЖ ( ) ) Считаю, что творчество – это пучок разных отрывков. Это настроение, это спонтанность. Это беспечность, в конце концов.
Думал, как все творчество в ЖЖ выложить, чтобы почитали. Думаю и сейчас. Я ж в двух постах запутаюсь)) Также пишется в домашних условиях демозапись музыки. Начало положено. Продолжение – по настроению.
Группа «Пта». Как голосовые россказни Ниочемости и грязновики музыкального лепета. Колокольчик, джембе, постакустика с ушами и уши. Хотя бы несколько знакомых человек услышат. Некоторым раздал. Там 11 сумбурностей. Мечтание – создать нечто вроде первого альбома «Аквариума») Уже радует диск, формат и зеркальная поверхность CD/ Не нойз, потому что мелодия песенная. Нойз, потому что все остальное).

Вот написал кое-что новое в автобусе. Это епишник нового сборника. Первая красная нить.

Рыба Иваныча и растаманские водоросли(Сказка)
Открывающий рот да поплывет на поверхность.
Молчащий да покажет плавник человеку.
Человек да станет рыбой, плывущей к небу…

Глава 1. Звено Рыбы
Рыба плыла и говорила. Говорила не спеша, медленно.
Однажды рыба сказала: «Я рыба» и поплыла. Только вода щекотала зеркало чешуи…
Так шли годы.
Однажды увидела рыба удивительную морскую траву. Трава была длинная, развивалась над поверхностью дна подобно Подобию.
И заплыла в неё рыба, и укрыла трава морская её от опасностей,
И дарила трава та рыбе позитив.
И замолчала рыба.
Только Морской Джа напевал песню…
Так образовалось звено N 1.

Глава 2. Я Рыбы
Бывалое Я плыло в тех морях на лодке.
Я голодало, и у Я не было воды.
У Я был собрат, Иванычъ, его второе «Я». Они разговаривали, играли в морские шашки и плевались в акул песком.
Так шли годы.
Однажды увидело Я все это и сказало: «Хватит! Надоело!»
И создало тогда Я Великую Бурю. И потопила Великая Буря Иваныча, лодку, Я.
Так образовалось звено N 2.

Глава 3. Круг Я
Долго ли, коротко ли, но Я выжило под водой.
Я думало, что всё, но тут увидело удивительную морскую траву почти на самом дне…Трава была длинная, развивалась подобно Подобию.
И заплыло Я в неё, и укрыла трава морская Я от опасностей, и подарила Я позитив…
– Привет
– (…)Привет
– Я
– Рыба.
Так произошла эволюция

.
Вот это вторая ключевая нить.

Солнечная Психоделика
Такой вот окунёк у меня…

Шёл, шёл и пришёл…К Солнечной Психоделике. Привет, Солнечная Психоделика!
– Ну привет!
– Солнечная Психоделика, а из какой ты страны?
– В данный момент я с планеты Земля. Стою и разговариваю с тобой. Если спросишь, какая моя миссия, я скажу: думай сам. Не всё можно говорить. Пока в этом мире существует время, будешь Сущим.
– А ты правда Солнечная?
– А что ты чувствуешь, когда думаешь не о Ней? Это и есть я! Потому что меня как таковой не существует. Это сейчас, здесь я такая, чтобы с тобой говорить.
– Мы встретимся?
– Когда я приму свой человеческий обликКогда ты поможешь мне принять человеческий обликКогда духовное перейдёт в очередную фазуYellowSubmarineТогда само собой и встретимся. Ещё что-нибудь? Тебе, я смотрю, слова нравятся. Смотри, слова, как конфеты в стране из мяса.
– Мясные конфеты!
– Хороша шутка. Так полюса и сбивают. Так с ума и сходят. Не путать с позитивом! Ещё бы сказал – пряники с водкой. Ей богу, фу, бяка!
– Ты тоже, я смотрю, слова любишь!
– Слова - слова - лова - ова - ва - а…(тишина)
– Солнечная Психоделика?!
– What?
– Где тебя искать?
– Дурачок! Я всегда в тебе. Остальное – не я, а фантом. Фантом живёт в моём аквариуме.
– Не понял. Загадками говоришь…
– Депрессия – мой фантом. Живет в аквариуме. Плавать хочет… Я,впрочем и сама не разобралась. Фантом странный. Я его кормлю, воду меняю, а он то исчезает, то опять сидит себе в гроте песчаном…Такой вот окунёк у меня.
– А чем ты рыбину эту кормишь?
– Тем, что ты сейчас чувствуешь. Перестань! Или говори прямо – будто тебе, правда, мой окунь сдался!
– Ты же Солнечная? Почему гонишь меня?
(тишина)
– Понял?
– Хм. CHE - Shir
«Sunshine is my day one you». На обложке солнечный луч. За обложкой она. Музыка. «All you need is love…» 1967 год… Время движется по кругу…

23rd-Jul-2007 04:48 pm

Школа древних
Ложка-грузовик
По губам-По губам!
Кошка-кладовщик
По углам-По углам!

Стройка этно-карм-
Пасарам-Пасарам
Но миска-пароход
По хвостам-По хвостам!

Трубы-Деды
Только трубы поют в квартире...
Только деды живут в тине
Морской только трубы поют
В квартире ноги Чьи-То живут.

Ритуал Хопти
Неровно щедро липа ринется
Частью банки заря кинется
Холодить и камнеть в полете
Высоковольтные боги Хопти
На вулкане птаха малая
Крылья греет в огне агнеевом
Дирижаблим мы мир над Городом
Разрисовываем им бороды
Краской синей да краской зеленой
Акварельным лицом на излете
Долгопрядим внимание праведных
Поддаемся глазам Пламенных
На вулкане ресниц сырым хворостом
Растопить нам пустоты-коросты
Холодить, каменеть на излете
Предназначены боги Хопти

Московские гастроли
28th-Jul-2007 05:05 pm

Привет!) Вот только из Москвы приехали.
Нас было трое. Играли на Кузнецком, на Чистых прудах, на Арбате чуток. Гитара-джембе, ещё с флейтой африканской и тамбуринчиком.
Под позитивом нашустрился прыгать с джембе и, совершая поворот на 180 градусов на одной ноге, не сбивать ритм. Хотя либо лучше играть, либо ирланд-культяпы вытворять. Были песни и импровайзы с псевдомантрами. Из импровайза прелучше сего пошли:
Рыба-ЧешуЯ (с повторением)
Человек-выхухоль
Слон на катафалке (голосом a-la группа Dvar :)

На квартире записали Lo-Fi на «мобильный нойзофон») (будущее название «ХырХыр» такого ЛоФи ещё не ведало даже под колесами баобабового катка с намеком на гусеницы крокодильего кактуса. Хотя в целом довольно минималистично)

В общем, мне, тольковыехавшему, очень и ничего. По дороге встретили Rovold'a фоткались, давали интервью сами себе под музыку).

Всем Хорошего Настроения! :)

Music:Klaxons

Городок Твин Пикс

29th-Jul-2007 06:16 pm

Солнышко-пёрышко светит,
Метель травяная приветит
Сигаретку покуришь и боязно –
В скорлупке ореховой агент Купер

На полочке под зеркалом –
Горизонт морской и мачты
Взмывая над чаечным «тиу-тью!»
Вагончики подводные порознь.

Говоря это проще, образнее,
Ничего нет на свете загадочней,
Чем закат ало-сине-кремовый
И «тиу-тью» детский, чаечный.

Идя по асфальту темному,
Переулок, как полочка клеточная.
Светит, светит в скорлупке ореховой.
Тайна, тайна сия Светочная.

Цикл "Пруд Ы"

1st-Aug-2007 08:19 pm

1 часть Пруд Ы

ВёснаЯ
Кусочками света
Лети, лети!
Тростинками веты
Шепчи, шепчи!
Шуршанием тайны
Мурчи, мурчи!
Тропинками ночи
Умчи, умчи!
Разливами речьи
Ты обними
Песчаные плечи мои...

Царевн Лягушк
Проснулась лягушка на кроватке луны, кв! кв!
Качнулась лягушка в квдратах зари, а! а!
На окне полюс света, о, снежный Дали!, кв! кв!
Проснуться лягушке бы на Мали, а! а!
Качнуться лягушке б в овале пыли
Блаженного ветра в объятьях луны
На полу минус сорок теней и в миске ириски
Жевал я ириски и зубки мои
Перестуком игры в домино древних кельтов
Сурок, о Эллей, о, матрас! (тех ке Ге Льтов)
Заострился пырей-ноготок непростой
Кап! росы на вопросы травы
(?)
Босы ноги пройдут и, ответив, пойдут
По траве по зеленой, по лугу, в Овраг,
Столько лет я мечтал, что пойду в Тот овраг,
А точней, мои Ноги мечтали в печали
Гнездовой норы корольки мой корабль притаить
Омчи, омче чема, чема (?) зачем
Чива чив чив затем чив-почив
Чечевицу рассыпь сера выпь,
Огласи песней «Вот» тень усопших болот
Речь потопших высот
»Топ»,
топ, – топать по топи Утопий в тростниковом ухлопе,
Не в племени Хопи же жить в саркофаге?!
Ирландских детей, тех пришельцев Эллаги
Закован(ной куколкой в речественном саркофаге) в муравье кусочек жука хлебно-элевого,
Зарифмован в жуке хруст по сену твоих человеческих губ
Только строчками ноги хромые идут,
...лягушачие ноги мои...кв(А!)

Мой товарищЪ Ёж
Ушлёп утоп
Ешк-ёшк
Всяких кошк,
еш-ёж
Хорош ёж!
(ничего не скажешь!):)
Обк-убк
Бка-Ыбк
...зябко что-то
Болото...

2 часть. Запрудье

Точно!
ыш уж!
пополз уже
(тут уж не без этого)
Того, это, тут
хотел что-то сказать один парень
Фёдор Михайлович –
«Идиот»
Вот-вот.
Тов. Пионеры!
Слушайте дядю Ежа!
Он говорит
Не спеша
Правду!

Цикл «ПрясЛИЦА Бога»

7th-Aug-2007 06:10 pm

1). Схемы твоих готичных кукрыниксов

Кукрыниксы астериксы обеликсы

Обелиски возвели

Самим себе

В будущих плакатах.

Но в настоящем.

Кто сказал, что время-поток,

Не выпил его на закатах.

Так плыви на китах

И на спинах черти

Полюса и символику рун.

Пусть все чайке, что есть на полях островов,

Прочитают скелет твоих лун.

2). Кисточка для махаона

Микроволновое лето

Дало маху – махаон

Бабочкой появился

И улетел.

В микросхему вне меня.

Разговоры других о микросхемах

Сводятся к моему телу.

Бабочка махаон в меня

Улетела.

Ты любила на холст

изливать мои крылья,

Одинокой осенней бабочкой.

Я летел вдаль, и пунктиром-прямой

Провожаешь ты

Кисточкой-взглядом,

…

Радонечкой…

3) Бессмертный эму

Мордасте!

Мордайте!

Молви я…

И я

– Здорова!

– Здаров!

– Как дела твои?

– Божественны

– Благо. Харе!

– Кому?

– Ему–

А слышала, в зимбабвском зоопарке

Сдох эму?1

– Как сдох?

– Да, мой любимый эму

Умер. В Ирландской библиотеке

-У(

Мордайте!

–_мордо-морда!

– А это что

Ещё за харе-харе?

– Это твой эму всё(

– А, эму)

Он жив и здравствует-

Мордавствует

У меня дома в ванной)

4) Часы с кукушкой

Кукушка-кукушка,

Ты не видела мои часы,

Такие, с кукушкой?

– Ку, не видела.

Кукушка-кукушка,

Помоги мне найти мои часы

С кукушкой!

– Ку, давай помогу)

Кукушка-кукушка,

Ты не видела меня?

-Ку. Я нашла

от тебя

кукушку.

5) Пряслица Бога

Пряслица Бога

Фенечки чикчирикал,

МайЯЧок-мазохист,

Фенечки-Ышички

Ычикчирикал.

Пряслице Бога

Костюмчик Шиве

ЫшившившЫв

Вышивал,

Не вышел Шивой,

Воробышком с фенечкой вышел.

Пряслице

Сломал. Не шью больше. А

В ветер ночных вьюг

Кую стремена злых кольчуг…

Чик Чирик

Продолжение следует.

Перерождение последует.

-Ух Ух!

Стал рефреном сов на засов

Ротик закрыл.

Уж ни речи благие,

А зов племенам..

Тревожных да сил

Да даистов надежда.

Где стремена,

Где паруса,

Где кольчуги,

Где вьюги лесные?

Вырос зверь

Большой да малый.

На дерево малый

За черемшою полез.

Кашею манной,

Небесной да гречневой сыт.

Пташе боле на воле под замком:

О, Атланты, явитесь во Я!

О, мутанты, приснитесь во страхе!

И уйдете во Никуда!

– Вы приснились мне, мутанты в кольчугах,

Вы остались со мною, Атлнты-пичуги

сторожить мой нетленный никчемный покой.

(пропущено цензурой)

Чив чив

Че Че

Мекс Мекс

Ика ика.

Реки – а он и Она.

Речужки – Я и Я.

Два минуса дают плюс.

Два Я дают минус.

Есть Я.

– Пойду за тобой.

– Стремена и покой?

– Пичужки и верность деньская

Восход и роса ночная,

Песни и

Тишина…

…

Пряслица Бога

Фенечки чикчирикал,

МайЯЧок-мальчуган,

Фенечки-Ышички

Ычикчирикал.

Пряслице Бога

Костюмчик Кришне

ЫшившившЫв

Вышивал,

Не вышел Кришной,

Воробышком с фенечкой вышел.

6). Сегодня я видел на улице...

Сегодня я видел на улице

По Ивану Моему, тебя.

Я видел сегодня на улице,

Наверное, видел тебя.

Ты шла по другой стороне улицы

И ты думала, верь мне,

На другой стороне улицы,

Наверное, обо мне.

А посередине, между двумя этими

Ч…ёртовыми улицами,

Ездили машины

Разделяли нас по двум сторонам

Улицы эти ч…ёртовы машины.

А может быть,

Я и ты.

Но эти две улицы шли рядом, да,

Над этими двумя сторонами

Одной улицы

светила одна звезда.

Сегодня я видел на улице,

По-моему, видел тебя.

Я вижу, как тёплым дневным светилом

Светит наша звезда.

02.08.2007

Умбэртоморэ

(Mon, 13 Aug 2007 02:50:57 PDT)

Вчера с радостью дошёл до половины книжки Умберто Эко «Маятник Фуко» и, о Аллах, потерял днём рюкзак с ключами и этой книжкой.

Не судьба. Прочитать.

Зато записали на Козьем Бережку (место такое) композицию lo-fi/ соорудил барабанную установку из бутылок, банок , кучу хвороста (хотя с ним почти не играл) и флейта у друга афро-сипатая) получился забавный зверёк в кустах Лихтенштейна, или как там хм...Хворост в скорлупке из-под контрабаса.

В голове числа. После Эко складываю всё подряд. трёхзначное число превращается в моё число, а код даты рождения неминуемо складывается в семёрку...

Хум…

Странно провожу время – то пропасть, то Возвышенность Тайцзи, успехи – словно суслик в баобабе...

Хум..

Сон, сны-сна-сну-смумрик.

А потом почитал пару Вл. Соловьёва, и понял кто пишет настоящие вещи! :)

Music:Аквариум - Три сестры

На обратной стороне твоей пластинки

23rd-Aug-2007 01:05 am

Wish You Were Here…

Космический корабль формата А4 к Сириусу готов полететь. Хорьки собраны, сверчков положили в банки с травяным покрытием, людей мы в ящиках перевезём. Трансмутация же более низкопробных существ не должна быть есть произойти. Индия и Китай согласны раскрыть нам словесные каналы и потоки чувственной пустоты. Маша мне сказала, что всё будет нормально. Саша предположила некой кризис с мороженым, но Евгений заверил нас на примере дедов-мороженоеедов, что все будет замечательно, как в пустыне с песком – есть и хорошо, и так и будет далее. Отсек со стражами прошёл проверку на давление, контейнеры с лисами и кроликами запасся кормом хитрым и кормом бесстрашным. Ёжикам повесили в кабинку плакаты с норками и посеяли сомнения в камазы медведей и в ванные комнаты моржов и котиков. Котики сублимируют беспокойство лис и кроликов и не дают шуршать ёжикам. Перепела и Тимофей Миттлтрок накормлены луговым позитивом. Певчим и пернатым хипарям выданы инструменты и шерстяные пледы. Пальмы и песок перевезём по воздуху, моря и острова по фотонным АрхиТропам на уровень ниже, получившиеся баночки с землёй и песком силой мысли отправим в голове бессонной Совы, а отходы промышленности оставим в той жизни. Всё о’кей.

– Всё о’кей J

– Как учёба?

Нормально. Точнее, никак. Мне задают домашнее задание – создать верхний слой облаков. Я им сказал, что если стрижи начнут ползать по земле, – жди Великого Потопа. Кто верит и не верит. Верующие залазят в коробки с надписью «Филология», я же – в дупло «Филоприметы погоды». Не хочется молчать и быть рыбой. Хочется говорить и летать по воздуху меж деревьями и слушать любимую музыку, путешествовать и созерцать твои глаза. Сквозь стеклянное окно они кажутся каплями дождя под кистью Монэ.

– Хохолок?

Хохолок. Шапку вязал, вязала, вязали. Окончание нити – и вот фраза греет голову.

– Хохолок?

Хохолок. На Украине хотят дружить. Сквозь стеклянное окно твои глаза кажутся каплями росы на утреннем лугу. Кришна пришел попросить спичек.

– Куришь?

Бросаю. Сейчас Товарищ Ночь нервничает. Чижи передают мне это настроение. Не верю. И не испытываю тоски. Испытываю Её по Ней Когда вижу мир сквозь стеклянные окна.

– Банановая Республика?

Иногда помогает. Вчера видел во сне высокий тёмный дом. Очень высокий. Возвышались этажи, словно готические замки Праги. Муравейники Эйфеля, Термитники Вавилона.

– Оставишь.

Когда человек задаёт вопрос, ему надо ответить так, как он просил. Вопрос-это просьба помочь, даже если тебя спрашивают, когда наступит Конец Кедам.

– Ну вот. Порвал. Новые покупать.

А новые – к ним привыкнуть надо. Если не ленивый – нарисуй ромашку фломастером, или кабалистический образ Бога, если такой умный. Цифры медленно превращаются в каракули, каракули – в символы, руны, а руны – в человечков и зверьков.

Когда листок покинул Солнечную Систему, сквозь Твой Огонь мы попадём на Млечный Путь. По небесным равнинам на белой лодке несут волны наш чёлн всё дальше и дальше. Под картинами Солнечного Сияния, под импульсы «Пинк Флоид» и сливочный привкус от твоих губ.

– Из кружки пьют, а не из губ.

Через несколько часовых вдохов (или световых лет?) видишь Летающую Рубашку. Она летит и взмахи рукавов словно ветер в стеклянных окнах, оставшихся далеко внизу. Ты забрала его. Питер Пен забрал тебя.

В этом месте пластинка начинает шуршать. Приходит морской котик и переворачивает её на другую сторону. Там про ежей, лисов, кроликов и мороженое.

– Какое будешь, пломбиръ?

– Эскимосо. А что дальше было? За Млечным Путём?

– Дальше будет другая галактика. Галактика на обратной стороне твоей пластинки.

Собственный блог Лени Васильченко

2008-01-20T22:32:40Z

Здесь копия Лениного блога. Она неполная, пробелы видны по календарю записей. Но это все, что удалось восстановить. Дневник начат 11 января 2007, а последняя запись сделана 8 октября.
(начало 11.01 - 10.07.2007)

User: pta1984

Name: pta1984

Спасти шерстяного поползня!

(Thu, 11 Jan 2007 03:08:02 PST)

День сменяется вечером, течение сменяется течением. Есть вещи, которым нет дела до других вещей. Хочется это кому-нибудь или совершенно безразлично. Китайская чайная отвёртка не починит плохо заваренный чай.

Засуха сменяется дождём, снег – таянием снега. Ничего не предрешит ни тьмы, ни света.

Если песочницу переедет грузовик, дети всё равно будут живы.

Грусть сменяет радость, холодное течение сменяет тёплое. Это закон, который можно разрушить лишь выходом За. Но это почти бесполезно – шерстяной плед не съест моль, если под ним спим мы, а поползня, привязанного к рельсам шерстяной пряжей, спасут только рельсовые Ножницы. И кто спасёт? – мы!)

Соседняя комната

(Sun, 14 Jan 2007 04:54:40 PST)

Иногда думаешь: «И что я маюсь фигнёй? Всё равно не сегодня-завтра прилетит Тарелка и заберёт тебя в соседнюю комнату».

От этих мыслей хочется вешаться на пене воздуха в соседней комнате.

Вот даже сейчас – ну, сплошной поток. Поток сознания. Вокруг тебя тоже. Делаем хорошее. Доброе делаем. Ну и что? Зачем тебя ждут в соседней комнате?

Смотришь вбок, шею поворачиваешь тихо – шкаф. За ним стена. Она разделяет что-то с чем-то. Как сознание разделяет боль и наслаждение, скука и эйфория, по- и -хожесть). Так и она делит твою комнату с соседней.

Что Там? Свет или хижина Луны? Злобные Ыщуры или добрые аэляне? Аа. Не знаешь. И не говори мне тогда. Ничего не говори. Не надо. Я уйду отсюда. Сегодня-завтра прилетят Они и заберут Нас в соседнюю комнату.

(Tue, 16 Jan 2007 10:13:17 PST)

туб - дуба - дубы - даб)

шуба дуба

хе! и откуда у деревьев одежда?

А вообще я вот задумываюсь над тем, что в последнее время что-то происходит вокруг важное.

Прежде всего, конечно, это происходит внутри меня, постепенно я приближаюсь к общему Космосу, который есть сущность «Я». Сам себе уже уши прожужжал этим вопросом.

Ещё не вылезает из головы то, что место где мы родились, топонимика, история и история предков, каким-то образом образуют гармоническую ауру этого места. Невидимыми кристаллическими нитями человек связан с ним.

Мой город – олицетворение пустоты, тем не менее я чувствую в нём какую-то Силу.

Решётки

(Sat, 20 Jan 2007 10:06:41 PST)

Только что обнаружил связь Питера с Египтом.

Оказывается, Питер буквально напичкан египетскими сфинксами и там даже есть пирамида и «Египетские ворота».

Наверняка всё скоординировано.

Точка Мер-ка-бы

(Sun, 21 Jan 2007 21:53:28 PST)

Привет. И всё таки мы туда отправимся. ТУДА, в следующее измерение..да... отправимся...

мы что-то помним, ощущая точку посередине лба, там, где начинаются волосы... волосы,

и мы двигаем эту точку… да... её надо двигать... вокруг черепной коробки. Точка движется..движется…

и вот уже мы играем с точкой… пускаем её вниз, по телу… гуляем с точкой… мыслью... а потом так... просто так...

мы ходим то вверх, то вниз… уже невидимы… нас никто не видит…

Они накрыли зеркала… уже накрыли...

Мер-ка-ба

(Tue, 30 Jan 2007 14:22:41 PST)

И ни слова об этих гопниках.

Где же там позитив-то. Ты шо?)

А я вот люблю тебя. Зачем унываешь? Я просто не знаю, что у меня в бошке капустоподобной такое завелось. И это ли повод горевать?.. Меня твой сон зацепил..про потоп…

В моём городе пропал мальчик

(Tue, 30 Jan 2007 23:25:57 PST)

«...странные праздники. Что-то меня знобит от этого веселья...»

В моём городе мальчик пропал. Перешёл дорогу вечером из школы, и пропал. Говорят, к девочке пошёл. Он за ней бегает, может, ждёт... На улице был холод и зима... и снег... Говорят, странный мальчик, в очках и ни с кем не общается.

Я думаю он найдётся.

P.S. Эти дети - очень странные дети. По последним данным их рождается много. Мы не можем больше ТАК их воспитывать. Все наши меры, направленные на здоровый рост и развитие психики ребёнка, похоже, необходимых НАМ результатов не дают.

У них сердце устроено так, что они часто влюбляются. Но нет у них платонического, и не находят постоянства на этой Земле. Есть среди них такие, полусформировавшиеся...

Странный януарий

(Wed, 31 Jan 2007 02:26:31 PST)

«...странные праздники. Что-то меня знобит от этого веселья...» (интересно, из какого это фильма?)

В моём городе мальчик пропал. Перешёл дорогу и пропал. Говорят ему нравилась одноклассница, но он подойти боялся. Возле дома её бродил всё,.. а подойти стыдился. Эх! И дом-то её далеко… Вот небось и ушёл. А холодно на улице. И вечер. Холод и зима... и снег... Говорят, странный мальчик, в очках и ни с кем не общается.

Я думаю он найдётся.

P.S. эти дети очень странные дети. По последним данным их рождается много. Мы не можем больше ТАК их воспитывать. Все наши меры, направленные на здоровый рост и развитие психики ребёнка, похоже, необходимых НАМ результатов не дают (пресс атташе).

Они устроены так, что к людям тянутся. Но нет у них платонического, и не находят постоянства на этой Земле. Есть среди них такие, полусформировавшиеся (Фёдор Михайлович)...

А вообще, в этом январе время тянулось бесконечно. Как, ещё не всё???

Ода Битлам и битникам

(Wed, 31 Jan 2007 03:06:38 PST)

С группы The Beatles началась музыка... Золотые шестидесятые прошли, как проходит поезд стометровку. Роллинги? Ну, я вообще не знаю них… о них. Вот «Дорз», даа! Джим Моррисон мог быть запросто процитирован как саморазрушающий рок-идол (Бойцовский клуб)). «Пинк Флоид» вовсю показали, на какой стороне луны раки зимуют, и в каком спектре Амагамы существовал Сизиф, катящий блюдо секретов на вершину Стены. «Кинг Кримсон» стали инопланетянами из-за одного их гитариста (Фрипп), который до сих пор пишет музыку Сириуса.

ЛСД прошёл, как и Сержант Пеппер со своим волшебным клубом разбитых сердец, и мы можем довольствоваться Марс Вольтой с масонской шестнадцатиминутной Тетраграммой и опусами и поэзией Карлоса Васильевича Кастанеды. Уж не он ли был тем самым доном Хуаном. Хитрец был, однако, сталкер тот ещё. Чтобы «остановить мир» надо всего лишь представить себя куском медузы, отброшенным взрывом никелькадмиевоводородной бомбы на высоту птичьеговсемнадцатойстепени полёта! Или увидеть в зеркале лицо своего злейшего врага. Впрочем, у меня нет врагов (а есть ли они?). Если друзья – те, кто не оставляет нам никакого выбора, то враги – те, кто допускает уступки, которые тропинкой ведут в овражный тоннель. Из того тоннеля можно выйти к двери лесного погреба, где ежи и белки хранят фундуки и сундуки с провиантом для дальних плаваний. Ещё во времена Ежа Колумба его железные иглы привели к Великой Ржавчине – индейцы были затронуты как самобытнейшие потомки атлантов. Впрочем, всё это лишь домыслы. Говорить и сбывать всё в реале иллюзорно. Эпоха восьмидесятых сказала – вот то последнее, что породил американский крючкохвостый тапир, у которого и так вместо рта трубка какая-то. Тогда плясали и не обламывались. Тогда, правда произошла и готика, так как максимализм стремился к минимализму. Когда в водовороте века возникло максимальное давление, последнее десятилетие всосалось стремительными переменами в политике и музыке. Нирвана взорвалась соком чёрной вишни, озарив горизонт всполохами саморазрушения («Бойцовский клуб» стал культовой книгой вскоре). И сейчас из колонок играет The Beatles...из моих колонок...

Вирша о сухарях

(Sun, 18 Feb 2007 11:28:03 PST)

pta1984 (10:14 PM) :

Можно выпускать сухарики по стилям разным..

petra (10:14 PM) :

))

petra (10:15 PM) :

сметана + зелень – это что?

pta1984 (10:15 PM) :

Хардкор, эмо, кантри, и вкус чтобы подходил

petra (10:15 PM) :

эрэнд би

pta1984 (10:15 PM) :

ого! это что-то новое

сметана - зелень - растафарианство конечно);-)

pta1984 (10:16 PM) :

а бэкон – трэш

pta1984 (10:16 PM) :

сырок – кантри,

pta1984 (10:16 PM) :

а овощи не знаю даже

petra (10:16 PM) :

а чого це?

petra (10:17 PM) :

попсааа))

pta1984 (10:17 PM) :

чогоце – наверно что-то японское.

у-шу

pta1984 (10:17 PM) :

))

pta1984 (10:18 PM) :

попса – это с воздухом пачка

pta1984 (10:18 PM) :

хотя... это какая-то буддийская попса

petra (10:19 PM) :

буддийская))

pta1984 (10:19 PM) :

грызёшь, а в голове музыка – хрум-хрум

pta1984 (10:19 PM) :

) а то

pta1984 (10:19 PM) :

тыц-тыц-тыц

pta1984 (10:20 PM) :

и понимаешь, что эта пачка забирает всю твою сущность

o my god!

pta1984 (10:20 PM) :

реклама сухариков O MY GOD

Рисунки в Paint (продолжение) (рисунки в кэше не сохранились)

(Tue, 20 Feb 2007 10:51:17 PST)

Дельфин

Dirty Life

Вечера на хуторе близ Диканьки

Ёж и птаха

Сумеречное повидло

(Mon, 19 Feb 2007 07:49:02 PST); 281 bytes

Мой рисунок, сделанный в Paint «Осознанное в неосознанном» (рисунок не сохранился)

Жёлтая подводная лодка и миссия Адольфа

(Thu, 22 Feb 2007 10:11:17 PST) (есть в «Странники Дзен»)

Жёлтая подводная лодка и миссия Адольфа - часть 2 - теоретическая концепция 1

(Sat, 24 Feb 2007 23:58:34 PST)
Очень длинный текст, сохранен в электронном варианте. В нем переплетаются три темы - группа Beatles с акцентом на их интересе к восточным религиозным доктринам; пристрастие Гитлера к мистике и гипотеза о его с Евой Браун бегстве в Латинскую Америку; некоторые положения эзотерических учений о становлении человеческой души.

Рассказ «Железная каска эмо-мальчика» с иллюстрацией

(Tue, 27 Feb 2007 04:25:28 PST) (есть в «Странники Дзен»)

НеЧихая или Обрадовал

(Tue, 06 Mar 2007 10:31:37 PST)

Скоро отболею. Чуть осталась. За это время прочитал несколько книг:

1) Ричард Бах «Иллюзии» (ууу! здоровская вещь! после её прочтения хорошо можно окрепнуть)

2) Ричард Бротиган «Грёзы о Вавилоне» (более веселую, безбашенную, беспечную книгу трудно найти)

3) Харуки Мураками «Норвежский лес» (обычно после Мураками остаётся ощущение очищенности и чувствуешь, что сам прожил и прошёл как сквозь дремучий сон, после этой книги остается легкая пустота)

Сейчас на внутренней полке Кортасар «Игра в классики». Это вторая попытка прочитать эту книгу.

И Пелевин «Ампир: В». Последний его абракадабризм. Что-то тяготит меня эта книжка. Много всякой «экономики» и гламура (в чистом почти виде). Брр. Даже не знаю. Нет, наверно, дальше буду читать.

Дальше буду Стругацких перечитывать «Злую судьбу». И «Улитку на склоне» – первый опыт об Улитке на склоне.

Лета бы. >

Люди собрались в одной сумеречной точке под названием «Сон». Каждый день туда находят дорогу все больше и больше тех, кого ты знаешь. Они идут в твой сон. А разве такой сон ты хотел бы видеть? Ты не управляешь всеми этими механизмами. Провода и картинки вдоль одной ночи. Впрочем, есть там и вспышки радуг. Настроение меняется, и на небе возникает радуга, как после дождя. Ты открываешь форточку и вдыхаешь запах весны. За окном дети пускают кораблики из поролона и спичек и бегут за ними. Прилетели птицы и начали петь. Солнечный лучик сел на твои волосы, наверное, он заглянул в мысли. Просто согрел и обрадовал. По березе поскакал поползень, проплыла медуза, будто радость в проекции слизи. В твоей комнате лежит гитара. Надо бы раскрыть занавески и пригласить весну с запахом дождевой листвы. Отчего снова стало грустно. Но вот опять лучик. Радуга!!! Она появилась посреди твоего двора и раскинула свои руки, как мост в иной мир, над крышей соседнего дома. Там, в окне видно твоё лицо. Не нужно смотреть в мой сон.

«Очнись!» – чей-то голос...

Рассказ «Запись в ЖЖ»

(Thu, 08 Mar 2007 06:27:10 PST)

Глава 1. Вот и зацвело

Вот и зацвело всё. Весна, собственно. На трубах греются бабушки (под солнцем), а на лавках парочки раскладывают букеты разнотравья и -цветья. Стоило пройти полпути до рынка, который находится тут рядом, как тело начало клёво впитывать лучи солнца, а поры давать испарину, поэтому я пришёл потный, но радостный и ослабший. 2 недели в стенах дали о себе знать. Барсучий жир и арбузный лужа не заставили радуги изливать реку пара. Мясо уничтожимо, Сахаров превратился в горстку рафинада. Хотя, история тут не при чём.

Глава 2. Нерест брита

Нерест сожрал дромарин брита, и он на немного отошёл в мир воспоминаний (который сдавливают). Прямиком в ад,– так говорит Ничто, которое молчаще не знает, а смеет калякать гландой низших измерений. «Каля Каля юзер измовый цук цук – стадо шляет»

Глава 3. О цапле и шаманской географии

Цаплю вспомнил. В Карелии небось хорошо сейчас. В Сибири шаманы плодят Иное, а на Урале руда слэмит. В Приморском крае Тихий океан поливает тигров, который отрастили плавники, а в Мексике шаманы уже в Ином. ПЛодят их. Их делает кактус-ёж. Они потомки яки и майя, который есть суть окультуривающих инопланетян других зарождающихся цивилизаций. ФФу. Ну и загнался!)

Глава 4. У как поёт!

А всё вокруг просто. Всё простит, не усложняясь ни на долю секунды, потому что времени в Природе нет. Есть Она, Природа, которую сама Богиня Мать созерцает в своём превращении из внутри во внутрь. Но это к футуротантре ближе. Причём выпученной до размеров позитивбольного мяча, который закатился под машину общества. Карма Полис поёт. У как поёт! J

Глава 5. Погоня 1.

Я за ней не успеваю. Гонево Эдгара По. Гон грусти и тоски. Но она же придёт опять, ну придёт же. «Нет, не придёт не надо... Неееет!! АААААА!»

Глава 6. Погоня 2 . (Теория)

Дышу, дышу часто и глубоко, неправильно дышу, вот. Ноги уже просят отдыха. «Пта, дай нам отдыха!. Ууууу» После чего говорят: «стой ты, блин!,,,», а я не стою. Я бегу и не успеваю. Дышу, сказал уже. «Ибо сказано было в сто тридцать седьмой день…в шестой главе»

Глава 7. Шопенгауэр и Король Артур. (Критика)

Вчера смотрел фильм «Жизнь прекрасна», и там фраза Шопенгаура была. Умная фраза. Но я её не помню. Помню, что была, а какая именно – вылетело из правого или левого полушария земного мозга. Но сказал её Шопенгауэр. Артуром его звали, прямо как Кроля (Колроля то есть)) Артура, впрочем, про него тоже ничего сказать не могу. Он вроде за столом посидеть любил. Круглым. Фильм итальянца Роберто Бениньи, который и главную роль играл. Полный арт-дзэн, трогательный и стоящий того, чтобы задуматься. Вообще, Бениньи ещё у Джармуша снимался в фильмах в компании с Томом Вэйтсом.

Глава 8. Не знаю даже…или китовый БУХ!!! (по мотивам «Атланты небо держат..»)

Не знаю вот даже. Думал, знаю…А оно вон каким боком кита вышло. Кит землю держал-держал, с атлантами держал, а она, эта Земля, кааак бухнет!! БУХ!!! Атланты улетели на Сириус паачти все, а кит только и успел сказать: «БУХ!!!»

Глава 9. В пустоту. In Limbo

«Том, где твой глаз?! ТООМ! Где твой глаз??! ТООООМ!! ГДЕ ТВОЙ ГЛАЗ????!!!!

Том: «Мой глаз теперь твой глаз»

Постскриптум: не Йорк. Подпись: не Том.

Глава 10. Заключительная.

Весна же J

Стругацкие, письмо о поползне и КНДР, кадры Голова и ластик

(Sat, 10 Mar 2007 01:07:16 PST)

только что с ингаляции дыхательной пришёл.

(это не я ))

40 минут нельзя чай пить.

ааа :'(

приобрёл три новых книжки:

1). Братья Стругацкие «Улитка на склоне» (в рецензии написано, что это психоделика. в СССР-то !!!)

2). Братья Стругацкие «Малыш» (вроде про мальчика, которого воспитала иноземная цивилизация. Космический Маугли, в общем))

3). Джон Апдайк «Кентавр» (первый британский постмодерн. давно про эту книжку слышал)

теперь будет ещё чем заняться.

Написал по мылу одному человеку. Оригинал почти:

Кстати, в этот день депрессивные инопланетяне смотрели… (есть в «Странники Дзен»)

Вот такое вот насочинял. А зачем, что меня держало, движило мной?

Вот лучше синицу слушать за окном.

18th-May-2007 11:09 am - Joy Division

Сегодня Иен Кертис умер...
Несмотря на весну,
И на падшую мечту,
Лети, лети...
Скольких погубит дно.

А ещё сегодня произошла экзекуция 97-летней ведьмы...
А ещё сегодня кто-то родился,
И цветок распустился на древе жизни.

Из жизни – в жизнь.

Music:Joy Division c утра и By The Way потом

18th-May-2007 11:16 am - Бурелом (стих)

Что-то грустно начал)
Кто-то о дне судачил.
Рыбак на судне дряхлом за рыбой плыл,
Понял знак, бой силы в конце жизни.
А у нас пофигизм Отчизне –
Вот бы «взвейся флаг с лапкой»
...Завален красной папкой
С указами, с памятью стёртой
Они были до нас
Мы не знаем их сейчас,
Ничего не было, никого не было.
История словно газета в киоске
Бога. Ангелы-херувимчики
разносят свежие новости,
Вершится пружина жизни,
Скрипит в трудовом механизме.
Баянны меха подворотен
На обложках глянцевых разворотен.
Избушка-избушка,
Повернись
К лесу
Задом,
А ко мне
Передом...
На соснах
Несут
Птиц
Белые
человечки.
А птицы поют
«Ааааааааууууууу...
...ммммм»
– Ауу! Ну где ты там?!
– Опять с тропы сошёл. Блиин)

11th-Jun-2007 10:19 pm - Не болейте, или июньские мхи

Друзья, не время болеть! Выздоравливаем! И душевно и уж физически тем более.
А ещё советую вам узнать о фестивале «Энергия жизни» в Молебке. Сам недавно о нем узнал...Будет в середине июля под Пензой. Сам как – не знаю, но для ознакомления.
http://www.festivalim.perm.ru/
Мысли...мысли.
На днях ездили в область на оупенэйр. Не фанат подобных мероПриятий, а ехал в качестве исполнителя на барабане.
Сейчас отдыхаю. Читаю Курта Воннегута «Сирены титана».
Слушаю новый АукцЫон (для авантюристов – 22 и 23 июня в Москве концерты этой группы)
Недавно в поле слуха попал диск Фёдорова и Волкова «Красота» – поистине авангардная работа, где я нашёл затаившиеся Ыъйные и ЩеЁршные слово речия.:)
:)
сессионный чай тоже заваривается
в мясе дней
выхохоль
не прячь мордочку
под куском шерсти
в углу,
сам появляйся
а что
чаще
?то-где
-то на белом свете, там, где...
шкурой замши
вышил узор
где все встретимся
в себе может каждый...

Music:АукцЫон - Девушки поют

2nd-Jul-2007 01:29 pm - Позитивный Апокалипсис, или партия ПТА

Наступил июльский новый год. А внутри настроение какое-то революционное. Новое время, в чем оно? В этом сонливом состоянии? В кино чёрт-те что. В «Пиратах 3» вчера выхватил, как корабль вверх тормашками перевернулся, чтобы из мира мертвых в этот мир попасть. Солнце закат – солнце восход.
Если верить гороскопу, в сентябре заканчивается пора скорпион во льве. Если никому не верить, то будет странное дело что.
Если верить...

Вопросы:
1) барабаны и связь с революцией
2) партия ПТА, опровержение понятие «партия» как таковое, дурацкое и ненужное
3) галактические предвкушения или восторг Божьего Одуванчика
4) Жабка Избушка и Вымогатель Душ, зло в добре или добро во зле
5) сумеречные Аки-Яки, или Сельпо хохла Яо
6) книжные полки на улице, или как уйти из дому. Врятлвщина.
7) дедовщина в сознании, красные кровяные демоны, Актуальность Трансформеров, или бабочка смотрит на кусок железки...
8) Яитанство, или благой цинизм. Ложись спать не с голодными...
9) Сквоты Франца Кафки, или блокбастер ВицлиПуцлера «Пальчики атакуют»
10) Философия беспечного воробыша, или Кант Жрёт Мясо На Привале.

Кинематограф: последние чаяния. Фильмы в фильме, или апологет Внутренней Вселенной.

Финифть: проволочный Путин, или изжЫвающееся рулит!
Политика: нью-эйдж. Тарелка ждёт не дождётся в углу твоей комнаты. Сквоты Франца Кафки.

Пересекающиеся прямые: Линч Или Это Уже Было

Вопросы: Смысл перерождения. Родимся ли мы В то же время в тот же час, или буде Гиперкуб вперемешку с Ежиком в Тумане. Это (1)
Пустая комната с белым потолком и Бутылкой Кефира (2)
Зеленые луга и эльфы на машинах времени(3)
Всё это вместе, или одним словом, Мир Во Я (4)

Далее. Что сказать про войну Внутреннюю? Как уже было сказано, она есть, но...
Если принимать во внимание философию Дозора, то мы уравновешиваем и мытарим там и сям вслед за этим.
Если верить Маяковскому и Хрущёву в моменты кукурузной апатии, НАДо
ДеЙСТ
ВОВА
итиТЬ
Если ничему не верить, это не Прэть как-то.

Сундуки в штанах
Мнут горные хризантемы,
Размалевывают письмена,
Время кислотных дождей,
Второго Чернобыля не будет –
Мы уже облучены Знанием.

Реки впадут в Океан,
А Океан – в Млечный Путь.
Очредной тупик
Птичка тупик :)

Сундуки в шортах
Оупен Эйры, сквоты
Размалеваны утром в хлам.
Где силы искать?
В вопросе истратил ЭТОМ...

Реки впадут в Океан
Трам трам Трам
Я пою Песню
Тихо из одной гласной буквы...

10th-Jul-2007 10:11 am - Экспромтом из Тулы

У-Ха
А ёрш-то по Канарам,
Животом трёт песок
Амбибии пожарам
Из разноцветный скок.

Кубы катают тело
Мукою тесто мнут,
Приготовляя смело
Революционный труд.

Пацифика на листьях
Я yellowсубмарил
Бы по просторам чистым
Морское сельпо плыл.

Кустурица на грани
Спит Кубрик вещим сном
Где Дэвид Линч на БАМе
С Тарковским прыток гном.

Выдорка

Рекою вскользь нойзовый уж
Ползи меж пальцев.
По полям и морям.
Она тебя ждёт.

Водою врозь
Реки линиями жизни
С именем женским, мужским
Рассекают поля и моря.
Она тебя ждёт.

Илом брось в омут
Харе выдорка,
Харе выдорка.
Айседора Бондура
Дель Мундо Супреро.

Метою мечетью
меченый сразу
В продолжении строк
...В этом городе дождь.
Она тебя ждёт.

Google - молодец, чего не скажешь про "Орелград"

2008-01-18T11:23:13Z

Проверила, как Гугл реагирует на запрос "Леня Васильченко", и увидела ссылку на этот блог на первом месте, а при запросе "Леонид Васильченко" - на первой странице. Пять баллов Гуглу. Параллельно обнаружила новость на некоем ресурсе "Орелград", которая своей пошлостью задела за живое http://orelgrad.ru/?p=384#more-384 . Написала им комментарий. И то и другое под катом.

Парень покончил с собой по приказу секты?

Автор: admin | 16.01.2008 | 11:11 | В рубриках: Новости

Редакции «Недели в Орле» стали известны шокирующие обстоятельства гибели
20-летнего парня
Мы дозвонились директору гимназии № 19 Александру Быковскому и задали вопросом: это правда?
— Разговоры разные ходят и непростые, — хмуро ответил нам Александр Ильич. — Парень действительно погиб, прыгнув с крыши. И на похоронах была группка молодых людей, на вид 20—25 лет, выглядевших неординарно. Все высокие, худые, аскетичные, с длинные волосами и бородками, в тяжелых, как будто армейских ботинках. Они держались несколько в стороне. Мне показалось, что они приглядывались и прислушивались ко всему, что происходило, но каких-либо действий с их стороны я не заметил. Леня не учился в Москве, не знаю, откуда такие сведения. Он был студентом института культуры, сразу и поступал туда по окончании гимназии. Кстати, он был серебряным медалистом. И раньше за ним не водилось никаких странностей. Но с тех пор три года прошло, у человека многое могло измениться. Институтские преподаватели Лени сказали мне, что слышали от него высказывания вроде того, что ему нужно разобраться с религией или с философией…
— Я считаю, что пора уже правоохранительным органам заняться этим вопросом, — твердо закончил Быковский. — В прошлом году девушка в 909-м квартале с крыши прыгнула, и тоже неспроста ходили слухи. Нельзя это замалчивать, если это секты. Надо выводить их на чистую воду и защищать от них детей.
Между тем, как сообщила «Неделе в Орле» старший помощник руководителя следственного управления Следственного комитета при прокуратуре РФ по Орловской области Ольга БЕРНИКОВА, следствие не установило связи погибшего парня с какими-либо религиозными объединениями.
— По анализу фраз, которые высказывал молодой человек окружающим незадолго перед смертью, следствие сделало вывод о том, что его посещали мысли о самоубийстве, — сказала Ольга Валерьевна. — Кроме того, у него дома была обнаружена литература о загробной жизни. Версия по поводу вовлечения погибшего в какую-то секту отрабатывалась наряду с другими, но она не была подтверждена фактами. Поэтому следователь Орловского межрайонного отдела следственного управления Следственного комитета при прокуратуре РФ по Орловской области Александр Бессмельцев вынес решение об отказе в возбуждении уголовного дела.

Эта запись была опубликована 16.01.2008в 11:47 am. В рубриках: Новости. Вы можете следить за ответами к этой записи через RSS 2.0. Вы можете оставить свой комментарий или трекбек со своего сайта.

1 комментарий

17.01.2008 в 11:44 pm

«Если на него нападали, он старался решить всё миром, в противном случае подставлял вторую щёку несколько раз. Он никогда не дрался, говоря: «Если мне нужно будет тебя убить, я это сделаю лишь после того, как ты убьёшь меня. Но даже и тогда ты сможешь защитить свою душу моей».
Это цитата из Лениного рассказа.
Он был человеком очень непростым, умным, интеллигентным, прочитавшим за свою короткую жизнь немыслимое количество непосильных для обывательского сознания книг. И сам написал достаточно много для своего возраста. Из его стихов, фантазий и эссе проступает душа хрупкая, нежная и страдающая, болезненно чуткая к грубости, фальши и примитивности. Что ему, существу высокодуховному, было делать среди нас, желудочно-кишечнотрактовых? Как ему, созвучному с Харуки Мураками, было найти общий язык с нами, любителями Дарьи Донцовой? С такими Институтскими Преподавателями, которых пугает и настораживает желание юного пытливого ума разобраться в философии и религии. Вот если бы он пожелал разобраться в колбасе докторской и ливерной, о-о, тогда, конечно, да, помогли бы. Но…
«Видишь, я занимаюсь ерундой» – это из Лениного стихотворения.
Мы ищем примитивных объяснений, потому что не в силах представить себе, какие такие духовные поиски еще нужны, когда в газетах все ясно написано и растолковано, а умникам доступен Шопенгауэр. Ищем виноватых среди тех, кто вместе с нами не шагает строем, потому что трусливо не хотим признать виноватыми себя, свою черствость, леность, ограниченность, в лучшем случае беспомощность и неспособность.
Я пишу это с болью, потому что я такая же – продукт социума упорно среднестатистических. Горько осознавать себя продуктом. И не хочется этого делать, но хотя бы только перед собой, хотя бы изредка – надо, ибо помогает сбить спесь, самодовольство и чувство пионерской непогрешимости.
Вопрос ли это – почему он ушел? Да просто ему было плохо с нами. «Лапки ласточек-касаток не приспособлены для земли» (цитата из Лениного эссе). Он стучал в нашу дверь, а мы не открыли. А если кто-то и открыл, то ничего не понял. А этих детей-индиго разве можно понять? А мы разве готовы и хотим понимать иных, на нас не похожих? Нет, мы сразу смотрим, так ли они обуты, как положено. Кем-то положено, куда-то.
Меня мучает другой вопрос – зачем эти чистые нежные души, не желающие принимать участия в гонках за регалиями, приходят в наш грубый мир? И я вижу только один ответ – ради нас, ради нашего хоть ненадолго, но прозрения, ради нашего хоть ненамного, но очищения. Ведь не уйди Леня так, разве во мне родились бы и эти мысли, и чувство вины перед всеми, кого обидела, кого не заметила, чьих слез не утерла, потому что они не принесли мне свои слезы не блюдечке с голубой каемочкой. Мне ведь все недосуг было – работа, учеба, дети, троллейбус, плита, телевизор… А вот теперь появилась маленькая надежда на то, что я уже не буду такой, как прежде. Буду лучше, терпимее и внимательнее к ближним. После такого трагического крещения пусть моим именем будет Надежда.
P.S. Заходите на блог http://pta1984memorial.livejournal.com и почитайте Ленины произведения. Но если вдруг у вас всплывет в сознании слово «ненормальный» – уходите, не смотрите Сокурова, не листайте альбомов Малевича, не читайте хайку и танка, а почитайте «Танкостроение в СССР». И пусть все у вас будет хорошо.
А может быть, что-то дрогнет в душе, и вам захочется накормить голодного котенка.

Автор: Надежда

Странички Дзэн, или Дверь в открытую страну (окончание)

2008-01-15T11:37:32Z

р) Коаны. Новояз
с) Клянемся быть пчёлами!

    т) Дзэн-поползень и миссия Медуза (отрывок из письма)
    у) Метафора движения в кинематографе и никто не смеётся
   ф) Амнезиак-Вудсток

х) Синие апельсины

ц) Кашалот Петя (Drozdovep)

ч) Море за холмами (автостоп-3)

ш) Игра с камнями (Коаны)

        Шарик Барбос И Овал :)
   щ) Gцtterdд!.. (автостоп-4)
    ъ) Почта

ь) неСухофруктовый меморанДум (кабина N 2)

э) Станция «Седьмой километр» (карма-полиция 3)

ю) Я спал.
я)

р)

Коаны:

1. Они учат нас не деградировать, черпая золотые моменты свободы, а быть сильными в своей готовности к этой свободе.

2. Сомневаешься в том, сохранишь ли самого себя к моменту смерти.

3. Предполагаешь, что смерть – это момент поднятия на следующий уровень.

Парадоксы:

A. Существует ли она вообще?

Б. Не является ли плодом молодого воображения?

В. Не является ли плод перезрелым?

Я. Ждёт ли тебя в цветке?

Инициация:

Я терплю и храню, чтобы ты не съела кислятину…

Я свободен в возможности написать это.

Кусок рассказа:

Может, ещё рано ставить точку?

Рассказ Мыши

Новояз

– Шоб никого в классе! Нигилисты…

– Ну Ангелина Львовна, зачем нам старые догмы, когда мы сами конструируем свой язык?! Он пластичен и конспирируем для этого. Русский язык будет жив, пока будет жива система, понимаете? Следующая цивилизация сразу введет свой язык, как только она появится здесь в полной мере. Мы уже приходим, но ещё не в полной мере, понимаете меня? Сейчас придёт «В» класс и объявит себя «Ц-Альфа Третьява Оркандуса». Новая цивилизация, свои требования, хотя там у них декадентов половина ленивых…

– Шоб никого в классе! Нигилисты…

– Ну Ангелина Львовна, зачем нам старые догмы, когда мы сами конструируем свой язык?! Он пластичен и конспирируем для этого. Русский язык будет жив, пока будет жива система, понимаете? Следующая цивилизация сразу введет свой язык, как только она появится здесь в полной мере. Мы уже приходим, но ещё не в полной мере, понимаете меня? Сейчас придёт «Г» класс и объявит себя «А-Сириус Второга Микаду». Новая цивилизация, свои требования, хотя там у них декадентов половина ленивых…

– Шоб никого в классе! Нигилисты…

«(…)После тридцать второго класса мы будем колонизировать следующую школу»

с)

Синее-синее небо и белые хлопья цветущих вишен. Жужжат жуки и проносятся пчёлы(…)

«Клянемся быть пчёлами!

Клянёмся быть пчёлами!

Клянёмся быть осами

Клянёмся не задавать вопросы!!»

Домики наши – в улье завтрашнем,

Строим ходы, воска пары

Наркотик Босха,

Лежебокость мха.

«Хотим быть маленькими!

Хотим быть маленькими!

Хотим ещё, чтобы

Хотели они быть валенками!»

Наш бред – вкус конфет,

Сладок уксус,

Противен мускус.

Желе зяблика,

Ножницы ветра.

Снова поплывём в Африку.

Снова поплывём в Африку!

Снова считать километры.

Будем ломать термометры!»

Люстры финифть проволока.

Сыворотка немых форм.

Согреюсь у тебя дома.

Камин пора строить из слов.

Они нам помогут, верно.

«Клянёмся строить камин из слов!

Клянёмся строить камин из слов!

Клянёмся быть пчёлами

Клянёмся быть осами!»

Чтобы мы задавали вопросы,

И не знали о Босхе и мхе.

т)

Дзэн-поползень и миссия Медуза (отрывок из письма)

(…) Кстати, в этот день депрессивные инопланетяне смотрели на звезды. Мне так кажется. Были ли звезды – не знаю, но кто не любит смотреть, слушать…хотя, я до сих пор не могу не смотреть на звезды. Хотя бы из окна.

Идея о конфликте летающих медуз с противоречивой политикой кэНДэР пережёвывалась в СМИ уже долгие десятилетия, только дорогой «ОМ» и «Вестник Мяса» никак не отважились донести её в печатном виде. Через моё сознание она стала известна пока что Вам и ещё паре людей, которым посчастливилось быть сегодня в такое-то время в таком-то месте в таких-то лицах. Это странно, и это смешно. Президент корейского происхождения – и ввязаться в эту пучину. Известно, что круговорот воды в природе как замкнутый процесс может видоизмениться под воздействием Делегации Экзистенционального Сознания до спиралевидного водостока в районе Средней Полосы... России. Какие последствия – писалось в секретных файлах «до-си-Бу» и «Бо-ся». Агент Карп Борщов, представитель малых народов крайнего Севера, нелегал из глухой деревни Куры, под предлогом исландских рун (мечтал быть гармонистом Sigur Ros) и под воздействием леденцовых конфет перевёз ограниченную партию уже подтаявших медуз на территорию Египта, дабы возложить мокрые комочки на вершину Проводниковой Пирамиды. К счастью и далее, нирване, дзэн-поползень с иконой «Троица» Рублёва в маленьком клюве, успел спасти 1 мм сухой ткани, так что материальная оболочка спирального процесса на время была защищена от воскрешения злых сил низших измерений.

Узнав о провале антимиссии, Правительство Кореи выслало Карпа Борщова (рыбку жалко :( ко всем чертям Тибета, где он поедается и по сей день с последующей инкарнацией в виде русского национального первого блюда. Первый канал показал фотографии куска крыла некоей искомой птицы. Учёные МГУ сказали: «Это буквы», учёные Орнитологи сказали: «Это птица», учёные из Древних просто молчали, ухмыляясь из толщи древних талмудов Руси. Кусок крыла был увиден и услышан зрителем. Культ философской птицы, не умеющей нормально передвигаться и выражающей тем самым иньянпернатый аутизм, стал культом поколения, мечтающего о Переходе, а тело Медузы было восстановлено во избежание спиралевидной потери квантовой силы и выслано в мавзолей Атлантиды.

В Думе после просмотра фильма Линча «Голова ластик» все плюнули на это дело, и оно было нажатием кнопки «X» закрыто.

Пока всё, что мне известно об этом конфликте. Россия осталась суверенной хранительницей великих тайн внутри нас с Вами.

у)

Дин, напиши сценарий?

Метафора движения в кинематографе и никто не смеётся

Дубль 1.

Перед нами белая комната, ну или не обязательно белая, но в приглушённых тонах, не привлекающих наше внимание. В дальнем конце комнаты размытая фигура. На переднем плане стоит человек с кинокамерой и снимает другого человека. На его ладони в вытянутой руке шар. Постепенно, в течение минуты, он начинает поворачивать руку то вправо, то влево, вместе с шаром. Человек двигает камеру вслед за рукой.

Дубль 2.

Крупным планом пол той же комнаты. Цвет пола совпадает с цветом стен в прошлом ролике. В дальнем конце комнаты размытая фигура. На полу лежит шар. Мы сразу узнаём его. Постепенно, в течение минуты, шар начинает кататься то в правую, то в левую сторону. Шар раскатывается всё больше, пока не чертит окружность по периметру комнаты. Потом шар просто катается по кругу. Тут размытая фигура оживает и идёт к кругу. Это балерина, причём не настоящая, а её манекен. Манекен наклоняется, берёт в руку шар, грациозно вытягивает руку и начинает механически кружиться с ним по кругу. Камера. Стоп. Снято. Никто не смеётся.

ф)

Амнезиак-Вудсток

Вечность глазом остывшим приникла к щеке,

на морском маяке свет утих,

этот стих плёл из душ своих тихо,

собранность.

так, соберись, эго-кубик.

Стенли Кубрик, брикет, брит-поп, хрип

отчаяния или паазитива, активирую «Я»

них...я!!)) чаечный чай

только не скучай. только не скучай.

это май, или вплавь по марту?

– блокирую память головой об парту –

даа..! не любил я школу,

в инсте, слава богу, учусь, и дружу – не стыжусь, от пустоты прусь, углы ржат...

диван застлал пухом и пером чаек.

чаечный чай – и спать. БЕГОМ!!

да не, я раньше по ночам не спал, а сейчас почти что сплю где-то в час-два,

днём – час-два часа,

пока не прилетит полосатая оса из другого мира, где всё мило)

я порезы считаю по буквам строк,

хотя боли дико боюсь.

мечтал попасть на первый Вудсток – ну не Робин Гуд ли?!

эх, грех кидать в бездну мечты, даже самые детские мечты.

это не мир – это лишь одна сотая мира,

другого, не такого.

где можно во времени путешествовать,

философия Наблюдателя или...хм.

«что вам?..»

мне?? – нуу, мне на Вудсток и на Радиохэд в Лондон или к шаманам в Мексику,

и... ещё плииз футуристическую эстетику в предельно сжатые временные рамки –

кааак? какие панки?? я просил на Вудсток..

(хренов рок))

ok/ о кей просто это правый глаз...

лимон, ананас, брасс, фас, анфас,

«ну ты ас!!» – да ну?

напишу ка ещё одну

а лучше, друг, сам напиши,

хоть Я, как мышь в экране, где

морская тишь

возвращаюсь назад, из рая в ад

«да ну?» – ага)

ого!

иго-го!

гу. Гу просто Гу.

и никаких НЕ МОГУ!!!)

пока. встретимся Там,

впрочем, до следующего собрания кармических юзеров в ином преломлении яблочнокруглой реальности!

х)

Синие апельсины

Подумать, может, о синих апельсинах? Когда их разрежешь, внутри будет розовая мякоть. Всё-таки розовый цвет странный… Он какой-то непривычный. Может, к нему просто надо привыкнуть, и он оживёт, как и синие апельсины[1]?

[1] Или пускай они будут оранжевыми? Всё-таки привычней…

ц)

Кашалот Петя (Drozdovep)

Смотрите, какой я большой. Как дерево плавающее. Я вещий. Кашалоты особые. Мне ещё моя бабушка говорила. «Петя, – говорит, – ты особая рыба. Тебя взглядом в пузо не уместишь. Вещай, Петя» Так вот и плаваю, смотрю… Меня иногда с подводной лодкой путают, но я не обижаюсь. Кашалоты добрые.

Правда, иногда Они Оттуда в воду всякую гадость сливают. Тогда кашалотам плохо. Но мы уплываем в хорошие места, чистые. Иногда я с дельфинами в прыгалки играю. БУБУУХ! Веселые кашалоты. Рыба говорит, что мы небо с Фонарём съедаем и наступает ночь. Кашалоты серьезные. А ещё добрые и особые…

Дельфины играют с нами.

ч)

Море за холмами (автостоп-3)

– Воон оно, видите, на горизонте? Мне прямо к нему.

Зерцалом ослепительным, чистым, раскинулось оно за зелеными холмами. Птицы разных цветов оперения плещутся там, гнезда тоже там вьют, не улетают. Рыба там говорящая. Разговаривать умеет. Есть там и лунные стрекозы, несущие пыльцу звезд к рассвету на тонких прозрачных крыльях.

Есть там звери разные, розовый енот и пушистый дикобраз, котята, что живут на деревьях, и летающие медузы, предсказывающие погоду. Живут там и существа удивительные, коим человек названия не придумал, поелику нет там смысла придумывать название – что Богом дано, то само живёт и глаз радует.

– Мне прямо к нему. К Волшебному Морю!

Море, то что на холмах, лесные люди почитают особо,… а ещё вода из него избавляет ото сна.

– (!!!)

ш)

Игра с камнями (Коаны)

Нашими словами она оживает.

Когда мы действуем, она превращается в слова, тогда мы оживаем.

Удастся ли убрать с дороги этот камень?

Что могли натворить такого в вечности?

Я открыл конструктор и увидел там мир.

Простой и непонятный мир.

Их подталкивают пальцы.

Потом я ощутил свой палец.

«Их подталкивают пальцы».

Типа они уже ходят по очереди.

Шахматные фигуры в коробке.

Ещё один символ или намёк

на игру

с камнями (я …рыл ……..тор и ….ел … мир.)

Повесть Мыши

Шарик Барбос И Овал :)

На вершинах Анд жило одно индейское племя. Издревле у представителей его была странная особенность – падение. Индейцы падали и не разбивались, а восходили опять наверх, к ледникам. Они растапливали лед своими горячими сердцами и просили у верховного Плацебо пищи. С северным ветром кристаллы с питательными частицами поддерживали их жизнь во плоти. Но однажды появился индеец-бунтарь и сжег все хладнокровие своей пернатой братии. Звали смельчака Геростратчу.

Геростратчу верил – для того чтобы идти выше, нужен пепел индейских сердец. «Глупец», – говорило племя и со сгоревшим сердцем затягивало трубку мира. Они не слышали слов Геростратчу о том, что все они родом с вершин, они пали потому, что были опалены солнцем, живущим в тех краях, и теперь он, Геростратчу, сжёг их наносную силу.

Настал день, и Геростратчу стал вождём. В тот день, как гласит предание, один индеец взошёл на снежную вершину Анд и сказал: «Я вождь Геростратчу». Он начал строить в двух кварталах от ледниковой площади Храм Вознесения, для работы в котором нанял лучших жрецов своего племени. Он повелел построить огромный телескоп по технологии, которую знали его предки, родословной которой он не помнил. Этот телескоп был очень хорошим, и братья с удовольствием смотрели по ночам на звездное небо. На квазары. Он верил в необходимость сталкинга и открыл неподалёку от Долины Ровных Глыб школу танцев «Джастин Тимберлэйк». «Ибо так почти», – молвил пернатый Геростратчу, глядя на танцующих собратьев с горным эдельвейсом в перьях, подавляющих рвотные массы. «Движение – жизнь» висело на тех ледяных дверях.

Рядом с Андами раскинула свои каменные объятия другая горная система, Банды. Индейцы Банд носили полосатые банданы цвета «ультра», в отличие от индейцев Анд с ультрамариновыми повязками на лбу. Вождь Банды, а звали его Калечу, давно имел репутацию black-старовера и жестокого тирана. Калечу говорил: «Банда, мы те, кто спасся. Не обесчестим гордое имя Марса, нашей покойной планеты, которая нам поднадоела. Мы вторгаемся и завоевываем. Ковать быстро!» И остальные ковали сталь, хотя можно было читать книжки или смотреть на далекие манящие звезды в каменный телескоп, который стоял на ровной площадке, обитой железной полусферой. Одна метель с удушающим свистом навещала то место (…)

Эльфы говорили, что на эти горы опустилась Великая Метель. Она проносилась ледяным огнём.

В пещере у двух горных систем жил мальчик. Он никогда не взрослел. Подземные эльфы дружили с ним и рассказывали ему разные истории. Он впитывал в себя всё, что слышал от маленьких человечков. Они сидели у костра, жарили листья и варили фруктовый кисель с жимолостью, росшей по склонам у пещеры. От эльфов мальчик узнал своё имя. Главный эльф Гурндтри однажды нашел у входа в пещеру обожжённый кусок бумаги с уцелевшей надписью «Шарик Барбос И Овал». Эльф подумал, что это имя хозяина жилища, и приклеил мальчику на лицо мёдом.

«Шарик Барбос И Овал(…), Ты лежал в корзинке. Когда я вытащил тебя на свет Божий, ты улыбнулся мне. Наверное, тебя оставили Другие.

Гурндтри было известно о племенах Анд и Банд, и он рассказал легенды о них Шарик Барбос И Овалу. Мальчик взрослел опытом и готовился к Вознесению на горные системы. Собрав весь багаж знаний, в одно солнечное утро он вышел из пещеры. Он шел впереди, а за ним шли все эльфы. У Гурндтри была табличка из листьев «+69 :)»

Гурндтри молвил: «мальчик с именем табу, принеси им Мир, скажи им, что они братья, освети им путь огнем Геростратчу и войди в тот Храм!».

щ)

Gцtterdд!.. (автостоп-4)

Gцtterdд-Gцtterdд!..

Gцtterdд-Gцtterdд!!

Эх… ну хоть бы один проехал. Ууу…Рррр… :(

Неужели так и придётся мечтать о Волшебной Стране? Я вот из Швеции, Gцtterdд, один выбрался, сам себя, Gцtterdд, пинком – гуляй, Вася, иди на все четыре пальца.

Gцtterdд-Gцtterdд!..

Gцtterdд-Gцtterdд!!

Нууу…

Я так не играю. Портал такой маленький…А полицию кармы жди… Gцtterdд…

Пойду в лес Gцtterdд от вас…

тропинка ведет мимо станции

…Оу, кролик! Куда же ты, Gцtterdд, дорогой бежишь? У нас бы в Швеции, Gцtterdд, тебя за своего бы приняли, как скифа, Gцtterdд, в жёлтую майку бы нарядили, Gцtterdд, рога бы одели на ушки твои, Gцtterdд, и стал бы царём зверей, Gцtterdд! А тут тебя, Gцtterdд, бедного, ноги и спасают…

Gцtterdд! Тьфу, стоп! А может, наш кролик к порталу бежит? Хм,.. Gцtterdд,

Зуб кашалота!! Кролик! Ээй!! Стой! Шведа подожди! Эээй!

Gцtterdд-Gцtterdд!..

Gцtterdд-Gцtterdд!!.........

ъ)

Почта

Давай про почту напишем, а? Ладно, только не сразу. Поможешь? хорошо)

Почта – это дыхание ветра ветра, которое создаёт письмо, летящее в руки адресата какие руки? Ты что?! Теперь представьте то же, только с мыслями. Дежавю, воспоминания, хорошая идея, случай из жизни…есть ещё варианты? Да сколько угодно! Вариантов – сколько угодно, главное, чтобы они были интересно услышаны. Так. Адресат получает наши мысли спустя какое-то время нужно соединить промежуток между ветрами. Напиши «обморок» , незаметное из-за обморока вследствие задержки дыхания. так, теперь искусственное дыхание.. Адресату делают искусственное дыхание на лестнице..? делает какой-нибудь кот или пёсик, ну ну… нууууу, соседка уфф! J. И он видит письмо в руках, прине… принесённое ветром. Молодец! :) Давай-ка теперь сам.

Короче, иногда почта работает на улице, через улицу и через улицЫ. Лицевая эмоциональная и smile-почта включает письма в формате optic-double, отправляется визуальным методом вследствие сокращения верхних или нижних лицевых мышц. Тип: конспирированная. Гост N: 987654321 и готово. Гость заявил о себt. Близкий или далёкий гость. Признак: территориальный. Вид: чувственно-смысловой. Наименование: почта.

Определение: почта – это дыхание ветра.

Блин, и чему я тебя только учила!?!?!?

ь)

неСухофруктовый меморанДум (кабина N 2)

«Наши отряды только за сегодняшний день поймали 17 669 мышей, из них около трети представителей мышат. Главный источник их коллективного разума пока не найден. Говорят, это старая мышь, откуда-то с гор, предположительно с вещими наклонностями. Также продолжаются работы по унижению кроликов, обладающих ненужной нам беспечностью. Строятся лагеря для диссидентов, пойманных в селе Рыло при попытках к пересечению седьмого километра. По данным ЗлоТарТасс арестованные напрочь отказываются давать какие-либо показания. Уже составляются судебные протоколы и следственные анкеты.

Ведётся создание психологического оружия для подрыва интеллектуального позитива. Неформальное движение сублимировано в чётко организованную тоталитарную секту, каждому представителю которой вставляется в уши свой порядковый номер. Вся энергия от их мыслительной деятельности направляется на дистрой энергетических каналов. Мы составили точные указания к применению психоделических пассов для раскрытия микросхемы энергетических зон, расшатывая изначальную карму, приводя к дистрою веры и продажи её по оптовым ценам, установленным нашим Братом. Мы продолжаем создание различных религиозных сект и андеграунд-форматов, что должным образом укрепляет контроль над источником нашего питания. Любые разговоры о нас караются пустотой. Мы сомневаемся в собственном существовании и следуем установкам высших Тёмных Органов…Хотя, мои соображения по этому поводу не в поль…Аааа…» (связь прервана).

– Вот, Кшиштоф, говорил я ему, есть такая структура, контролирующая всё и вся. Если бы всё и вся не контролировались, чушь была бы, анархотепия и свободосодомия. Что же получается? Самоуничтожение получается! А ты мне всё «нет нет, люди сами себе ставят рамки, соблюдают их, сами запрещают небо» Просто так? Кузнечик яцкий!

– Иван, какое небо? Тут на земле из людей высасывают трубочкой для сока душу и дух! Вот и «запрещают», падая. И те, кто это делает, Вампиры-технологи, сами же и сомневаются: «мои личные соображения по этому поводу…» хе! Ну и Герцох, шутник..! Не долго ему в шараду играть. Скоро встретимся на собрании «black Я», а потом наших пленных «темно-светлых» отпустим. и вспоминала, как она впервые увидела меня в рядах Вот тогда они доиграются. Поделили… «Тёмные, тёмные!» Сути они НЕ знают. Не ИЗБЕГАТЬ надо, не ДЕЛИТЬ…Главари тёмных ведут лишь Задержку. А они рай в аду ищут… недоученные…

Полетели-ка с тобой к седьмому километру лучше..?! (…)

– Полетели, яцко вЫше!!!

- Задраить кабину!)

э)

Станция «Седьмой километр» (карма-полиция 3)

Синее-синее небо и белые хлопья цветущих вишен. Жужжат жуки и проносятся пчёлы. Пахнет сеном, и ветерок приносит морской бриз. По дороге, что слева метрах в семидесяти, едут на велосипедах пипплы и пипплчихи. Пролетают птицы-булочки в румянопечёных одеяниях и какой-то человечек в жёлтой футболке спасается бегством от маленького серого кролика. Запах железной дороги, схожий с запахом кошачьей шерсти и колодезной воды, возвращает к месту моего нахождения здесь, у седьмого километра. Кролик скрылся за поворотом. Интересно, от кого он убегает? Хм, странно, никого…Может, он лишь образ, заставляющий стремиться к цели? Может быть,.. скорее всего. Да, наверное, образ…этого места связан с моими сокровенными мечтами. И всё-таки странное письмо…Кому могло прийти в голову встретиться со мной в моем сне так далеко от города? Кто-то ведь знал, что я был у себя дома, что я никуда не ушёл, что мне не к кому пойти и так груст…тьфу ты!!..Чтобы мне наспех, за час, уехать да ещё и неизвестно на сколько времени?! Глаза в очередной раз чешут буквы, конструируя образ места и времени: «(...) в два часа дня у седьмого километра. Возьми с собой кружку, кусок разноцветной бумаги и трубочку для сока…»

Хм,…какую ещё трубочку для сока?!

Ну ладно,

пусть это будет

Трубочка для сока.

И вот я здесь, а в голове опять вспыхивает этот кролик…и линия жизни на ладони делает изгиб…

ю)

Я спал.

И, по-моему, знаю, кто ждёт тебя в два часа у Двери в Волшебную Страну…

я)

Две Ленины фотографии

2008-01-15T01:18:36Z

Первая сделана в Киеве весной 2007 г., а вторая - в Крыму летом 2006-го, когда он был на практике в археологической экспедиции.

Странички Дзэн, или Дверь в открытую страну (продолжение 2)

2008-01-14T23:45:45Z

к) Магнитофон
л) Третий путь в Пончо-Пульке (карма-полиция 2)
м) А теперь минималистичную речитатив-пьесу. Сам.
н) Вот и зацвело
о) Сны Волшебной Страны (автостоп-2)
п) YellowSubmarine и миссия Адольфа (по мотивам ICQ)

к)

Магнитофон

Эльф увидел маленькую дырочку в дереве и залез в неё. Во тьме он увидел чью-то рожицу. «Зеркало», – подумал Эльф. Но это было не зеркало. Это был «Сталкер». «Место элиты», – подумал эльф. А мне нравится Тарковский. Тебе он наверное, тоже нравится, правда, Дин?

Да, может, это и было местом элиты, может, их так воспитали, или они сами такими стали. По крайней мере там оказалось настоящее искусство. А опыт, это как кухня – кормись чем хочешь.

Эльф повернул на кухню. Рука потянулась к выключателю. Он понял, что находится в прихожей. Постепенно он начал различать в окружающей тьме очертание предметов и стен.

Он поднялся на слабые ножки.

«Где я?»

Когда он очнулся, вокруг стояла полная мгла.

Оно дрожало.

На полу лежало маленькое голое тельце.

Сейчас я включу тебе одну сказку.

«Плёнка задом наперёд крутится! Поправь, а?!»

«Впустишь в дом всяких эльфов – вверх ногами потом всё!»

«Не всё».

л)

Третий путь в Пончо-Пульке (карма-полиция 2)

Динь Динь Динь

Его городок был маленький и уютный, чтобы в нем можно было слушать солнечные лучи. Домики росли на нескольких улицах вокруг центрального Сферария. Древесные настилы покрывали круглую площадь, подобно разноцветный скатерти, лоскуты которой эклектично вспыхивали разными цветами радуги. Вокруг Сферария возвышались четыре холма. На них велись разговоры о Созидании. На холмах краснели спелые ягоды земляники, гуляли кролики и летали бабочки. Над цветами, росшими по космическим созвездиям, кружили разноцветные жуки.

Сквозь виноградные ставни гладило теплом солнце. Пора было вставать. О’Дин нехотя встал с улежанной Пледовой Норы. Надо пойти умыться и собрать Лучи. Потом можно слетать к Вещей Горе, проведать Бабушку Мышу и высветить канал к Эдику. Хом-хом-хом… возможно, придется, отразить в ком-нибудь из того временного отрезка.

После оранжевых ванн в кожуре фундука почему-то подумалось о городе…Как там они? Главное, чтобы сталкеры не проморгали вспышки Вампиров, иначе к Злым окончательно вернётся память о постПадении…теперь только проторенные впадины ледников и остывающее эхо падших, уцепившихся бессознательными пальцами за это измерение.…Только это…только так…Хотя, есть ещё вариант с эклером из дикобразовой вишни…Но это крайняк. Можно только говорить о тех временах, когда история тысячелетий писалась в один день какими-нибудь Иван Иванычами и Кшиштофами…Старая Мыша говорила, что люди, которые остались в городе, видели свой самый страшный сон, в котором они так и не решились…впрочем, Сияющие могли легко сорвать плотные фантики застывающего смога их страхов и спасти их…что они и делали. Прошлое. Есть ли оно? Сейчас оно стискивает мои виски и я пишу эти строки. Прошлое…Тогда туман пел хорами тоски и челюсти сумерек стискивали горло. Для самих пта это было в настоящем мгновении. Да, настоящее…шаг – и ты чувствуешь – крылья несут тебя вдаль, к Морю, мимо седьмого километра…

…Танцуют феи и движутся в лоне луны

Бирюзою дерев и сверчков,

Пламенем мудрых вещаний,

Зовущих шаманов в туннелях миров. Усни.

В шепоте мантр, надежды и хвойных стихов,

В пепле скоромных камланий.

…Да, Грэхем была слепа к той реальности, что выдыхают безжизненным воздухом киты и рисуют на асфальтовом холсте клетчатые подошвы, которые разговаривают с другими следами. Да и сами кеды и ботинки, общаясь на своём языке, узнают друг друга, когда ещё голос молчит, а дыхание рассекает две стороны одной улицы, по которой шла Грехем, а по другой – странный мальчик, в котором всё выдавало Отсутствие. Его глаза тащили ноги, а мысли – привязка к сумеречному туннелю между мирами. В тот день Грэхем прогуливалась по улицам Пончо-Пульке и думала о прыгающих кактусах…Странный мальчик вообще не думал. Синдром Аутичу и лучи в глазах.…Но всё-таки он был не совсем слепой. Он повернул голову и увидел на другой стороне улице Грэхем. В городе это было бы обычным делом в зевопазле львов, все равно что своей головы испугаться, но то был мексиканский Пончо-Пульке. А в Пончо-Пульке издревле был обычай – при касание взглядов странных мальчиков с синдромом Аутичу и не менее странных девушек надо было заорать на всю улицу «Харе Пончо-Харе-Пульке!!! И издать индейский позыв. Так что странная пара сразу приступила ко второму этапу кармической встречи. Ураа!!!

– Оу, привет! J

– Привет! J

– Гуляешь?

– Ага.

–А ты чё опять асфальт глазом тащишь?)

– Ну типа того..) А ты откуда знаешь?

– Ну как, мы же через первый этап прошли! J

– Поговорим пять, ну семь, ладно, десять, минут – и разойдёмся, полюсами…

– Не загадывай ты!…При чём здесь минуты?.. Ты же знаешь, я ко времени – что сом к папоротнику.

– А я и не загадываю. Я и так это знаю. Прям я тебя не знаю. Поговорим и уйдёшь…и весь этап…

– Меньше знаешь – скорше едешь.

– Я вообще-то иду, а не еду. По моему, автобусы и метро давно Ыши поели…

– Кой хрен разница…поели, и хорошо. Босой иди, и здоровее будешь, смотришь – и крылья отрастут…

– …или жабры J

– J

(Пауза).

Рука Грэхем отбивает ритм,

Мальчик что-то мычит про себя…

Третий этап

– Н-ну ладно, я пойду

– Ну давай, я тогда, может, позвоню..?

– Я вряд ли дома буду.

– Телефон – это краб, у которого короткие гудки вместо клешней…

– J Ну тебя не изменишь. Ладно, Харе Пончо!

– Харе Пульке!

Не загадывай, Дин…

При чём здесь минуты?.. Ты же знаешь,

я ко времени –

что сом к папоротнику.

Эх, вот всегда так…

А прикольно всё таки! В пончопульковском сне звонить)

Помню только библиотекопочту. Но там люди одевали книги, словно кукольные платья. И она меня оттуда вела по тропинке через лес, мимо папоротников…

Динь Динь Динь

м)

А теперь минималистичную речитатив-пьесу. Сам.

Чешуя.

Леший.

Решай.

Иешуа.

Кони.

Окно.

Вены.

Вонь.

Вон.

Там.

Мат.

Мать.

Твою.

Лаю.

Гав.

Собака.

Пёсик. Хороший.

Пёсик Хороший.

Приятно

Познакомиться J.

Скажи

Без

Лжи,

Что

Там?

Там:

«Гав

Гав

(Лаю)

Твою

Мать!!!

(Мат

Там)

«Вон!»

Вонь,

Вены,

Окно,

Кони…»

Иешуа:

[Ладно][1]

«Решай:

Леший

Чешуя…»

Собака:

«Пьеса о счастливом конце»

[1] […] – слово отсутствует в оригинале, но приведено для ясности и связности текста

н)

Глава 1. Ух ты! коллаж)) Аа, Дин, я стала маленькой!!

Вот и зацвело
Вот и зацвело всё. Весна, собственно. На трубах греются бабушки (под солнцем), а на лавках парочки раскладывают букеты разнотравья и -цветья. Стоило пройти полпути до рынка, который находится тут рядом, как тело начало клёво впитывать лучи солнца, а поры давать испарину, поэтому я пришёл потный, но радостный и ослабший. Две недели в стенах дали о себе знать. Барсучий жир и арбузная лужа не заставили радуги изливать реку пара. Мясо уничтожимо, Сахаров превратился в горстку рафинада. Хотя, история тут ни при чём.

Глава 2. Нерест брита

Нерест сожрал дромарин брита, и он на немного отошёл в мир воспоминаний (который сдавливают). Прямиком в ад – так говорит Ничто, которое ничего не знает, а смеет калякать гландой низших измерений. «Каля Каля юзер измовый цук цук – стадо шляет»

Глава 3. О цапле и шаманской географии

Цаплю вспомнил. В Карелии, небось, хорошо сейчас. В Сибири шаманы плодят Иное, а на Урале руда слэмит. В Приморском крае Тихий океан поливает тигров, которые отрастили плавники, а в Мексике шаманы уже в Ином. ПЛодят их. Их делает кактус-ёж. Они потомки яки и майя, которые есть суть окультуривающих инопланетян других зарождающихся цивилизаций. ФФу. Ну и загнался!)

Глава 4. У как поёт! )

А всё вокруг просто. Да, я тоже так думаю. Меня не видно? Всё простит, не усложняясь ни на долю секунды, потому что времени в Природе нет. Есть Она, Природа, которую сама Богиня Мать созерцает в своём превращении из внутри во внутрь. Но это к футуротантре ближе. Причём выпученной до размеров позитивбольного мяча, который закатился под машину общества. Карма Полис поёт. У как поёт! J

Глава 5. Погоня 1

Я за ней не успеваю. Гонево Эдгара По. Гон грусти и тоски. Но она же придёт опять, ну придёт же. «Нет, не придёт не надо . Неееет!! АААААА!»

Глава 6. Погоня 2 (Теория)

Глава 7. Шопенгауэр и Король Артур. (Критика)
Вчера смотрел «Жизнь прекрасна» фильм и там фраза Шопенгаура была. Умная фраза. Но я её не помню. Помню, что была, а какая именно – вылетело из правого или левого полушария земного мозга. Но сказал её Шопенгауэр. Артуром его звали, прямо как Кроля (Колроля то есть)) Артура, впрочем, про него тоже ничего сказать не могу. Он вроде за столом посидеть любил. Круглым. Фильм итальянца Роберто Бениньи, который и главную роль играл. Полный арт-дзэн, трогательный и стоящий задуматься. Вообще, Бениньи ещё у Джармуша снимался в фильмах в компании с Томом Вэйтсом.

Глава 8. Не знаю даже…или китовый БУХ!!! (по мотивам «Атланты небо держат..»)

Не знаю вот даже. Думал, знаю…А оно вон каким боком кита вышло. Кит землю держал-держал, с атлантами держал, а она, эта Земля кааак бухнет!! БУХ!!! Атланты улетели на Сириус паачти все, а кит только и успел сказать: «БУХ!!!»

Глава 9. В пустоту. In Limbo

«Том, где твой глаз?! ТООМ! Где твой глаз??! ТООООМ!! ГДЕ ТВОЙ ГЛАЗ????!!!!

Том: «Мой глаз теперь твой глаз»

Постскриптум: не Йорк. Подпись: не Том.

Глава 10. Заключительная

Весна же J

о)

Сны Волшебной Страны (автостоп-2)

Благослови их своим появлением в них.

Светлеет. Уже не так темно, как было раньше. Они все спят. Их глазки закрыты. Они рассказывают сказки друг другу во сне. Им снятся разные сны. Они тихо рассказывают друг другу сказки пробуждения на каплях росы. Тонкие паутинки южного ветра и солёный запах стрекоз… Тропинка идёт вдоль пригорья. Ветер приносит с Диких Лугов запахи сена и разнотравья, еле ощутимых касаний тмина и корицы, и…

жужжащие рои блестящих жуков. Жуки заглядывают нам в глаза и пролетают дальше. Наверное, эти создания думают, что мы – это цветы. Они смотрят и летят дальше, за луга, к равнинам. Там сейчас гуляют Собиратели Росы. Жуки летят к ним и рассказывают, какие у нас красивые глаза.

светом…светом…

п)

YellowSubmarine и миссия Адольфа (по мотивам ICQ)

Светлячок заработал. Сотая часть улицы освещена. Пожалуй, хватит, чтобы провести агитсобрание нескольким птахам и паре пипплов)

час ничегонеделания. сектор Б уже реинкарнирует, а птицы-лягушки только клаустрофобируют третий сон.

я в шоке. барсяк так похож на моего внука

если я последний в цепи – где планета В???

они внутри. я спрашиваю себя : «За что?» все мои акции покрылись слоем пыли. пора вызывать тлю

Божьи коровки улетели на луга, а тля плодит и скоро вытеснит всё мужское население. уже ведётся зомбирование сломанными телевизорами и расстаявшим мороженным

ОНИ изъяли у правых блюдечки для эскимо. народ бастует. полгорода попадало в люки(

я придумал им летающий лифт из печенья. но и этого времени не хватает. тля множит!

когда я прячусь от НИХ, то они превращают феминизм не кулинарный триптих, и подушка под моими ногами покрывается слоем однополых снов. эротика нужна, но не в извращённых системах сектора Б. я им говорил, но они насилуют наших пипплов, лузеров и кафок, когда они реинкарнируют во сне. однополость ещё не спасала. даже Дроздов молча развёл руками.

я привлёк инженеров к усиленному производству колец-триптихов. они сцепляют поле энергии, когда мы спим, и защищают наши тела

куски света ещё шмурыжыли лысый подвал на голове Иван Иваныча, но Эдик уже спешил к предку

кости под мышками предка говорили о его питекантроповости

Эдуард бежал. воздух трепал его рот и уши. паутинка непонятного звука летела птахой над головой

такой юный. юный..

если бы крючок с кураре зацепился в его горле, отрава немедля по венам перешла бы в его мысли, а оттуда – в мечты...

кто бы знал, что предком окажется девушка..

нога сама вошла в отсек подлодки. шёл 45 год

Жёлтая субмарина попала в эти годы не случайно – Адольф Гитлер с отрядом НЕзелёных переправили квазипотоки из Зильбертплатца на остров свободы КУбу. Курс был Перу – женское звено в кристаллической решётке Земли, а затем спровоцировать взрыв в чакре – Египте.

но наци- дало маху – с разными арифметическими знаками квазипучок ушёл во времена ливерпульской четвёрки. Битлы как раз плыли за порцией эклера в северный Уэллс. Yellow Submarine блистала ультрафиолетом новых детей, цвета раста – без вредных привычек, просто раста – уносились к кельтам. Эдуард сейчас в опасности.

Где Пол? – Джон только убрал с носа перископ..

petra (08:53 PM) :

однажды у меня пропал глаз. Я очень удивился, когда нашел его в своем овощном супе, я ведь не ем глаза, а они так и просятся попасть ко мне внутрь. Наверное им интересно взглянуть на мир изнутри

pta1984 (08:54 PM) :

...Джон убрал с носа перископ.

Пол! Поол!. Пол, мать твою?! Ты знаешь, где мы? ТЫ знаешь, куда нас закинули?! Нет ты должен знать!! Знай – мы в супе!

Жёлтая подлодка двигалась по направлению к глазу..

Поол, Факин сын! Едь суда со своим подносом. Ты думал, кубинцы ждут от нас пацифизма, ты так думаешь, не а мой френд! они хотят только экклера. ну вот и привезём им крем ангельского Уэллса,_ ответил из рубки Пол Маккартни

Солнце уже садилось за тёплые воды Аглийского залива... Пол и Джон слушали пятый концерт Бетховена, Ринго барабанил по голове чайки, а Джоржио напевал новую кришнаистскую мантру. Эльфы их видели из сектора В...

petra (09:01 PM) :

какие нах эльфы?

pta1984 (09:02 PM) :

Эльфы хотели украсть твой глаз.

petra (09:02 PM) :

о нет!!))

petra (09:02 PM) :

в таком случае не страшно) )я ведь уже съела...*TIRED*

pta1984 (09:03 PM) :

ААА!) Пол! Ты слышал, Ринго пробил бошку ещё одной птахи. Какой он пацифи-мэн, он скорее античайкофоб! Ринго только хотел подметить правым полушарием хэт чайки

pta1984 (09:04 PM) :

нет НЕТ1 Жёлтая подлодка внутри...

petra (09:04 PM) :

О боже!))

petra (09:04 PM) :

фу.. вывернуло...

pta1984 (09:05 PM) :

:-!ты их спасла!) спасибо, Саша! Битлы только хотели выпустить Сержанта Пэппера)

petra (09:05 PM) :

не вижу ни глаза, ни лодки.. эльфов и подавно...

pta1984 (09:05 PM) :

Ринго даже выронил голову чайки)

pta1984 (09:06 PM) :

так ведь сейчас.. Поол! Пол - Саша должна увидеть!!

petra (09:06 PM) :

вижу лаваш, апельсиновые шкурки… варенье из гаек... фантики.... нет, не вижу

pta1984 (09:07 PM) :

((>:o ну под лавашем, такая лужица - там такое жолтенькое пятнышко. подвинь мышку и увидишь - варенье из гаек мешает

petra (09:08 PM) :

шо-то вижу, но не уверенна, что оно живое... *тыкаю палочкой*.... определенно, они всем составом отправились в паралеллный мир.. без багажа

pta1984 (09:10 PM) :

как? вот проказники! ладно сектор Б ещё вроде не закрылся. светлячок держит огонёк спустя пять микроминут! Япония пока не отменяла мораторий на феминизм. Нам надо притвориться девочками.

Странички Дзэн, или Дверь в открытую страну (продолжение)

2008-01-14T22:47:42Z

ж) Железная каска эмо – мальчика (LP)
з) …И всё-таки в этой жизни трудно быть счастливым

и) Космическая лаборатория Иван Иваныча и Кшиштофа, а
также Бутылка воды (кабина 1)

й) 4 в городе

           Маленький котёнок: серый, грязный
         Проспекты распростёрли массивы асфальта
           Острой леской
           5. хлебная
           6. эллада
           7. ящерица

ж)

(…) О’Дин, напиши мне рассказ. Пожалуйста. Только так, чтобы я об этом не знала(…)

Железная каска эмо – мальчика (LP)

Но это уже совсем другая история. Йоу :)

Железная каска? «Ну да, это Снежная шапка ада, выкованная человеком». Прометей ошибся, принеся людям Огонь. Теперь даже слово «Огонь» принято писать с маленькой буквы, если написать слово «Огонь» вот так, скажут – «ParanoidAndroid»[1] или неуч, что тоже будет похвалой. Кто-то скажет «парень что-то слышал ушами, часть слов съел сразу на улице, а часть оставил для дома». Дом этого парня – улицы его города, Огонь этого дома – души его реинкарнировавших братьев и сестёр, а еда – сырая Любовь. Он ел ртами братьев и сестёр, молчаливо прикасаясь к их губам своими губами, и говоря их душам: «Привет». Они отвечали ответным касанием губ. Когда поцелуи иссякали, даже не иссякали, а таяли новорожденным снегом, лежащим на тёплом ковре улиц, парень относил свою грусть в раковину с другой чистой посудой и смывал всё грязной водой воспоминаний. Боги говорили парню: «Дурак…», а он говорил им: «Сами такие…», вот с ним и не общались боги. Пока что.

«В одном городке жил один человек. Никто в округе не знал ни его имени, ни кто он такой внутри. Доступ к его «Я» был наглухо заколочен старыми досками, из которых торчали ржавые гвозди. Поэтому иногда люди за деревом просто не замечали человека. Он прятался в своём доме и носил одежды цвета берёзовой коры. Весной он брал деревянную стружку и ковырял в ладонях отверстия. Из них сочился берёзовый сок. Так он собирал влагу на весь год. Иногда его звали «эмо», но он не носил регланы тоски и чёлку озорного мальчика. Ему было всего пять лет, но все звали его дедушкой. В ответ мальчик доставал из своей хипповской сумки старинную фотографию, на которой был изображен какой-то парень, и говорил им: «Это мой сын», затем переворачивал снимок и говорил им: «А это – мой отец».

Я – «So, I – This Is You» (2007). Иногда парень открывал английские книги, и читал состав группы, названия песен и в конце – фамилию продюсера и лейбл, на котором писался новый роман. У него была плохая память, и частенько за это он получал три позитивные птахи вместо пяти. Но трёх ему вполне хватало, отчасти из-за мистической любви к этому числу, отчасти из-за того, что от пяти птах у него начинало стучать в висках. Оно стучало, но он не открывал, говорил: «Не верю вам, а сам не открою». После этого его волосы начинали тихо плакать в разные стороны, и он вполне обходился без эмо – чёлки. Когда ему надоедала книга, он брал диск и выбрасывал старые эмоции, словно кеды, в окно. Диск летел подобно летающей тарелке с остатками еды, а парень говорил про себя: «Четыре птаха, пять птаха. Я так мечтаю выучить язык ангелов. Я так питаюсь едой души. Я так стесняюсь их целовать. Неет! Ааа!.. : (Дурак…

«…поэтому с ним и не общались боги. Парень мечтал о том, чем он уже обладал в прошлой земной жизни. Но сейчас у него было другое, и это было настоящим чудом, о котором он даже не знал. У него внутри кто-то был. (Причём это «внутри» было снаружи). Он чувствовал это, особенно когда видел фотоаппарат в руках у кого-нибудь. Кто-нибудь замечал на своей камере его жадный взгляд и, видя горящие глаза, кричал ему: «Ложись!!!» Парень хотел сказать, что он за мир и любовь во всём мире, но стеснялся это сказать, и человек с фотоаппаратом уходил, так и не дождавшись слова-пароля. Но однажды его всё-таки сфотографировали.

Тогда он служил в пехоте. Он ненавидел войну и армию. Девизом его роты было: «Нет армии! Мир во всём мире! PeaceandLove!» Он с остальными выполнял секретное задание, заранее обречённое на провал и верную смерть всей роты. Страшную смерть. Солдаты понимали это и запасались книжками и музыкой.

Это была странная война. Все в ней были странными.

Они делали вылазку в соседний лес за земляникой. Лес находился за большим полем, а земляника росла в овраге в глубине леса. Аромат сочных ягод пели птахи над головой, и их голоса уносились в даль небес, где смешивались с перистыми облаками и лёгким ветерком, развевающим волосы. Там был их следующий дом.

Через поле парни шли вместе, а в лесу рассыпались на отдельные ментальные скелеты и собирали ягоду в одиночку. Старшина сказал им: «Не спите долго в том лесу, а то проспите, и родной сын потом не узнает». Но никто не послушал старшину. Всем был пофиг его иллюзорный опыт систем.

Когда поле жизни осталось позади, Отец увидел молодую берёзку, росшую на опушке, и понял, что в дереве кто-то есть. Он приложил ухо к коре и услышал в дереве нежный голос, читавший «Грязные салфетки на круглой скатерти[2]» и «Снежную шапку☺[3]». И тут он почувствовал: сквозь молодую кору на него кто-то смотрит. Сок капал на его раскрытые ладони. Отец жадно припал губами к сладкой ранке на древесной ладони. Губы встретились, и голос из дерева тихо произнёс: «Привет». Это было паролем. Железная каска с глухим щелчком упала с Его головы на землю.

На месте исчезновения братьев и сестёр нашли висящую на ржавом гвозде фотографию, на обратной стороне которой было изображено женское лицо. Но это уже совсем другая история. Йоу :)

[1] ParanoidAndroid – название композиции группы Radiohead.

[2] «Грязные салфетки на круглой скатерти» (2003 – осень 2006) – пьеса – коллаж. Квинтэссенция дневниковых записей и фантастических рассказов. В «Салфетках» был выработан новаторский («квази», «инди», и пр.) подход к литературе. Чёрная изнанка «Снежной шапки».

[3] «Снежная шапка☺» (осень 2006) – сборник рассказов. Является белой стороной и логическим продолжением «Салфеток». Отличается позитивным видением окружающего мира.

з)

…И всё-таки в этой жизни трудно быть счастливым. Постоянно нужно прилагать какие-то нелепые усилия для достижения того, что иногда кажется ещё нелепей. Ты вытягиваешь в одну сторону канат усилий, а твоя цель тянет его на себя. Бессмысленный противовес, не учитывая, что это «тянем-потям» – сам по себе бессмысленный вид трудовой деятельности. Если бы Сизиф тянул канат, а не катил камень в гору, он бы делал это с усердием первопроходца, за неимением камня и ничего другого. Тогда его новый труд избавил бы его от врождённой боязни высоты. Но скоро этот канат надоест ему, как ранее надоел и камень, но он ничего не сможет сказать в своё оправдание, так как это нарушит Миф о Сизифе, где этот обречённый должен воплощать всю бессмысленность и бесконечность человеческого труда и труда вообще. И чем дольше тянул бы он канат, тем больше ему надоедало бы это, и тем сильнее наклонялись бы весы бессмысленности закатывания камня и перетягивания каната в сторону перетягивания каната, потому что Сизиф сравнит то, что он делал раньше и что делает теперь.

Сизиф опять захочет вернуться к своей старой горе и камню, и он бы вернулся со словами, с которых начинается этот рассказ:

«Всё-таки в этой жизни трудно быть счастливым».

и)
Космическая лаборатория Иван Иваныча и Кшиштофа, а также Бутылка воды (кабина 1)

Фойе. Под умывальником:

«Два-три года, и год на довершение Созидания, хм…задача, пожалуй, вполне осуществимая, если учесть, что сами составители учебников тратят время на их штудирование». Ван Дер Хэрц отвлекся от ортодоксальных идей внутреннего господства и заказал на завтрак яичную скорлупу, сдобренную цедрой семи лимонов. Завтрак пришелся ему явно к лицу. Он разбил зеркало и поставил на его место телевизор с записью своего подпольного концерта. Он поставил его на паузу и разбил это зеркало, чтобы за ним не подглядывали из монитора. «Бумага обрастает экраном и фиксируется информационной доступностью в сознании других».

На столе стоит бутылка воды. Вот она. Смотрите какая! Бутылка, а в ней налита вода. Смотрите, бутылка твёрдая, стеклянная (две буквы «н»), а вода в ней жидкая и умеет плавать. Вода плавает в ней, в бутылке.

Посмотрите, вот бутылка и в ней налита вода, настоящая вода! Это вода, правда, посмотрите, это настоящая вода. Как море, оно из воды ведь. И она здесь, вот тут, прямо в этой бутылке налита. В настоящей бутылке! Посмотрите!

Лаборатория примерно в это же время:

Кшиштоф знал эту формулу, как птица знает, как взлетать в воздух, и Кшиштоф взлетал в небо истории, рассекая столетия и вспарывая своей кибернетикой иные структуры восприятия. Иван Иваныч по прозвищу МуравейNic, из за своей кишащей мыслями головы, только успевал разводить газировку Липецкой.

– Кшиштоф Яович, на ужин у нас яичница по рецепту нашего любезного гостя и лимонный джем с медком уральских пчел.

– Спасибо, Эочка, ты всегда заботишься о моём астральном пищеварении.

– Кушайте, да не перекушайте, Кшиштоф Яович, и Ване оставьте кусочек, только маленький. Ему сегодня больше 1,5 мм яичницы не рекомендуется.

– Да-да, я знаю, у Вани сегодня контакты с четвертым кругом, может отрыжка случиться, всех Щуров распугает, тогда им ещё придется шоколад космический год хавать. А пятому кругу эта отрыжка магнитные волны может нехорошие послать, у них и так там с экологией хуже, чем с шоколадом в оккупированной неграми Албании.

– Вы сегодня даже шутите, Ванечка. Я очень рада вашему настроению. Правда рада.)

– Я понял намёк, Эочка, я уже отправил Экзекуции посылку с 37 ГГц фотонных смайлов, думаю, церковь обломается лет на восемь. Только за ведьм боюсь, что они полпосылки схавают, тогда нам придется искать фильм «Беги, кролик!», только он на сто одиннадцать процентов поднимает нам настроение... Я его где-то в старых файлах припрятал, оох!…, спина болит…

А ещё я могу взять эту бутылку в руки. Смотрите, смотрите, я беру её в руки, беру в свои собственные руки. Руки мои, они настоящие, руки…я беру…

Она поднимается. Всё выше, выше, смотрите!

«Она летит!!!...Быстрее идите все сюда, смотрите!» – послышался изумлённый голос Иван Иваныча. Я подошёл и не поверил своим глазам: бутылка с водой летала по Академии Наук.

– Уррлеле, Ивануш, смотри, чё я нашел!

По ладони Кшиштофа размеренно ползла по своим координатам трансматричная улиточка. Она забиралась на холмик Венеры, неспеша колыхая своими тоненькими усиками…

– Опять ты мне тут мистику чешешь, Кши, лучше придумай, как фотонную посылку от ненужных покушений уберечь, у меня болит уже спина, я в поисках «Кролика»…

– Как-как, вспомни, как Грошка говорить любила..

– Жо%ой об косяк – гениально! эврика! Кши, твой бытовой метафоризм как всегда вовремя. Нам нужно спровоцировать преждевременный выход расходуемой за год энергии Берты путем случайного присеста на косяк готической двери. Тогда остальные ведьмы впитают негатив и разбегутся рвать blackподушки. И делая друг-другу подножки и подручки, уносить в садонейрооперационную.

– Иван, а ты злой. Я и слов-то таких не знаю. Даже в неформальную эру так боялись говорить, крестились, чеснок ели…прямо в метро. Вагон отцепляли, священники с Липецкой святили, Толстого в углы клали. Ваня-Ваня, а ты мне тут информацию искажаешь. Так бы отвечал на своём семинаре. Иди с глаз моих долойИВнизПрямо!

– Кши, наука не терпит глумливых конформистов, только голые факты и порноцифры. Со временем поймешь ее особенности. Затянет. Я ученый с солидным стажем, при мне всякое летало. Твой постшизокосмизм с гуманитарным оттенком до добра не доведет…

– Вань, смотря о Каком добре ты ГАВоришь…

– Давайте, яичницу кушайте лучше, братия Господня!)…

– Ээочка!!!...(хором)

й)

4 в городе

река. трамвай летает,

хлеб ест птиц,

что то есть..

в предпоследней фазе

по фразе рты говорят

обряд...

и действие занавес пускает на самотёк.

рекой тёк

на утёк

хлеб ел уток...

Маленький котёнок: серый, грязный

Играет один с комочком бумаги,

Люди смотрят сверху с гримасой жалкой,

Голуби хромые идут развязно

Маленький котёнок…

Глаза, похожие на это небо,

Слёзы, похожие на эти капли,

Где же добыть молока и хлеба,

Где приютить заключенную душу?!

Ангел спрятался за этой миской

Бесы колдуют за этим углом.

Маленький котёнок…

Проспекты распростёрли массивы асфальта,

Размазали лица,

Размыли улицы,

Ладони тёплые разжали,

Руки из карманов вынули,

Взоры вдаль приклеили,

А мы, спотыкаясь, бежали,

Улыбаясь над мясом плеч

Под лучами, что улыбками губ стянуты

В грубые фразы «привет!»

И «до новых встреч!» –

…просквозили, провеяли,

Прокричав, расстаяли эхом

На все четыре стороны.

Уехав

Острой леской

Срывают рукоплескания

Речные ладони – листья.

В домашнем халате

Плывёт рифмоплёт

По восторженным лезвиям,

По тоскливым созвездиям,

В сумрачные объятия

Окуная мосты.

Как в неведенье ночь лижет пряди судьбе,

Звёзды, словно икру разметая,

Так горят чьи-то щёки на зеркальном лице,

Ложь и фальшь пресных слов узнавая.

грустно…твой город?…

В два часа дня у седьмого километра.

5 хлебная

Взмах руками, ногами босыми по сену –

Душистый луг.

Щекотный пух, смелое чихание –

Ящерица тут шуршит.

Мордой по небу, кипяток лучей

В заварку зрачков.

Обними голову, ешь в поцелуе

Сомкнутых шерстяных плеч

Пшеничную вечность!

Хм…это в волшебной стране? «мордой»? J

Возьми с собой кружку, кусок разноцветной бумаги…

6 эллада

Бесшумный взмах руки – один, другой, –

Ты не взлетишь, ведь небо поломал механик,

Ты странный – в остановках смысл – понеслась!

Молчащим плачем выворачиванье чакр.

Откуда ты? Из мира предков?

Я душу рассочил – энергии надрыв

Себя открыв в ветвях олив и чаш атлантов – греков,

Срывал под солнцем смысла спелый чернослив.

Моя тропа исхожена твоей. Меня накрыв,

Чиркай крестами и нулями сеть дорог!

Немых выбрасывать с перстнями и цепями

Волной на рабский берег пустоты ты мог.

Я шёл, вынюхивая след – плевал на всё!

Я постелил стекло зеркал на высохшую память – сетку,

Чтобы проснуться робким и слепым, чтобы ломать

Закрытого сознанья запертую клетку.

…греческий индастриэл. Ду-дуух!)

7 ящерица

Нервные уснули

Вера продана за каплю смоковницы

Укрой меня нежно.

Вылечи собой.

Маленькая ящерица

Огненных лугов.

Голова-небо

Облака волос

Дождливые слёзы

Лето в коре головного мозга.

Голова – твоё небо

Со светлыми тучами

Весь мир твой

Они несут гильотину…

Нервные проданы

Вера уснула в капле змеиного яда

Укрой меня листвой

Выходи собой

Маленькая ящерица

Утренних лугов.

…и трубочку для сока

Странички Дзэн, или Дверь в открытую страну

2008-01-10T11:50:08Z

Леня назвал этот сборник романом. Выкладываю его на блог, сохраняя авторскую маркировку страниц.

а) Элегия потерянного времени

      б) ЗаГеоИзм
      в) Грэхем, О’Дин и колокольчик Кати (карма-полиция 1)
      г) Твоё сердце как ударный инструмент (Странники)
      д) Беги, кролик!
      е) Волшебная Страна (автостоп-1)
      ё) Сухофруктовый меморанДУм

Странички Дзэн, или Дверь в открытую страну

а)

Элегия потерянного времени

Мне грустно. Я один. Со мной нет никого, никого. Только ветер, одинокий северный ветер, нагоняющий ураганы в эйфории и наблюдающий за миром в затишье. Все мои игрушки лежат в углу, в порванной картонной коробке. Медведь, которого я клал возле своей подушки, пылится на полке. Я не знаю, почему не кладу его сейчас возле подушки. Наверное, моё одиночество впитало всю безраздельность моих снов и беззащитный эгоизм моего мира, мира, где живут страдальцы и трусы. Наверное, я трусливый страдалец, может, наверное, скорее всего, это так…

Я бы мог сидеть играть в баре с другими мальчиками и девочками, общаться на разные темы, гонять по двору проколотый мяч и говорить о весне. Потом меня бы позвали есть, и я разбил бы тарелку об оконное стекло. В комнате меня ждала бы книжка сказок и я, понурив взгляд, стал бы искать закладку, поминутно вспоминая ранее прочитанные страницы. Надежда и жгучее чувство, что это будет, будет и со мной, надо только подождать внизу, в углу…

Потом с собранным чемоданом я уехал бы прочь. Моя девушка в это время сидела бы в своей комнате и вспоминала, как она впервые увидела меня в рядах военнопленных…

б)

в)

ё)
Сухофруктовый меморанДУм

Во рту сухофрукт. Похоже на комок старой газеты. Информация ясна, ясно и то, что у нас в голове в нешняя политика. Очерчены материками. Вымазаны печатным станком. На нас хотели написать лозунги, но мы их уже написали и стёрли, осознав. Печаль и радость оживают. Ад и рай ждут, эмоциями этой жизни, увеличенными во много раз астральным спектром (даже у тебя он есть, хотя бы в подсознании). Подумаешь, смерть!? О чём ты подумаешь?! То и будет…

Создаём мир красок и цветов. Кисточка из енота, тоже живая. Вот-вот и заговорит. Разными полосками синего – красного – жёлтого. Зелёного. В окне Полосатость и енотость окружающего «Я»…

А виноград спел. Изюм рос. Заумь плыла на дырявой лодке, а за заумью – дно. Приторная вода слепляла глаза. Не увидишь – не поймёшь, что тонешь. Сладко. И не надо бояться. Потому что знаешь – не потонешь. А не знаешь – будешь сомневаться и в следующем, нелинейном Мире.

Путь непотопляем, как и пластмассовая газета, попавшая в рот. Информация ясна. Ясно и то, что у нас внутри. Сухофрукты.

Грэхем, О’Дин и колокольчик Кати (карма-полиция 1)

Однажды, давным-давно, когда нога паровоза ещё не ступала на Британский полуостров, жила в одной кельтской деревне девушка, и звали её Грэхем. Грэхем была очень красива, но не было у неё друзей, потому что она была слишком умна для того, чтобы заводить друзей. Зато у неё было много книжек. В углу её комнатки стоял старинный книжный шкаф, ещё более старинный, чем её карие глаза. В шкафу лежали книжки. Шкаф (так звали шкаф) ел много света из узорного окошка, и Грэхем каждый день протирала его мокрой метлой. Она серебрила воду взглядом и освящала голосом, поэтому книжки никогда в нём не болели, и Грэхем по нескольку раз их перечитывала, даже если книжка была не такая радостная.

Грэхем была слепая. Она не видела окружающей её реальности. Иногда мимо её окошка проходили бродячие музыканты. Они звали Грэхем с собой, и она отправлялась с ними в странствия по городам. Она сама владела игрой на нескольких инструментах, и путешествия доставляли ей радость. Она ощущала дыхание рассвета и знала, как отгонять от сердца луну. В городах Грэхем были рады, она дарила людям хорошее настроение и веселое молчание. Но однажды случилась с ней одна необычная история.

Звон колокольчика.

РЕЙКИ И ШИНОМОНТАЖ. Никогда не любил подобные слова. Даже не знаю, зачем их тут написали. Наверное, потому что у меня два глаза и руки под мышками. Глаза я одеваю на очки, которые мне впаяли Депрессины, чтобы хоть как-то бодриться. Руки помогают мне иногда расслабиться, догадаться сделать себе ароматный чай и, ни о чём не думая, смотреть вдаль. Куда тут денешься? Сижу вот, пишу.… Завтра пойду прогуляюсь, хотя на улице больше посторонней энергетики, чем свежего воздуха.

Кидаюсь вот словами, как крошками уткам…

Колокольчик.

ПРОФЕССОР ПЁТР БУЛЬДОГОВ. КАФЕДРА МУЖИК И КАМАЗОВЕДЕНИЕ. Я тебе говорю, не этой стенке, займись ты сталью, прибей вот кусок мяса к земле, не сиди, а то позову ща мужиков, они тя как Тузик огнетушитель…Сколько раз можно уже в эту бумагу смотреть?! Ну ладно там, газета, или ящик посмотри. А ты ни ящик не смотришь, ни делом не занимаешься. Я уже про КАМАЗы не говорю…

Звенит колокольчик тихо…

За окном стояли горелые летние сумерки, и О'Дин медленным шагом прорезал тёмно-синее полотно улицы. Опять эти Злые. То со своим делом, то лезут со всякими выходками пустыми и скучными. Выходки тоже ведь всякие бывают.… Сейчас вот домой, там тоже половина суеты…Эх, лучше бы я не уезжал от СИЯЮЩИХ…Этот мир – что кусок колбасы больному голубю…

Дома Дина ждала кровать, очередная книга и только чай и расслабление принесли ему долгожданный сон. В том сне с ним случилась одна необычная история.

Катин колокольчик над их кроватями -

Динь

Динь…

г)

Твоё сердце как ударный инструмент (Странники)

Вот она. Дорога.

Идёт прямо. Вдаль.

Я стою на ней. Так долго.

Пора. Пора. Жаль.

Весна в моей душе. Вишни.

Зарю поедает ночь.

В душном городе слаб стал слишком.

Ухожу, ухожу с ветром прочь!

В вышине ярко звёзды сияют.

Слышен запах печальных костров.

Мне дорогу луна освещает.

Я иду в край твоих полюсов.

Вокруг, на много тысяч шагов, простирается коричнево-оранжевая пустыня. Ветер доносит ароматы тмина и корицы. «Откуда им оттуда взяться?» – посещали мысли. Они проносились вместе с ветром и купались в нём, окуная пальцы глухих фраз в его лёгкие иссушающие воды. Мысли пахли тмином и корицей. Ты был там. Ты стоял и смотрел поверх могучих песчаных барханов, похожих на мех северного зверя. «Странно, почему северного..? Откуда в этих краях взяться Северу? Тут Юг…один сплошной юг, жестокий, суровый… Может, юг и север одно и то же, может, это разные стороны одного чувства, одинокого и сурового?»

Ни первое, ни второе не терпит уступок. Если хочешь пройти эту пустыню, поневоле придётся принять её правила, вжиться в её образ, песчаный и единственный….А если думать о воде, быстро сойдёшь с ума в иллюзии-мираже. Будешь есть горячий песок, как колотый рафинад с мукой, и твои муки будут сродни мукам замерзающего в снежных барханах северного божества.

Нужно научиться быть с этой пустыней единым целым, угадать её ритм, иначе умрёшь от одной только соли во рту. Соли песка, разъедающей организм и приносящей муки. Ритм песков – это особое творчество, процесс, который утверждён гармонией Природы, а ты – это часть Природы, и даже больше. Ты – это сама Природа.

Верблюжья кожа не поможет. Ты один, и никто не поможет тебе раскроить тело, подобно скальпу, и вытащить оттуда орудие ритма. Ты сам должен научиться пребывать в ритме своего орудия – своего сердца. Никакой добрых дел Мастер и папа Карло в пустыне, как животный вид, не водится, и использовать этот вид в качестве рассмотрения с точки зрения помощника и только помощника, бесполезно. Союзников тоже нет. Придётся завтракать пустотой и засухой.

Ты один

(О’Дин…хорошее имя. харе Пончо харе Пульке! Уфф!:) Наконец-то свободна. Теперь я понимаю, почему ты эту страну так холишь-лелеешь. Ну что, на меня не надейся, пару раз, может, помогу, для связи словПадений при написании и нашей встреУфф! Что-то сморило меня сегодня. То мираж, то гипер чезалипание)

в этом царствии северной бесконечности и южного огня. Ты должен научиться слушать ритм своего сердца, как барабан из верблюжьей кожи, и мало того – сам на нём играть, создавая гармонию Природы…

«…Действуй! Или погибнешь…»

д)

Беги, кролик!

На опушке города росли два колокольчика. Динь-динь. Нежные синие лепестки на тонких стебельках. Динь-динь. Утро.

Через дорогу, поджав уши, бежал кролик. Стремглав уносясь от погони за самим собой, погони Пути. Путь кролика – погоня, бег. Лапки стремительно мчались по непривычному пологу, земле города. Вокруг много шума. Страшно, грустно. Надо бежать. Бежать лучше. Бежать искреннее. Будто зов предков за многоэтажной хвоей. Зов предков…

Что найдёт он там, где кончается город и начинается лес. Попадёт ли кролик в тот портал или ему посчастливится удирать в лесу? Может, он убегает от зверей? Может, Человек поймёт ушастого беглеца?…

Беги, кролик!!!...

е)

Волшебная Страна (автостоп-1)

Волшебная страна? Так, это вам прямо ехать минуть семь, затем прямо ещё минут семь и поворачиваете в обратную сторону. Минут пятнадцать – и вы у цели. Или чуть поменьше даже. Да, точно. Эй, стойте, не пятнадцать, а четырнадцать, ээй! Стойте! Куда же вы?!

Да. До Волшебной страны ведёт другая дорога. Я думаю, путеводители вам вряд ли пригодятся. Оставьте их дома. Кто-нибудь почитает.

Говорят, в Волшебную Страну можно попасть через особую дверь. Причём эта дверь находится в другом измерении. Вы можете найти её в своём воображении. Опять же, при наличии собственной фантазии. Так интереснее и никогда не знаешь, на какую землянично-фиолетовую поляну попадёшь, какую разноцветную птаху увидишь и какого летающего друга увидишь. Ты его узнаешь. Ты уже встречался с ним раньше. Только он ничего тебе не сказал. Это сюрприз. Сюрприз – неожиданная радость, счастье, разбавленное водой из бутылки. А я тебе могу об этом поведать, так как нас никто не подслушает. Могут подглядеть, но это будет уже не подслушать. Да и потом, чем больше включённых воображений, тем лучше для тебя и Волшебной Страны.

Я пишу тебе это письмо. Когда КНДР провели хр-р Азиатский форум, им показалась, что они достойны большего, и они посягнули на Россию путём проникновения в Твою голову. Психическая атака закончилась их поражением. Это был пример территориально-идейных разногласий с примесью оккультных посягновладений или же миссиоразрушений. хрр-р Иногда мне кажется, что некоторые люди специально входят в нашу жизнь с разными арифметическими знаками. Минус становится плюсом, а плюс – минусом. Наверное, ты не совсем понимаешь это, только цитируешь Меня, но знай и будь осторожен, будет момент и всё станет понятно. Хр-р-ээ (В один момент. Раньше это было из подНадсознания, теперь ты открыто это пишешь здесь и СЕЙЧАС. 04:08 по твоим компьютерным часам.

Письмо как-нибудь эээ бр-р…кто хоть там?! : отправлю. Я постараюсь это сделать. Будь в позитиве. Всё на нашей стороне. Следи за снами. Мне пора.

Я пишу тебе это письмо.

Уфф!...:? Ну и поспал…

…сон приснился. Мне кто-то говорил странные слова…этот голос…Там ещё люди книги, как кукольные платья одевали…Написать что ль? И почему мне волшебные страны не снятся…только эта комната, и чувство тоски…выгляну-ка я лучше, посмотрю на звезды…

ЗаГеоИзм

страны… много стран. И все какие-то обыкновенные. Некоторые кажутся особыми, ну, Мексика там, со своими шаманами, Египет с Пирамидами и надеждами на другие Измерения, Исландия с Sigur Ros, горячими источниками, таинственная готичная Прага, растаманская Ямайка, безбашенная Голландия (хм…), Ниуаэ (остров-государство из-за названия веселого. Там, наверное, одни медузы живут, и у них там королева-Медуза Ниуаэ и король-Медуз-Ниуаэ)) Ещё мне Новая Зеландия чем-то притягивает. Может, из-за повестей Дарелла по младости) Там холмы – дождливое полотно зеленой плоскости, эму и киви ползают, как большие пушистые ежи.

Почти волшебные…

А была бы такая страна, где есть все, о чем мечтает каждый из нас, Землян…

Одно я знаю точно: её можно придумать!

Волшебная Страна!!!

Снежная шапка (окончание)

2008-01-09T23:55:34Z

Спасение

До семи утра рыболовы готовы ждать (Инструкция к рыбной ловле)
Птицы (нехичкок)
Франц Иосиф (Готика)
Приветпрощай!
Сказка про улиток
Новорожденный ангел (Инструкция к пробуждению)
Эпилог (нелинч)

Спасение

Она хотела его понять, но чуть было не сошла с ума. Он понял это и перестал писать.

Так он спас её.

До семи утра рыболовы готовы ждать

(Инструкция к рыбной ловле)

Это было шесть лет назад. Именно поэтому это число ни о чём мне не говорит. Я встретил её. Встретил случайно, как встречают одно, а наталкиваются на другое. Я натолкнулся на неё со всей серьёзностью, которая здесь уместна.

На самом деле, как окажется позже, это была всего лишь её нелепая шутка в мой адрес. Я натолкнулся на её шутку. Я злился. Я пытался отомстить. Потом, не сразу, через шесть лет. Иначе как-то не серьёзно всё получается. Смеяться надо, когда хлопают в ладоши, а не по спине дохлой акулы в дешёвом кабаке.

Тогда, шесть лет назад, я бросил дела, как кость собаке, и отправился в один дешёвый кабак похлопать пару часиков по спине дохлой акулы. В кабаке все смеялись. Ели рыбное мясо, играли в мотыля, потом смеялись, хлопали в ладоши и смеялись, потом все смеялись, а в конце раздался чей-то громкий смех. Я закончил хлопать по спине дохлой акулы, расплатился с мумифицированным официантом и вышел из кабака. Башенные часы показывали шесть.

Я поднял глаза от текста вверх и увидел в конце улицы на старинной башне часы. Это были такие часы, про которые говорят: «В них даже воробей гнездо не совьёт, не то, что кукушка. Хотя…» Часы показывали одну минуту седьмого. «Надо спешить», подумал я. «Они будут ждать ещё пятьдесят девять…пятьдесят восемь минут».

По дороге я думал об огромной птице, подбрасывающей свои яйца, словно отбросы, в чужие гнёзда. Где сейчас она? Наверное, она была всего лишь чучелом прямоустремлённого механизма (спиннинг, грузила, мормышка, мотыль…) Иначе, откуда два с половиной часа назад по центральной улице этого провинциального городка проплывали в сторону реки дохлые акулята, разнося этот грустный запах?

Шесть минут седьмого. Целых шесть минут!

Я ждал этого момента целых шесть лет. Как пьяные рыболовы ждут жирную щуку, которая сама им в рот полезет, как умные пингвины ждут на Божий свет своего первого пингвинёнка (интересно, пингвинята рождаются слепыми?), так и я ждал, что ты ещё раз так пошутишь, а я случайно натолкнусь на твою глупую шутку спустя долгие годы.

«Можно хлопать ещё шесть минут! Можно хлопать ещё шесть минут! Пожалуйста, хлопайте ещё шесть минут! Можно хлопать ещё пять минут! Можно хлопать ещё пять минут! Пожалуйста, хлопайте…»

Всё равно в семь утра всем вставать на работу.

И все будут сбривать острым лезвием чешую с потных тел и смывать рыбный запах из подмышек дешёвым одеколоном.

Этот дешёвый мир работает только под утро.

И в это время рыболовы готовы ждать.

Птицы

(нехичкок)

Наконец-то можно остаться наедине с самим собой, и, задрав ноги на диван, о чём-нибудь подумать. Мысли, как кочующие птицы, что летят на юг. Они то сбиваются в стаю, то разбиваются на отдельные фрагменты, подобно главам в книге. На каждой из таких птиц есть чёрно-белое оперение, и они чем-то напоминают ласточек-касаток. Ласточки-касатки никогда не умели ровно стоять на линейной плоскости. Лапки ласточек-касаток не предназначены для земли.

Эти птицы летают слева направо и, долетев до края, начинают сначала, только ниже. Их не читают. Они не то.

Их читают. Они то. Питаются они запятыми, точки для них – конечные остановки, с которых начинается новая птица для постижения общего смысла.

Иногда я ощущаю близость со стаей, и мне хочется тоже взмыть в воздух и увидеть землю с высоты птичьего полёта. Я взмываю в воздух и вижу землю почти что с высоты птичьего полёта. Я взмываю в воздух и, набирая скорость, срываюсь вниз, разрезая стаю. Ветер разметает моё чёрно-белое оперение и свистит в маленьких ушках. (Лапки ласточек-касаток не предназначены для земли). Мой нос и рот в плену у клюва. Глаза разделены стеной. Так удобнее видеть две стороны одной дырки. Один глаз сейчас смотрит на человека, который сидит на диване, задрав ноги, а другой смотрит с высоты птичьего полёта.

Я стал мыслью в пустой голове. Я смотрю на этого человека, когда он обо мне думает, оставшись наедине со стаей.

Франц Иосиф

(Готика)

Из его глаз выкатывались блестящие кусочки льда. Они разбивались о его землю на тысячи зеркальных брызг.

Приветпрощай!

Он встретил девушку со светлым взглядом, но не подошёл ей душой. Он встречал её полгода и говорил: «Привет», каждый месяц по букве. Целый месяц говорил ей по одной букве. После буквы «т» он понял, что должно быть дальше. Он снова влюбился, теперь в другую девушку. У неё были чёрные волосы, и она не подходила ему по духу. Каждый день он учил её слову «Прощай», как учат слышать хлопок одной ладони, но сам не развивался, ждал знаков, любовался совпадениями, как бабочками.

Десятый месяц был шипящий, из таких, когда ветер причёсывает, а дождь умывает. В один из прозябших дней он увидел в луже каплю воды, и его как шаровой молнией озарило. Просветление застало средь бела дня, он поскользнулся и крикнул: «…ай!» Первый снег очистил лист…

Было сказано: «Первое поможет тебе ступить на этот путь. Второе поведёт тебя вперёд. Третье придёт к тебе само».

Он создал воплощение их обеих. Приветпрощай имела лицо первой и душу второй.

Сказка про улиток

Есть такие улитки – они ползают по воздуху. Взрослые не выдерживают их красоты, но дети путают их с яркими мотыльками, и тогда мотыльки порхают вокруг них и радуются.

Они устремляются ввысь, туда, где сверкает в своём созерцании созвездие Большой Улитки, которая каждую ночь ползёт по чёрному небу к белой луне.

Новорожденный ангел

(Инструкция к пробуждению)

Иногда он уходил от простоты. Брал вещи и уходил. Окно не закрывал, надеясь вернуться с сознанием новорожденного ангела, ангела с детским лицом.

Путь его был долог и труден, потому что свобода всегда, как свинцовая шляпа: не снимешь – не узнаешь, какие осложнения даст на ноги. Он шёл, наталкиваясь на самого себя, и разговаривая, будто забыл родной язык, – его нестройные фразы состояли из слов разных языков мира. При этом у него было дыхание того ветра, который дул в день его прошлого дня рождения. В тот день он совсем не открывал окон…

Если на него нападали, он старался решить всё миром, в противном случае подставлял вторую щёку несколько раз. Он никогда не дрался, говоря: «Если мне нужно будет тебя убить, я это сделаю лишь после того, как ты убьёшь меня. Но даже и тогда ты сможешь защитить свою душу моей».

Примерно на середине пути наш герой наталкивался на философские и религиозные течения разной глубины. Течения были тёплые, как грелка, на которой лежала кошка, и холодные, как мороженое из морозильника. Течения обладали собственным разумом, поэтому каждое хотело утащить его в свою сторону. Но для нашего героя они были безобидны: он играл с ними, как с котятами, отдавая своё хрупкое тело стихии природы. Его крутило в чёрных эллипсах, рисовало им хрупкие окружности, которые перед распадом сцеплялись в кармическую олимпиаду, подбрасывало и роняло в утопической буффонаде. Обычно после такого купания он без сил валился на землю и просил у неё силы, шептал посиневшими губами всё то, что оставалось у него внутри. Земля кормила его и давала силы для дальнейших странствий.

Во время такого отдыха тело изнашивалось, как старое пальто. Он лежал без движения много месяцев подряд, отчего его пальцы пожелтели, как подводная лодка, а голос стал похожим на рёв мотора в грузовике, в который попал цемент. Нашему герою была нужна дополнительная помощь.

Тогда он выходил на сосновые тропы. Они заводили его в хвойные леса, из которых не было видно конца и края. Поговаривали, будто в этих лесах пропадали целые племена и народы, точно они испарялись с дождевой влагой…

В этих лесах вместе с другими отшельниками он устраивал довольно интересные игрища, например, проявлял математические способности, отточенные в земельную эру, на создание дизайн-проектов пустоты. Они выполнялись из шишек, хвойных веточек и смолы. Получалось довольно интересно. Позже, когда наш герой осознал настоящую пользу таких проектов, он стал проводить философские диспуты со своими настроениями, которые имели плоть и кровь и даже одежду из старой хвои, из которой им также плелись венки и амулеты. Такие Адамы и Евы жили в искусственном мире, который он создал практически из одной пустоты…

Целебный воздух и ванны (вырывались ямы чуть более величины тела, в которые клался молодой лапник; отшельники раздевались донага, ложились на свежие иголки и ждали туч, поминутно впадая в некое подобие предтрапезной молитвы; они наполняли собирающиеся тучи целебной энергией) помогали ему излечиться и продолжить подготовку ко второй половине пути.

Когда наступала зима, отшельники совершали обряд ночного возвращения с охоты женского начала (отшельники разжигали костры, раздевались донага и садились в них в позе гриба; конечной целью было удовлетворение таким изысканным блюдом женского начала, сошедшего с подземной охоты). После проведения подобного ритуала редкая птица – Чернильница (перья её были хаотично воткнуты в мягкое тело, питалась она услышанными сверху человеческими словами, которые отрыгала тёмной жидкостью на листву деревьев, росших за лесом) могла видеть сверху фантастическую картину: искрящаяся пушистым 3D-снегом поляна освещалась неоновым прожектором луны, фиолетовое свечение огромных сосен в снежной шубе, в центре поляны, где ещё дымились пустые кострища. По краям, в сумраке древесных изваяний, в вырытых наподобие могильных ям углублениях, лежали остывшие тела. Они были накрыты тонким белоснежным одеялом. Из него на следующий день появлялись на свет гиперсхимники. Их уснувшие вечным сном глаза очерчивал чёрный багрянец, а пепельного цвета волосы на голове застыли в судороге древовидных рук... Птица Чернильница должна была видеть эту картину. Это ведь она отрыгнула весь этот лес…

Весной племя отшельников праздновало День Исполненных Желаний. Все выпускали кораблики с исполнившимися желаниями, и пили талый снег, освещённый богиней Весной.

Летом играли в мяч – брали в руку большой камень и кидали друг другу. Тот, кто не удерживал тяжёлый камень в хрупких руках, должен был упасть на землю под его тяжестью. Всё это сопровождалось философскими криками и религиозными рассуждениями настроений-отшельников. После подобных игрищ мне приходилось неделями штопать одежду своим настроениям отшельника, которая должна была на следующий сезон перейти по рангу к настроениям схимника. Так он жил до глубокой старости, как природа вокруг, которая старела и снова омолаживалась…

В глубокой старости, сидя у открытого окна, он услышал слова, доносившиеся из окна: «Старик превращается в новорожденного ребёнка, потому что с возрастом кожа жизни слепнет и слезает, и остаётся лишь мякоть души. Она бесплотна, как те тучи. Они собирались над тем лесом, чтобы извергнуть на твоё бренное тело огонь и сжечь старую кожу, оставшуюся в живых. Когда наш герой жил на Востоке, он называл буквы деревьями, а страницы лесами без конца и края. В этом лесу он жил до самой глубокой старости, после чего, подняв слепые глаза, узрел над непроходимым лесом скорую середину пути, сделал из своих седых волос Белый Плот и на нём благополучно пересёк горные течения. Впереди уже показывал свои воды Океан Молчания.

По дороге он немысленно прощался с теми, кто на протяжении всей его жизни брал и отпускал его руку. Он называл их медбратами и медсёстрами, которые, якобы, чувствовали состав полярности в его руках. (Во время последнего сеанса они зафиксировали сублимацию его монополярности и констатировали прекращение жизни. По новым обычаям нашего героя, все оставшиеся без него, становились свободными людьми, носящими свинцовую шляпу).

Когда он попрощался со всеми, он увидел рыбу, которая плыла за его плотом и высовывала из воды голову, будто пытаясь что-то ему передать. Он молвил «Вода тебе мешает», взял рыбу в руки и тут только понял, чем всё закончится…

…Сквозь зеркальное отражение чешуи на него смотрело новорожденное ангельское личико…»

Тут только мой герой понял, что пришёл к простоте.

Эпилог

(нелинч)

Возьми с неба кусочек тепла,

Солнцем спелым сорви зрелый солнечный плод,

Обними тихо плечи, чтобы пела луна

Песню бархатных волн.

Загляни в зрачки осени с погожими мыслямими

С тобою похожие мы…

Расправь крылья ветра – лети над равнинами

Северным духом, одиноким и вечным.

Мечтай о соитии пути млечного

С тем, что беспечно вещает тобой,

В день уходит луна…разольётся заря

Спать ложись – я с тобой…

Наверное, ты не знаешь, ни как пользоваться этими инструкциями, ни как понимать эти рассказы. Я тоже не знал этого, ограничиваясь лишь намёками на здравый смысл. Я во всём хотел видеть и видел двойственность, о которой сам и понятия не имел. Я просто пробуждался, создавая эти рассказы. Как и ты. Сейчас ты тоже читаешь их. Ты можешь не найти здесь никакого смысла, но ты почувствуешь его.… И ты пробудишься. Потому что ты

ангел в

снежной шапке.

Снежная шапка (продолжение)

2008-01-09T23:39:30Z

Человек стучит в дверь
Страничка из дневника помешанного маньяка (Swan Industrial)

4 состояния журнала
Село Рыло (Единства противоположного)
Типография «Труд» (Политический рассказ)
Растворяющийся
Их знания (Невидимая рука)
Влюблённость глухого
Брахмапутра
Рецепт приготовления слоёного пирога с мраком и светом
Swan Industrial (Страничка из дневника помешанного маньяка)

Человек стучит в дверь

Человек стучит в дверь. Стоит и стучит в дверь. Костяшки пальцев ударяются о твёрдую поверхность дерева. Монотонный стук. Рука в нервном напряжении, тело дрожит, руки ждут, мозг напряжён, все мысли о том, чтобы поскорее открыли. Рука напряжена, пальцы сжаты в кулак. Человек ждёт. Он хочет, чтобы ему открыли, и он рассказал истину.

Наверное, ему необходимо сказать хозяину, что он голоден, замёрз, что ему нужны тепло и уют. Ему необходимо что-то сказать, и сделать это так, чтобы никто вокруг не услышал о его намерении, даже он сам, потому что истина должна быть передана без свидетелей. Бродяга глух к своим просьбам. Человек же должен услышать, что Ему нужно – в этом вся его истина. Если уста не разверзнутся и слова не вызовут ответную реакцию в человеке, он так и останется бездомным бродягой, и его продрогшее тело будет нуждаться в пище и тепле. Он всегда будет стоять здесь, и стучать в эту дверь, которую ему никто никогда не откроет.

Человеку необходимо услышать отказ от того, что ему нужно. Сам он не догадается, что нет никакой двери, и уж тем более кого-то за ней. Есть лишь его намерение сказать, что ему нужна помощь. Ему нужно поведать эту тайну, эту истину. Пока человек её не услышит, он всегда будет стучать в эту деревянную дверь, словно вечный двигатель, выполняющий одинаковые действия, пока тот не превратится в человека. Однажды он превратится в Человека.

И он будет стоять и ждать, когда же ему откроет этот несчастный, потерявший слух, бродяга. Что-то внутри него будет целиком подчинено его воле, всё, что он ни сделает, будет зависеть только от него, от бродяги с неподвижными глазами и в оборванном плаще. Истина проста. Открой. Человек стучит в дверь…

Страничка из дневника помешанного маньяка

(Swan Industrial)

Сегодня мысленно стал помешанным маньяком, который пишет в своём дневнике страничку. Вот она. Сейчас он её пишет. Сегодня он мысленно стал маньяком. Наверное, от привычности всего. Перед ним все те, кто вчера и завтра его испытывал.

Вчера выдвинулся в центр города, в котором мне с радостью сообщили, что «ты не видишь никого перед собой и совершенно не интересуешься людьми». «Я такой же».

Мои жертвы вырисовываются по степени моей мести, Главная месть уже происходит. Ты читаешь это. Хотя, это громко сказано. Читай, только шёпотом. Сделай из этого ритуал, магию, представь, что это то, что ты так давно хотел от кого-нибудь услышать, «Да хоть от тебя», подумай, что я твой любимый писатель, представь, что я твой помешанный маньяк…

Если ты бог, не обязательно говорить об этом вслух, лучше займись своим шёпотом. Ведь это так необычно. Я не ругаюсь матом. Видишь стену из букв между нами?

Вчера было предчувствие техногенных катастроф. Или политических перемен. Если это радиация

тогда ты потеряешь самого себя. Обрети

себя. Вчера было предчувствие техногенных катастроф и политических перемен. Слава Богу, я не увлекаюсь политикой

И не хулю бога. Это плохо. Я не ругаюсь матом.

Хотя и обращаю на это внимание читателя. Прости меня, читатель.

Вчера было предчувствие техногенных катастроф и политических перемен. Но они должны носить характер, преображающий каждую душу. Недавно я узнал, что есть ещё люди, которые не любят ругаться матом и хулить бога, даже если он – пустота.

Мы ждём восхода Солнца. Мы ждём…

Вчера было предчувствие техногенных катастроф и политических перемен. …Тьмы

Почему же каждый виновен в том, что не выполнил требования, ограниченные узким промежутком времени? И вообще – этот мир – мир сплошного часового механизма.

Это бомба в обёртке Word///)))Смайлики Смейся. Надо любить. Я краток.

А ты раскройся! Будь собой!! Не бойся быть человеком!!!

Опять сновидения. Переживания уходят туда. Кажется, несколько секунд назад кто-то здесь был. Какой то бред. Он выходит за рамки темы этого рассказа. Может, это просто переживания какого-то помешанного маньяка, который хотел залезть в мой рассказ и убить меня? Может, это Тьма, а может, это Свет? Не знаю. Знаешь ли ты? Тоже знак вопроса.

«?» Но пока я жив – и это хорошо.

)))Смайлики Смейся. Надо любить. Я краток.

4 состояния журнала

Его сделали люди.

1). Журнал выбросили в форточку. Поэтому он находится в воздухе: он то парит, то его треплет в стремительной судороге как подбитую натощак птицу. Он как зря играет в оконных окнах. Тяжесть тела увлекает его в землю.

2). Журнал лежит на земле. По страницам ходят люди и проезжают машины. Вздрагивают от ветра листы. Вместо иллюстраций следы подошв и резиновых колёс. Когда начинается дождь, типографская краска слезает и уже можно прочесть между строк:

«3). Сквозь него прорастают ленивые водоросли.

В этом журнале много воды.

Его сделали люди.

4). Он отправляется в огонь. После трёх реинкарнаций огонь как нельзя лучше для него подойдёт. Он очистит Всемирную Информацию, и она чистым разумом войдёт в другую Систему Измерения, где встретится со всем остальным».

Теперь нет ни журнала, ни запаха глянцевой бумаги, ничего. Остался обугленный кусок титульного листа. Ещё можно разобрать большую цифру «4», слова «состояния» и «журнала». Но скоро и они исчезнут.

Лучше бы его не печатали.

Село Рыло

(Единства противоположного)

– А не заехать ли тебе в Рыло? – говорил один мужик другому.

– Там у меня врач один знакомый живёт, как заедешь, привет от меня передай…и скажи, чтобы в Москву, в гости приезжал…в Москву…в гости!.. слышишь?!..

Типография «Труд»

(Политический рассказ)

Юродничают на чём тьма стоит. Мат на мате. Им и зала не надо. Уличная бойня с фейверками слюней. Не знаю, чем им так не угодило это четырёхэтажное кирпичное здание. Там работают такие же люди. Я что, не прав? Если нет, поправьте меня. Скажите, что речь идёт вовсе не о здании, а о некоей тоталитарной системе. Ну и что же, что тоталитарной? Вовсе не тоталитарной: там работают такие же люди, как и мы все.

Может, я и не прав, но у меня есть своя точка зрения на любой вопрос, поставлен этот вопрос ребром или на четвереньки. Я люблю ставить вопросы на четвереньки и лишать их самой идеи. А без идеи, как известно, не будет правильной реализации идеи, и уж тем более её правильной реализации. Вы скажете, я не прав? Я знаю: я не прав. И я признаю это. Я юродничаю над вашим складом ума, который всегда логичен и прямолинеен, пускай эта прямолинейность не имеет ничего общего с общественной коммуникабельностью и материализму в целом. Я ставлю вас на четвереньки и закрываю дверь перед вашим задом. Мне некогда. Я должен допечатывать свежий тираж. Сейчас я буду входить в социалистический транс…

P.S. Данный рассказ применим к любому общественному строю. Типография «Труд» будет существовать до тех пор, пока существует власть.

Растворяющийся

Когда на город опустились сумерки, никого уже не было. Все будто растворились в исчезнувшем за крышами многоэтажек солнце, оставив его одного у фонаря. Он обречен ожидать целую ночь, а когда рассветёт, он опять увидит их в свежих утренних лучах. Они будут звать просыпаться, потом греть и пускать солнечные зайчики на заспанное лицо. А с полудня начнут сжигать.

Они сделают асфальт жерновом, а тела свежим мясом, обречённым на сумеречный ужин. Кто умел принимать полуденные лучи, того здесь уже нет. Он растворился вместе с другими в рассвете.

Когда на пепел опустились сумерки, никого уже не было. Все будто растворились в исчезнувшем за крышами многоэтажек солнце, оставив его одного. Он ждёт каждую ночь, когда в этом городе рассветёт.

Их знания

(Невидимая рука)

Есть люди, которые ведут тебя по этому тёмному и душному туннелю. Ты сталкиваешься с ними каждый день, почти каждую минуту, но не знаешь того, что они знают, что ты не должен ничего знать. А ты идёшь вперёд, чувствуя ЭТУ силу, которая с каждым новым сжатием невидимой руки ознаменовывает совершённое тобой действие в этом мире, мире, где каждое слово-это слово, сказанное для того, чтобы ты его слышал, и где каждое приветствие – это слово, сказанное для того, чтобы ты его УСЛЫШАЛ. Ты знаешь, кто сейчас сказал его. Ты чувствуешь его невидимую руку, сжимающую твои глаза.

(написано несколько минут назад на компьютере).

Влюблённость глухого

Я буду лежать и слушать твою тишину…

Он шёл по тропе, а она шла в лес. Там они должны были встретиться. В тиши густых деревьев. Он не знал точной дороги – его вело какое-то предчувствие, какой-то внутренний голос, точнее, эхо его внутреннего голоса, отдававшее в древесном переплёте. Казалось, это и не эхо вовсе, а голос большой ночной птицы, которая откликалась на его внутренний голос. Птица разговаривала с ним, вела его вдаль. Может, она хотела спасти его, может, помочь, раскрыть древнюю тайну или навлечь верную гибель…

Ему было всё равно интересно. От этой мысли он испытывал замёрзшее волнение со слепым страхом. Ему казалось, что из-за деревьев за ним наблюдает страшное чудовище, оно хочет напугать его до смерти, а потом съесть заживо его тишину. Он понимал, что этот страх уже вошёл в него, подобно знакомому голосу. И этот голос зовёт его всё дальше и дальше, и чем гуще, чем темнее становится вокруг, тем нежнее и певуче он зовёт:

…как пение большой ночной птицы,

как её слепота,

словно эхо вечной любви

в тиши древесного переплёта».

Она ведёт тебя за собой.

Брахмапутра

Это букашка с шерстистым телом. Не знаю, почему я её так назвал. Просто в голову пришло.. Забавное имя. Буддистское. «Брахмапутра». Это букашка с шерстистым телом…

Рецепт приготовления слоёного пирога с мраком и светом

Значит так, сквозь окна светило солнце. Вывод: а именно. Светило даже не «сквозь», а «из» окон. Так правильнее. Не сквозь окна, а из окон этого дома светило солнце. Оно закрывало изначальный мрак, и было с ним одним целым, как слоёный пирог. Удачное сравнение. Когда ешь, не различаешь, что после чего идёт.

Двор был слоёным пирогом, в котором свет из окон закрывал изначальный мрак и был с ним одним целым, как слоёный пирог. Спасибо, но у меня уже есть слоёный пирог.

Двор был слоёным пирогом, в котором всё было как выше. Свет из окон закрывал изначальный мрак и был с ним единым це-лым. В слове «це-лым» два слога. Это видно. Это необходимо подчеркнуть, чтобы «вывод: а именно» не было скучно в этом рассказе. Теперь «вывод: а именно не будет скучать. У него появилось «це-лым». А «сквозь» и «из» остались одинокими, потому что так всё устроено.

Только что я создал идеальную пару. Я – создатель? Как это не парадоксально, но это так. Получается, слоёный пирог тоже моих рук дело? Придётся это признать. Осталось добавить что-нибудь по вкусу:

Повар-рассказчик стал единым целым с рассказом. Он соединил изначальный мрак со светом. «Я» растворяюсь. «Меня» здесь нет.

Swan Industrial

(Страничка из дневника помешанного маньяка)

…в ней была скрытая красота…

Всё, чем ты занимаешься – переводишь мысли в слова. Это всё равно, что превращать в бумагу огонь.

Я ещё раз смотрю на картину, вглядываюсь в её глубину, чтобы запомнить мелкие детали. Я рисую по памяти то, что у меня внутри.

Они носят в вёдрах любовь из колодца души… Океан огненной лавы.

Там кричит ребёнок.

Ты сидишь в темноте и тебе страшно.

Ты один, и тебе кажется, что

тут кто-то есть.

Его лицо затеняет прозрачная бумага.

Она как вода, в которой живут отражения.

Все они – это один человек,

этот человек – ты.

Сейчас ты кричишь…

…Вы знаете, как плачет девушка-рыба?..

Он выдёргивал траву и вытирал ей лицо. Рвался полиэтилен. Ты карябаешь по стеклу:

«скрежет руки по воздушному шарику».

Я знаю – когда пишешь очерствелые фразы, легче прочувствовать пыль стекловат. Кислота. Субстанция разъедает лицо, и кровь капает на землю.

Кистью ты наносишь эти алые мазки на её каменное лицо. Признайся, ты когда-нибудь хотел Её оживить?!

…в прошлом шуршит будущее…

из судебного протокола:

- разговаривал с другими, как с самим собой;

- зачёркивал местоимения;

- плевал на сковородку;

- показывал ноге экран с движущейся дорогой, а руке качающийся маятник;

- распылял стекловаты;

- рвал траву окровавленными руками;

- прятался от людей в сиротском доме;

- увидел колодец.

Сван заглянул внутрь и увидел на дне воду. Но этого не может быть! В бумаге не прорыть колодец!

С высоты он смотрел на нас, вглядываясь в чёрную глубину души, чтобы запомнить мелкие детали и сказать, ЧТО у него внутри и кто он такой. Сван не мог понять, зачем люди носят в вёдрах воду, когда можно прорыть русло, чтобы дать им свободу.

Сван хотел помочь, подсказать им выход из этой ситуации, но он был занят делом.

Он находится под землёй.

Он сделан из железа.

Он вращается и буравит землю.

Он работает.

Сван - машина.

Сван работает на меня.

Всё, чем ты занимаешься – переводишь мысли в слова. Это всё равно, что превращать в бумагу Её скрытый огонь.

Снежная шапка

2008-01-09T23:12:31Z

Начинаю выкладывать сборник рассказов "Снежная шапка"

Снежная шапка
Мотылёк в шёлковом скафандре (Инструкция к засыпанию)
Диван с моим телом
Мои друзья: Юрка и Чешир
Ураган в городе (Абсурд)
В троллейбусе все медитировали
Говорун (Инструкция к пробуждению)
Рак Бориса (Метаморфоза «Я»)
Шаман и градусник
Четырёхглазый

Снежная шапка
(сборник рассказов)

Снежная шапка

Шапка снега. Она упала тебе на голову, когда ты распахнул дверь. Ты вытер лицо краем рукава и понял, что вокруг утро. Если бы это был день, тебе было бы безразлично, что это день. Вечером же внутри грусть.

Проснулся созерцательный аутизм, ты поднял голову и смотришь на красные ягоды и комочки разноцветных перьев. Комочки клюют ягоды. Они прыгают с тёплой на холодную ветки и сорят ягоду, а я смотрю в пространство Над и пью кислый рябиновый сок. Сок стекает по подбородку и превращается в первые кровавые ручейки талой земли. Эта зима тает. Я прыгаю. Порывы ветра перемешались с острым снегом в лицо, и мне безразлично, что вокруг…

Я прыгаю и собираю ртом ягоду и снежинки, рассыпанные снегопадом. Они превращаются в холодную увековеченную грусть внутри моей красной глотки. Язык кажется тёплым, влажным, как в тех толстых средневековых книгах с голыми деревьями, кладбищами, где только что поставили красивые надгробья (а сейчас они кажутся нам такими старинными) и каменными ангелами со сложенными крыльями вечной осени…

…Вечные сумерки. Они превращаются в холодную увековеченную грусть внутри разноцветной пушистой грудки. Иногда куски горячего асфальта под ногами отламываются, как будто отламываешь хлеб, чтобы покормить других ангелов, и мы перелетаем на другие ветки, холодные и голые. Вспархивание сливается с чириканьем, и следующая капелька кровавого сока щекочет теплом твоё маленькое сердце. Я пою песню лёгкости, и перья отвечают тем же, только с невесомой беззаботностью, потому что одна эта глупая невесомость превращает скорбь в непосильную ношу. А мы скорбящие и романтичные. Мы – одетые в перья. (Но это просто. Это слишком по-летнему, даже по-осеннему просто). Надо просто бросить вниз этот кусок хлеба и тогда ты почувствуешь ангельское облегчение, после которого каменеешь. Это кладбище, всё вокруг, и мне приятно увидеть здесь тебя с другими пушистыми и одетыми в чёрное пробуждение, скорбящих и беззаботных, тихих…

Я одет в перья. Иногда у других плохое настроение и они клюют меня в тело. Выдёргиваю перья и смотрю на других. Я не пою песню лёгкости и не отвечаю взаимностью. Я и так в невесомости, в этом наступающем снежном утре, смотрю вниз…

Смотрю вот на тебя наивными птичьими глазами, а ты думаешь, только дети носят снежные шапки?!

Мотылёк в шёлковом скафандре

(Инструкция к засыпанию)

С ним обращались осторожно, как с диковинным прибором. С ним обращались, как с загадочным иностранцем, по вложенной внутрь него инструкции. Его уважали, прислушивались к каждому его слову, выполняли каждую его просьбу. За ним убирали, ставя веник на место, а на ужин тщательно подбирая рацион для правильного питания. Одежду не подбирали, носил он её как зря, и валялась она во всех углах, пропитанных энергией комнаты. Но этот пофигизм в одежде нисколько не выходил за рамки, начерченные его опытной фантазией в инструкции. Его одеждой были сны, и лежали они строго по астральным полочкам.

Когда наступала ночь, шторы в комнате задёргивали и свет выключали. Он мог дотянуться до ночника. Это допускалось. Он гладил ночник рукой и смотрел с Вселенской любовью на перегоревшую лампочку. Она заменяла ему Солнце, видевшее сны, и Луну, накрытую тёплыми шторами. Вот-вот появятся волшебные мотыльки, они будут порхать в световом хороводе вокруг головы, и тогда начнётся то, что люди называют путешествием.

Он называл это бытиём. Любая идея, готовая вот-вот прогрызть голодной крысой наволочку, и залезть внутрь мозгов, прихватив с собой пару-тройку птичьих перьев, любая мысль, безоговорочно приравнивались к змеиному шароварству с того света. Он запрещал думанье, оно плохо действовало на его засыпание, а, следовательно, и на состав его второго бытия. Засыпая, он говорил: «Душа хочет полетать», и с умиротворённой улыбкой закрывал глаза, словно входную дверь перед носом чёрной искусительницы – Луны.

Раньше он думал. Много думал. Ворочался. Засовывал одеяло под себя. Создавал душный вакуум. Это скорее напоминало нам оболочку скафандра космонавтов – неудачников, которую они скидывают с себя, чтобы искупаться в лунных водах. Мы не скажем, чем это было на самом деле, потому что буквы неинтересны с точки зрения дизайна для оккультной одежды, о которой он раньше думал, даже не мечтая, что она может существовать в его шкафу. Мы не скажем этого, мы просто погасим свет. Тс-с. Тише, давайте не будем его будить своей болтовнёй.

Когда люди мыслями загоняют душу в другой конец своего микрокосма, они не путешествуют. Они видят преломлённый неврастенический бред, снятый изъеденными мозгами в стиле постсюрреалистских мыльных опер. Люди участвуют в своём ужасном падении, только в искромсанных барокамерах изменённого, измотанного, запертого в клетку самого себя, сознания. Настоящее путешествие совершается в состоянии недуманья, так он прочитал в умных детских книжках, дети же – цель, к которой катится волшебный шелковый клубок, подброшенный твоим фатальным опытом на высоту Вселенной.

Это как парение над твоим ночником волшебного мотылька в шёлковом скафандре…

Диван с моим телом

Я – диван.

На нём лежит тело.

В моей украшенной стенами и потолком комнате стоит диван и два кресла. Моя жизнь, украшенная моей комнатой со стенами и потолком – это то, что уже было.

Сейчас моя жизнь находится на диване.

P.S. Кресло он продал.

Мои друзья: Юрка и Чешир

Улетел бы в космос. К Юрке. Ходил бы там с ним по Млечному пути, разговаривал с ним, блёстки собирал. Играл бы в прятки с его чёрным котом. Я знаю, где он обычно прячется. Он в телогрейке тьмы. Мордочку усатую высунет и улыбается, мурлычет в ответ, когда меня видит. Я его Чеширом прозвал за это, не Барсиком же, или Мурзиком? Чешир – так ещё никого не звали в этом мире.

Потому что в этом мире всё по-другому. Здесь, в космическом пространстве есть всё, что относится и не относится к тому нижнему миру, и всё это гнездится сразу в одном человеке, сделанном из многих частичек.

А Юрка, он, бывало, спрячется куда нибудь – и попробуй, найди. Обычно он в скафандр залазил. Говорит, там удобней в себя уходить. Поэт. Хотел бы я посмотреть, что он там калякает, лучше бы Землю рисовал у себя в альбоме, полезнее было бы. Было бы. Бы было. Были бы лбы и были б мы лбами, и чёрными львами бы звались коты…(в зевопазле львов)

Я вот тоже со словами играю, когда скучно. Целый мир, не похожий ни на один совершеннейший пазл, даже если бы там было три триллиона дырок! Или около того. Всё равно это Было бы не то…это не то место, где тебя так просто будут заставлять собирать какой-то совершенно не детский пазл из трёх триллионов частичек. Ни к чему хорошему, конечно, это ни привело бы. Как и ни к чему плохому. Когда это станет единым целым, тогда и только тогда будет результат. Кавычки закрываются. Зачем мне тратить всю свою сознательную жизнь на одну единственную фотографию, которую я могу и так в любой момент сделать? Надо только Юрку позвать…А вместо вспышки, вот, блёски кину…

Чеширчеширчешир! Кис-кис-кис. Где ты, мой пушистый друг?

Ураган в городе

(Абсурд)

Однажды утром порывом ветра сломало ветку куста в моём дворе. Я заклеил её скотчем. К моему удивлению, на следующее утро весь город был заклеен скотчем.

В троллейбусе все медитировали

Именно поэтому я опять полюбил троллейбусы. Хотя раньше терпеть их не мог.

Пассажиры находятся в пустоте. Кондуктор щёлкает пальцем, а водитель диктует мантры для самостоятельной работы.

Разрешается играть с действительностью и постигать настоящее мгновение.

Эвакуационный люк заперт. Что будет? Здесь никто не курит.

Водитель ставит свечу.

Михаил был кондуктором…

Автобус ехал в направлении.

Говорун

(Инструкция к пробуждению)

Слова из его рта высыпали, как бородавки на молодой коже. Он был серой личностью, одетой во всё чёрное. Внутри него жил Свет. Усы он носил неохотно, как будто выносил мусор прошлого. И выглядели они, словно их подрисовал ему неудавшийся Рафаэль. Хотелось съесть эти спелые плоды и обвинить себя в невинности. Или обвинить покрашенные ногти в покушении на вождя чёрного племени.

Слово «расизм» тут же объясняется корнем «изм». «Измом» же объяснялась и его больная серость, которую все считали рисовкой, а он – манией. И разговаривал он нечасто. Не хотел быть рабочим, потому что, когда говорил об этом вслух, все говорили о том, что он рабочий, указывая на спелые бородавки молодой души.

Он любил общаться с друзьями на языке эмоций. (Похожие языки обнаружены у дельфинов, философских осьминогов и детей-индиго). Об интеллигенции нового порядка отзывался весьма сдержанно, ссылаясь на корни и листья, не дающие потомства, но соблазняющие и колющие как ёж-Люцифер, который выползает поутру напиться утренней влаги с цветочных лепестков.

Ещё я слышал, он говорил, что «все поколения – это ступени, ведущие к началу взлётной полосы, контролируемой Высшим Ежом с колючками, входящими под кожу для истинной самозащиты. Колючки не пропитывались змеиным ядом, что позволяло Ежу стать Светом, Высшим. Его носили на шее в качестве амулета, чтобы постоянно быть на связи, и клали на вершинах всех древних пирамид со взлётной полосой, сверяя по нему время Перехода в новую расу, потому что песочные часы способны врать в горизонтальном положении», и что

«толку человеку жить собственной смертью и питаться высохшей влагой?».

Я часто слышал ртом его слова, порученные мне. Остальным он недоверял, потому что Остальные были частью его сознания, порученного мне. (Кавычки закрываются). Поэтому мне приходилось носить такую вот затейливую маску благого лицемерия без особого стыда и угрызения беззубой совести. Мой придуманный зверёк молчал и улыбался.

Солнце закатывалось помятым одеялом за край дивана, и мой придуманный зверёк думал, как бы ему закатить его в свой следующий сон. В прошлых жизнях он часто вспоминал сны о тёмной стороне реальности. В одном из таких лицемерных (см. «вещих, кавычки закрываются) снов мой придуманный зверёк общался с некоей серой и усатой личностью, одетой во всё чёрное. Я держал его во рту, и в ответ изо рта сочились алые слова. Рафаэль солнцем светил из меня, пока кто-нибудь из Остальных не обзывал его Говоруном:

«Говорун, …другим ты не существуешь для нас. Ты говоришь несуществующие вещи.… И хочешь сделать несуществующее. Ты восстаёшь против нас. И нам, Остальным, придётся сделать только одно: мы делаем тебя таким, какой ты есть: серым и ничтожным, молчаливым, носящим траур по всему Свету, серому и ничтожному, молчащему, носящему траур по всему Свету…Умри, Говорун!..»

Рафаэль просыпался, свёртывался в колючий клубок в дальнем углу дивана, долго сопел, а потом начинал тихо плакать. От горя ли, от счастья ли, одному Богу известно…Я успокаивал его как мог, играл с ним летом в сказки, а зимой в снежки. Он успокаивался, но какая-то маленькая часть его лёгкой, как выдох, души, продолжала плакать и ждать пробуждения из этого страшного сна. И как мне хочется, чтобы все Остальные поверили в это пробуждение и приложили все силы для его осуществления…

…И как хочется сорвать эти спелые плоды и сделать всех невинными…

Рафаэль был ежом в последнем, вымирающем, поколении, которое верит в новую расу и в своё высшее предназначение. Он говорил: «наш мир – это сбывшийся сон, в котором каждый видит подрисованные усы своих прошлых жизней, которые воплощаются здесь…»

Рак Бориса

(Метаморфоза «Я»)

–У бориса Рак, – говорил люд.

– борис не говорит, но чует, чует сердце…

– У борьки-то Рак! Слышали?! Мы думали, он девку завёл, а он – Рака!.. И дурак не поверит…

– А мы что, не мужики, что ли? Вот завтра тоже Рака заведём, хоть какая-то цель в жизни появится.

Борис мне как-то сказал: «У меня дома живёт злокачественная опухоль, от которой я не могу избавиться. Она душит меня изнутри…»

Шаман и градусник

…Так он освободился

Шаман нашёл градусник и стал мерить температуру. Он мерил и мерил, а температура всё не поднималась. Тогда он заболел.

Шаман хотел, чтобы температура поднялась, как человек поднимается на вершину ямы и как птица поднимается в воздух. Шаман хотел вызвать температуру и освободить её из стеклянного плена.

Шаман был посредником между этим миром и миром мёртвых, поэтому он догадался: «чтобы поднять температуру и освободить её из стеклянного плена, нужно заболеть и умереть». Для этого нужно самому стать горячим или слишком сильно напрячь мыслящую сущность и лопнуть.

Шаман заболел этими мыслями и тут же стал горячим, почти как огонь. Температура поднималась вверх, как человек поднимается на вершину ямы и как птица поднимается в воздух. Градусник лопнул и шаман умер.

Он разъединил стекло и ртуть, небо и землю, тело и дух, поэтому он больше не был посредником между этим миром и миром мёртвых.

Он вселился в своё старое тело вместе с абсолютными мыслями и кремировал себя.

Четырёхглазый

Иногда, когда смотришь на человека, в тот момент, когда он на тебя не смотрит, возникает ощущение, будто он смотрит на тебя. Он говорит как бы мимо тебя, но каким-то краем глаза на тебя смотрит. «Наверное, у него двойные глаза», думаешь ты. «Одна пара глаз занимается делом, работает, другая пара непрерывно устремлена в твою сторону».

Возникает ощущение, что с тобой играет людьми твой четырёхглазый ангел-хранитель.

Грязные салфетки на круглой скатерти (окончание)

2008-01-09T08:16:05Z

     Человек, смотрящий на закат (Апокалипсис)
     Аморфный и умное стадо. Сновидения. Узел.
     Хранители счастья, или мусорная корзина для салфеток на каком-то
     открытом плато
    Tantrumof Book
     Шаманка
     Высохшая кисть винограда…
     Ангелы (Стол)
     Четыре тряпки на квадратном полу (второе действие первого встречного

Человек, смотрящий на закат (Апокалипсис)

И собрались вокруг него люди,

И были все они близки ему,

И были все они чужды ему,

И по тропе тернового золота

Отправились они к пещере той,

Чтобы ждать его там

С пустотой в глазах,

Как Свет,

И постоянно помнили эти идиоты его смерть…

Вечереет. Последнее солнце огненной оладьей было безжалостным, ослепительным могуществом своего ухода в дно неба хотело затолкать меня в Ночное… но нет! – шум поднимающегося лифта открыл окно последнего этажа, и коридорное эхо ушло, услышав, как в открытое окно ворвались: прохладный воздух пробуждения, крики стрижей – вечерних цикад этажей, и отчужденный взгляд ало-бирюзового заката – стража моих глаз, успевших зафиксировать Лажу Сумеречную⁶ – человека, отчужденно осматривающего, как тает в его руках сигарета, дым которой густыми клубами выпархивал из открытого окна подвала, через которое я, перелезая, увидел внизу твое закрытое окно последнего этажа многоэтажки и человека, до боли знакомого мне, который, ослепительно уходя на дно неба, обернулся, чтобы еще раз посмотреть на меня и потом все забыть. Была ночь…

⁶СУМЕРЕЧНОЕ СОСТОЯНИЕ, вид помрачения сознания (от нескольких минут до многих часов), характеризующийся внезапным началом и окончанием, нарушением ориентировки в окружающем, отрешенностью больного, поведением, обусловленным аффектом страха, злобы, галлюцинациями, бредом; в последующем – амнезия.

Аморфный и умное стадо. Сновидения. Узел.

Молчат дома.

В листве горячей потных потолков уснули дни,

И только томно смотрят братья-фонари

На собственные тени,

Внимая вспышкам болезненных укусов мыслей-мошек,

Не покидая световую память утренней зари

Калек, представших на колени перед холодом стекла,

Не раз смущавшего соседей по больничной койке

Мглой орущего молчанья.

Как луч босой на белой глади пьет теплом озноб,

Сближая чаем их прикосновения

По норам улиц расползающейся дружбы,

Так будут восковые щеки одиноких пламенеть

От воспаленных мыслей вдруг забытой дома мести долгого пути…

…В лесной провал нас приведет испуг гигантских фонарей,

Купающихся в алой ртути.

Дорогу преграждало чудовище. Оно рычало, ржало, щетинилось. Оно то увеличивалось, то уменьшалось во времени. В некотором промежутке несуществующей смены дня и ночи. Его пестрое, ядовитое и серое тело содрогалось в конвульсиях «ы». Оно очень интеллектуально. Из ртов его щей брызгало спермой в тоскливо-ярких тонах. Его башни то срывало, то оно задумывалось. Рыгало оно артистично и самовнушительно, а блевало мерзко и погано. Урны дымились и говорили в ответ: «Хотим еще». Оно жило насыщенно и плодотворно. Назло всем. А ты стоял и поедал жидкий цемент. В твоем мозге пузырилось azbwcx91735postзабвение.

Пастбище было освещено фосфоресцирующими лампами. Моль летала на запах и пронизывала слюну искорками. Это была огромная площадь. Там стояла двухсотметровая башня архаичной постройки с часами. Время на них остановилось. Висела огромная луна, диаметром в четверть площади, хотя вокруг было еще достаточно светло. В небе зиял ветер космоса и ультразвуковые импульсы проникали в твой зал ожидания. За тобой кто-то гнался. Дыхание учащенное. Пульс колотится секундомером. Надо свернуть к посадкам за площадью. Сквозь них шла тропинка. Когда чудовище распалось, ты свернул туда. Отхаркиваясь бегом, ты нервно оглядывался. Они догоняли. У них были пистолеты и Нож Правды. Пахло костром. Впереди выросла постройка. Ты подбежал и открыл дверь. Это была ярко освещенная галерея со стеклянными витринами по бокам. Красный шелк грел стены, изящная бархатная дорожка вела прямо. За витринами росли декоративные деревца. Рядом сними неподвижно застыли косули, а на ветках копошились райские птицы⁷. Несколько человек прогуливались взад-вперед по двенадцатиметровому коридору. Ты быстро проскочил мимо (это уже было) и завернул в серую кирпичную комнату. Там был поворот. Стоял полумрак. Медленно ты подкрался и ступил за угол. Стало страшно. Перед тобой стояла старая чугунная ванна. Она была пустая. Тебя охватило онемение. Это был тупик. Там была обшарпанная стена. Мокрый душный воздух и холодный пар. Назад дороги не было. Ты услышал громкие шаги. Ты залез в ванну, лег на чугунное покрытие и прижался, что было сил… Ты увидел черный люк в стене. Луч фонарика внезапно скользнул по твоему лицу. Глухие выстрелы решетили тебя страхом… Падение…

Через несколько поворотов тропинка перешла в заасфальтированную дорожку. Деревья расступились. Она заканчивалась нисходящими ступеньками, впадающими прямо в тротуар. Вдоль него раскинулись киоски и павильоны, освещенные вывесками разноцветных гирлянд. Там было много людей, и кто-то торговался, пестря купюрами. Ты увидел странного человека с головой, слепленной из хлебного мякиша. Он что-то рассказывал о свалке с детскими игрушками и поржавевшими каркасами машин. Его машина пропала, и он просил кого-то пойти туда, чтобы раскопать ее номера: «Земля там мягкая, а соседние огородные участки находятся на буграх. Вокруг только черная земля и пыль». Там ты встретил друга. Он что-то сказал, отчего ты почувствовал, что под ногами вода и нет дна. Ты огляделся. Вода чернела, огромные волны уносили тебя все дальше, к стройке с люками наизнанку. В них ты когда-то прятался от очередной погони. «Ты карабкался на пол, но соскальзывал, чувствуя их приближение. У них были руки из жижи размером с башню и фонарики». Они дышали тебе в спину и стреляли в грудь. Вместо крови – страх. Один раз ты падал с вертикальной плоскости. «Надо было просто крепче цепляться». В другой раз тебя спасли кальян-трубопровод и чайная канализация. Ты залез в эту трубу и смотрел сверху на ночное небо. Пели сверчки, и являлись «твои глаза». Но ты опять срывался с бетонной конструкции и медленно летел вниз. (Я замедляла пленку).

Ты вышел на меня.

В черном каньоне тебя спасла плоская платформа. Ты залез на каменное дно, но платформа начала набирать скорость. Ты несся по волнам прямо на каменную стену. Реинкарнация Погони также закончилась твоим пробуждением и холодным потом. Ты вставал с кровати и тянулся к полке, чтобы взять ТУ книгу и найти в ней нужный тебе день. Как назло, в это время включился свет. Я не могла понять то, что ты мне говорил, тем более что я уже просматривала ту книгу. Я не решилась тогда подойти к тебе, думала – сам догадаешься. У нас много агентов… дежавю, они днями составляют план, структура совпадений складывается в головоломку. Даже я устаю. А они нет, делают все как надо, все молодые, стройные, с мозгами. Но я держу их, плачу, сколько попросят, на Запад не смоются. Теперь – главное. Вот тебе кусок бумаги. Напиши там тот день, когда ты хочешь, чтобы все стало ясно… они просто заснут… ты не бойся. Вот тебе Камень Неврастеника. Он будет впаян тебе в голову. Только смотри, нигде ее не потеряй, иначе все. Головоломка будет напрасна. И на моих двойников не попадайся. Потому что у всех есть часть Моей души. Есть еще табу. У них в крови. Этого ты даже сейчас не должен знать. А остальные – их дело подражать и продавать свои души. Вся политика под контролем. Что? Хранители? Они живут повсюду, но никто не знает где. Кстати насчет Города. Я нажимала паузу, чтобы Город замирал, но и в полной тишине, в молчании ртов и машин ты не решался взлететь или хотя бы выйти из оцепенения и выхватить у них оружие. Наступила ночь, и было уже поздно просыпаться. Спи дальше. В следующем сне будешь на Плато с Хранителями,.. найдешь ли ты спасение… вряд ли, сценарий мой, так что тебе решать. Прятки начинаются с нового круга.

⁷РАЙСКАЯ ПТИЦА (лат.Apus), созвездие Южного полушария

Хранители счастья, или мусорная корзина для салфеток на каком-то открытом плато

Wake from your dreams

The drying of your tears

Today we escape

We escape

Pack and get dressed

Before your father hears us

Before all hell breaks loose

Breathe keep breathing

Don't lose your nerve

Breathe keep breathing

I can't do this alone

Sing us a song

A song to keep us warm

There's such a chill

such a chill

You can laugh

a pineless laugh

We hope your rules

and wisdom choke you

Now we are one

In everlasting peace

We hope that you choke

that you choke

We hope that you choke

that you choke

We hope that you choke

that you choke

"Exit Music"

Thom Yorke (Radiohead)

Дверь распахнулась, и пред нами предстала долгожданной свободой ночь, загадочная, нераскрытая с ароматами костров и цветущих акаций. Отныне время не владело ими.

Вокруг были разбросаны многочисленные тропинки, переходящие в коридоры аллей, украшенных яркими гирляндами светлячков. (Сквозь расколотый купол неба бесконечным световым потоком лились квазары. Они проникали в каждого человека, одаривая энергией жизни и творчества. Хранители предусмотрели систему траншей в мире, чтобы отгородить людей от слишком сильного, губительного для души, обмена этим светом. Только ритуалы оккультных слов, ритмов и действий стирают грань.)

Пение цикад волшебным нектаром лилось в воздушные чаши Аллея, выманивая из уютных трехэтажных домиков Хранителей счастья⁸, которые, сладко позевывая, выбирались, держась за руки, и начинали разговаривать друг с другом на непонятном языке. Мы увидели их клоунские ботинки, наброшенные на плечи разноцветные платки девушек, улыбки на беспечных лицах. Мы слышали их умиротворенные беседы о творчестве, о Единстве Природы, о смысле двух условностей и смысле обывательского существования. Хранители Города разбрасывали мерцающие звезды, которые падали вниз с горного плато и пропадали в Глубинах Сфер. При этом мы слышали из уст Хранителей что-то об «ожидании снизу» и «вечной надежде» Они взяли нас к себе, в свой мир, тех, кто выжил и не умер внутри. Внутри нас ютила тоска и одиночество.

Мы прогуливались и созерцали окружающее нас. Мы молчали, и это молчание не было пыткой.

…Скоро я увидел лестницу, которая поднималась вверх и заканчивалась непонятным темным пятном в ярком свете. ТАМ БЫЛ СВЕТ. Я увидел, что позади меня, в Аллее, тоже начинало светать. Хранители что-то говорили обо мне. Они говорили, что каждый человек обязан пройти тот путь, который ему предначертан, что у меня, у моего сознания, нет истории, прошлого и будущего, что мир – субъективный образ, данный каждому человеку, чтобы он менялся вместе с ним или пытался его изменить в сторону гармонии. «Каждый должен быть готов к бесконечности». Тогда я начал подниматься по лестнице, все выше и выше. Внизу что-то вспыхнуло, и я услышал, четко услышал, слова: «Мы дадим тебе знать»… и все исчезло.

Когда последняя ступенька была позади, в абсолютной пустоте вокруг я увидел дверь. Я открыл ее, и она сама собой захлопнулась. Надо мной, в бесцветном пространстве зиял черный люк. Я включил свой фонарик и начал вглядываться, подняв голову, в его глубину, и тут внезапно что-то сдвинуло меня с места и понесло в этот люк. Он вел вверх. Я лишь успел осознать, что несусь все выше и выше по непонятному туннелю. Я падал вверх с неимоверной скоростью, все быстрее и быстрее… стало очень страшно. Я разбивался о скорость бесконечности… все быстрее…

Я очнулся. Передо мной была моя комната и чувство тоски. Я вышел на улицу. Была ночь. Я поднял глаза. Там, вверху, в бездонной стихии воздуха, мерцали звезды.

⁸СЧАСТЬЕ, город (с 1963) на Украине, Луганская область. Расположен на реке Северский Донец, близ железнодорожной станции Огородный.

Tantrumof

Book

Мир – это патриархат души и матриархат духа.

Я – лист книги, пожелтевший от времени, в пятнах пролитого кофе и крови. Я молчу, но чувствую, как они стряхивают на меня свой пепел. Их глаза останавливаются на мне, на верхних, ЗАГЛАвных строчках, где моя голова, и я вижу странные улыбки на их лицах – они радуются. Но затем они перестают шуметь и пролазят мне внутрь, все ниже и ниже. Унижение. Они грустнеют. Я чувствую, как разбиваются о мои ноги большие куски пепла. Они кичатся своим осмыслением, они пытаются одновременно принять и опровергнуть то, что во мне, забывая главное. Они озлобливаются, собираются в группы, организуют секты. Они все плюют на меня, провожают нервным рукопожатием (моя смерть – шуршание бумаги над закатом) и уходят дальше, в мое будущее, в следующие жизни (каждый живет несколько жизней в одной).

…На обложке книги написано: «Автор – переплетчик».

Шаманка

Стоишь в вышине, над звездами,

Расчесываешь пряди нежно.

Собираешь молитвы поэтов,

Плетешь из них феньки к лету с осени.

А когда в душе⁹ снежно –

С планетами в прятки играешь…

Какой великий поступок – уехать из этого города, Города, где все принадлежит твоему сознанию, где живут твои друзья, и кто тебя ценит, кто спросит: «Как, ты уже уходишь? Останься…», и те, кто обзовет тебя при ней, или она сделает это при них, Города, где живет твоя недостижимая любовь, которой ты безразличен (и за которую тебя обзовут дураком), где живут твоя неврастения и твой стыд, твой страх и твой образ. О, как мечтаю я уехать отсюда, далеко-далеко, в ее любимую страну…

Острова океана на безлунной дороге –

На песчаной косе пляшут голые боги,

Разжигая огни бирюзою невинно,

На замерзшей земле созерцая пустыню.

Горизонт кораблей в предрассветном маразме –

В расколовшейся призме в спазме спит дикобраз.

Так создай, собери же свою Преисподнюю

Из умерших кристалликов огненных глаз!

«Я так мечтаю туда попасть, вместе со своим мужчиной… эти жители, эта культура…»

Говорят, когда она узнала, куда он уехал, то начала метаться, срывалась без повода, говорила чушь несусветную. Ждала, наверное, что пригласит, при них называла его своим парнем, запасала феньки, прятала их вместе с ожиданием и стыдом, которого она раньше не испытывала.

Он приехал летним солнечным днем навестить друзей и свой Город… И привез ее, Шаманку (так называл он ее при них), с собой. Он хотел, чтобы она увидела Ее.

И она увидела. На площади. Они гуляли. Была ночь. Она рыдала. Потом при Них ее обзывали. А она молчала… Тогда не поверила в него. ОНА НЕ ПОВЕРИЛА ЕГО ИЛЛЮЗИЯМ.

…Какой великий поступок – уехать из этого города. Ей советовали: «Уезжай». И Она уехала в другой город, серый и жестокий, далекий и чужой, Город, где он сошел с ума. Она нашла его там.

18.06.2006

⁹ДУША, понятие, выражающее исторически изменявшиеся воззрения на психическую жизнь человека и животных. Восходит к древним представлениям об особой силе, обитающей в теле человека и животного (иногда и растения) и покидающей его во время сна или в случае смерти (ср. учение о переселении душ – метампсихоза). Идеи всеобщей одушевленности космоса (гипнотизм, панпсихизм) явились основой учения о мировой душе (Платон, неоплатонизм). У Аристотеля душа – активное целесообразное начало («форма») живого тела, неотделимое от него. В теистических религиях душа человека – созданное богом, неповторимое бессмертное духовное начало. В пантеистическом аверроизме душа – лишь индивидуальное проявление единой духовной субстанции (монопсихизм). Дуалистическая метафизика Декарта разделяет душу и тело как самостоятельные субстанции, вопрос о взаимодействии которых обсуждается в русле психофизической проблемы. В новоевропейской философии термин «душа» стал преимущественно употребляться для обозначения внутреннего мира человека.

Высохшая кисть винограда…

…и твои глаза.

Человек – мечта Бога. Каждый в этой цепи заключенных в нее людей-звеньев способен извлекать энергию переживаний и эмоций. Эго способно извлечь из других соответствующую энергию. Весь вопрос в осознании и способности усовершенствовать ее полярный состав для создания некоей вневещественной структуры. Я чувствую внутреннюю энергию, и я же способен прозреть в ком-то соответствующую энергию. Цепочка со звеньями однородной душевной массы, суммарно обладающая определенной силой, способной влиять на материю схожим образом. Духовная революция. Вселенский разум, возможно, основанный на энергии переживаний и эмоций, вырабатывающейся путем ввода в душевную среду раздражителя, состоящего из слов или звуков. Слово и Мелодия… В своем симбиозе способны извлечь тысячи световых лет внутреннего пространства при соблюдении определенной дисциплины чакр, выраженной в космическом понимании и погружении. Но при наличии стимула, выраженного в антитезе, т. е. при наличии сталкинга, человек собирает куда больший запас квази¹⁰- вещества для выхода за пределы вбитой в голову системы измерения и перехода в новый, конечный и связующий все круги кармы этап существования безличного Сознания – Эру Солнца.

¹⁰КВАЗАРЫ (англ. quasar, сокр. от quasistellar radiosourse – квазизвездный источник радиоизлучения), космические объекты чрезвычайно малых угловых размеров, имеющие значительные красные смещения линий в спектрах, что указывает на их большую удаленность от Солнечной системы, достигающую нескольких тысяч Мпк. Квазары излучают в десятки раз больше энергии, чем самые мощные галактики. Источник их энергии точно не известен.

Ангелы (Стол)

АНИМИЗМ (от лат. anima, animus – душа, дух), вера в существование души и духов.

Мы сидим в этой дыре и ждем, что произойдет с нами через сотни, тысячи лет, в каком-то незнакомом нам мире. Мы будем стоять на вершине огромной горы, и вокруг нас будут кружить наши мечты, такие странные и далекие. Стаи красивых птиц будут кружить над нашими душами, и ангелы будут рассказывать нам наши судьбы, такие странные и далекие. Ветер будет слагать музыку на наших костях посреди огромной пустыни, и сотни, тысячи вымерших народов будут слагать легенды о наших судьбах, таких странных и далеких, которые наконец встретились в незнакомом нам мире спустя сотни, тысячи лет, на дне этой огромной черной пропасти. Мы держимся за руки, чтобы опять не упасть… мы рассказываем друг другу наши жизни на никому не известном языке ветра, и потом улетаем ввысь, за морской горизонт, на красивых белых крыльях.

(второе действие первого встречного)

Четыре тряпки на квадратном полу

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

Стол. Круглая скатерть. Две салфетки.

Первая салфетка. Всякий смысл можно найти там, где ранее предполагался совсем иной.

Вторая салфетка. Если ты его уже нашел – вот мой телефон. (Кладет-телефон-в-чашку-горячего-чая)

Десерт автору!

«А стихи и все остальное обсудим позже за бутылочкой лимонада».

Leonid

2003–2006 гг.

Грязные салфетки на круглой скатерти (продолжение)

2008-01-09T00:10:08Z

       Поколение новых холодильников
       Автор:у
       С запахом железной дороги изо рта
       Разбиться о твои руки
       Мы дадим тебе знать
       Утренний завтрак «Уродливое лицо» (Разбиться о твои глаза)
       Орфография
       Старик
       "Эпитафик"
      В хаосе шагов под ритм настенных часов

Поколение новых холодильников

Горелые сумерки улиц

Пыль слов и намеков на действие –

Акт кармической извращенности

От квазитоксикоза.

Я смотрю в твои глаза. Я нервный – ты тоже.

Но практика Кришны –

И все уходит.

Я молчу, а ты слушаешь.

Ты отводишь глаза от трубки,

Мое молчание с матом.

Во мне есть волшебная сыворотка,

Чтобы путать восход с хакатом.

Я с нытьем проспал все свое будущее,

Смешав «да» и «нет» шахматной вилкой.

Ты горела в огне на подсолнечном масле

Смысл – прожеванной пищи немой разговор,

Я выслеживал тенью пылкой.

Они такие красивые. Они все на одно лицо: что маленькие, что большие. Они идеально ровные и по форме напоминают параллелепипед. Их не сдвинешь с места – вредные – будут стоять на своем. Их место на кухнях со скрытыми камерами. Они открывают свой вычищенный, выбритый рот и показывают свое содержимое. На, смотри! Внутри все такое вкусное, дорогое желудку. Сплошные разноцветные баночки, пакетики, пластиковые коробочки и свежее мясо. Все стоит на своем месте и при этом не бросается в глаза – все привыкли к этому. В этом нет ничего особенного. Они нужны избалованному стаду, как пойло и газированный воздух улиц, – неискушенным деревенским богам. Разговариваешь с ними, только когда жрать захочешь, – для задушевных бесед у разбитого корыта они не годны. В них сидят узкие глаза и цифровые мозги. Каждое звено в них четко отлажено – они знают, что и когда надо сказать, а если и ошибутся впопыхах, то сработает система быстрого охлаждения. Они не размораживаются с открытым ртом – они всегда набиты вкусными слащавыми словами.

…Когда на часах пробьет двенадцать, они выйдут из строя…

Автор: у

Сумерки. Поле. Водоем. Тритоны⁴. Пепел. Tool.

Мальчик искал свой голос,

спрятанный принцем – кузнечиком.

Мальчик искал свой голос

в росных цветочных венчиках.

– Сделал бы я из голоса

колечко необычайное,

мог бы я в это колечко

спрятать свое молчание.

Мальчик искал свой голос

Вросных цветочных венчиках,

А голос звенел вдалеке,

Одевшись зеленым кузнечиком.

Федерико Гарсиа Лорка

«Немой мальчик»

Вызов (1)

…Эй, ты! Сможешь ли увидеть человеческую боязнь в этом ребенке, найти в себе время его успокоить, стереть вонючий пот на его лице и руках, найти ЭТИ СИЛЫ, способные принять твое сумасшествие и убить в себе ледяным ножом из камня?...

Тогда я наконец упаду навзничь и заткнусь в асфальте Твоего Города… Эй, ты!!!

Theory of Neurosis (2)

В тот день ты потащила меня на этот непонятный движ, обосновывая свои действия тем, что «мне там будет интересно». Знаешь, во-первых большое количество народа, по болту – какой это народ, вызывает во мне ощущение, близкое к синдрому клаустрофобии (хренова стена), а во-вторых, я как зашел, так и вышел. Точнее, я бы и побыл в этом действе, да пришлось стремно войти и выйти извне. Хотя тогда было все равно. В очередной раз думаю над чередой глупых поступков, мною совершаемых. Знаете, что такое МЕЛОЧНЫЙ СТЫД?! Ну такая ответная реакция на совершаемую нелепость или гадость (обычно нелепость) Просто: тупость. Нельзя путать с совершенным поступком справедливо-благонравного типа, точнее, с ощущением после (а иногда во время) этого поступка. Так вот. Нелепый поступок. Или смешной, или детский, чаще: ЗАТОРМОЖЕННЫЙ. Вот так. Заторможенный поступок делится на два заторможенных поступка: связанный с любовной или дружеской заторможенностью и из-за рефлекторной лихорадки (в какой-то день я объяснял себе, что это такое). Такой вид «чернопиарного» поступка, или, пускай, действия, всегда при людях. Совершается вследствие них. Такая дрянь! Вот сидишь ты где-нибудь. Много людей. Хорошо. Если ты чем-то занят: пишешь, читаешь, причем обязательно думая, и действие это производишь обязательно для того, чтобы ты что-то делал или о чем-то думал. Ты не замечаешь самого хода дейстсвия. Ну, словом, действуешь, не замечая той энергии, которая заставляет тебя о чем-то думать. И… ВДРУГ ты ни о чем не думаешь. Начинаешь елозить, оглядываться по сторонам, делая вид, что кого-то ищешь взглядом. Замечаешь взгляды в спину, пробуешь опять действовать, думая не о действии, а о самом предмете… Просто быть в ПРОЦЕССЕ. In. Но не можешь. Тобой овладевает тяжесть, оцепенение. Ты начинаешь думать, куда ты положишь руку, каким пальцем шевельнешь,для приличия вытрешь тыльной стороной ладони пот на лбу, пот СТЕСНЕНИЯ. Полное онемение делает тебя, как робот. Ты начинаешь бояться людей, взгляды которых еще больше увеличивают твое ЛИХОРАДОЧНОЕ СМУЩЕНИЕ СЕБЯ ПО ОТНОШЕНИЮ К НИМ. Ты знаешь, что уже краснеешь, или чувствуешь, как сидящий рядом с тобой ощущает твое смущение. И в это время ты понимаешь: он забирает твои силы, в то время как ты, как каменный стоишь в позоре и стыде незнамо от чего. Но вот ты собрался с мыслями, вздернул головой, выпрямил спину и начинаешь представлять, что ты лучше их: добрее, скромнее, чувствительнее к каждому из них, чем каждый из них друг к другу. «Лихорадка» проходит. Это первый способ осознания других, осознания «глобальности». Правда, грязный способ? Да. Луч света в куске камня. Другой способ. Когда почувствуешь положительную моральную или физическую энеогию от другого человека к тебе. Но ведь в том и суть, что когда почувствуешь, то уже о чем-то заботишься, сам того не осознавая. Это уже способ человека, не страдающего лихорадкой. Третий способ – начать излучать тепло окружающим людям, дарить им свою солнечную энергию. При этом ты можешь оценить человека, залезть в него, почувствовать его. Третий способ указывает на человека с внутренней силой, который прошел и через «стадность», и через «болезнь элитарности», и через лихорадку… и приобрел чистую веру. Он – отрицающий культ «я» как Всевышнего, отрицающий уже инстинктивно, поэтому не чувствующий страха перед людьми. Он исцелился… Он сам стал лучом света, он открыл новый мир для себя…

Рукопожатие (3)

Это помогает мне выжить: оно протягивает в своей невидимой руке вещь и наблюдает, как оживает вещь, как наполняются смелым блеском мои глаза, и вот уже ее взгляд впивается в меня, я слышу холодное молчание ожившего ножа…

И вдруг оно наносит невидимый удар и озаряет меня стыдом…

Помню лишь сердцебиение его холодной руки, схватившей рукоять моего ножа и вырвавшей его из своего сердца.

Когда я очнулся, он сказал, что я даже не протянул ему руку с вещью, так я помог ему выжить.

Мысль (4)

Даже самые незначительные пошлости или самые, на первый взгляд, незаметные мелочи быта, совершаемые наедине с самим собой, кажутся огромными прегрешениями, порой терзающими твою душу сильнее, чем, скажем, обман или трусость перед другими. Вот, например, книга, оставленная не прочитанной до конца, или какое-то дело, мизерное по своей сути, но пообещанное быть сделанным тобой для тебя же, но забытое или извращенное до неузнаваемости его результата…

Они становятся так глобальны для совести, что иногда заслоняют своей ношей реальность, требующую максимальной раскрепощенности от соблазнов и бессознательных, с твоей стороны, действий. Но чем выше ставишь себе планку морали, твоей рассудочной дисциплины, тем чаще и тем больнее приходится эту планку сбивать и начинать состязание сначала. Твоя оболочка, тело, плохо привыкает к командам твоей внутренней инстанции. Сосредоточившись на главных ТВОИХ поступках перед этой инстанцией, чаще, чем обычно, упускаешь из виду маленькие, пошленькие вещи (даже если они не имеют с моральной точки зрения ничего общего), терзающие совесть, застигнутую врасплох ни с того ни с сего, как удар сзади по затылку, как внезапное озарение. Эти тараканы – мысли, грызущие холст прошлого, портят, извращают твой портрет до неузнаваемости.

Useful idiot (5)

…слушай внимательно, мы все знаем и хотим… и тогда дадим тебе знать, потому как скоро всему конец, а ты пока веди наблюдение из своей чудной коморки и вдыхай в себя все затаенные мелодии ночи. Не скучай – иногда мы будем появляться и проходить, не глядя, мимо тебя обратно в ночь, и однажды, одной такой мучительной ночью, впрочем – ты это чувствуешь? – скоро ночь… ты все понял? Не покидай свое место и собирай знаки, пытайся терпеть, смотри на искры снега, жги сандал и иногда гуляй под окнами, только так, чтобы не шуметь снегом. Можешь слепить комок и бросить мне в спину (лицо – зеркало), только потом скройся под снегом или на худой конец в подъезде (имя не оставляй). Когда все утихнет, ты увидишь, что наступила ночь и выползли запахи сандала, и началась музыка. Звезды… еще не забудь,.. не вздумай вспоминать тогда о лете, оно в последние годы враждебно, и, выходя из своего подъезда (какое смешное у тебя имя!), засыпь свои следы марихуаной. Сам иди пешком, босой, не оглядывайся! Не холодно? Спину держи прямо, терпи! – чувствуешь, энергия? – посмотри, фары на столбах, успокойся, друг! Смотри – елка плачет! – зимние стосы нынче в моде…

…и ты когда-то был там тоже, и они пришли и сказали тебе, мне они тоже сказали когда-то, но не так давно… Просто иногда мы ко всему привыкаем и уже не можем спокойно терзать других холодными зимами и говорить им о самих себе, путем обмана, но какого?! Когда ты рвешь на себе кожу, и холодные пальцы звезд вызывают сладкую тошноту, мы говорим тебе, чтобы ты ждал, и, гляда на тебя, полезного идиота, вселяемся в тебя и поселяем к нам, в ночь, твою одинокую веру, и тогда… ты давал нам знать…

Ну прощай! Закрой мое окно. Изнутри нет замка.

…Наступало утро…

Камень (6)

Прошел месяц полной запущенности. Ведь я сам все это время загонял себя в стену?! Медленно, переваливаясь с боку на бок, как неровный камень, скинутый с огромной горы детьми, с азартом наблюдающими, как этот предмет преодолевает свои изначальные возможности, чтобы с шумом и треском попадающихся под руку веток опрокинуться колоссальной космической энергией на юношу с проломленной головой. Бог знает сколько времени ожидающего посланца, пришедшего снизу, из края, где живут обреченные дети с испуганными лицами, победившими смерть. Я велел им не бросать камни, но они были не верны этим догмам (они были еще дети), и вот уже ребенок ведет меня, крепко сжимая своей сильной горячей рукой мою, холодную и скользкую после дождя руку, хватающуюся за землю, за сухие ветки, за края открытой раны, в которую каменным посланцем вошла новая жизнь.

С запахом железной дороги изо рта

Глупо, что-то сделав, не сделать потом для себя соответствующих выводов. Что-то посмотрев. Послушав, написав, не сделать потом для себя соответствующих выводов. Написав что-то, я выпускаю на волю некую субстанцию, вложенную в слова, какую-то энергию переживаний, не совсем доделанных, не принявших свой собственный разум, не освободившихся от нитей той большой мечты, которая сквозит в переживаниях сходящим с ума потоком слов. Вихрь совершает круг, теряя или снова набирая силу, а затем опять входит в меня. Надо только подуть, и первое слово будет закручивать тебя, все сильнее и сильнее. Ты уже не будешь обладать дисциплиной и, как вагон, управляемый сходящим с ума водителем, будешь скользить по заросшим гибким рельсам. Все быстрее и быстрее, все четче и сильнее чувствуя развязку, став частью той энергии, что снова вошла в меня и смешалась с мыслью, ты приблизился к стрелке рельс, ведущих за горизонт. Ты спрашиваешь себя: «Куда я иду? Кто водитель этой машины, неужели я?» Но когда ты берешься за руль, то видишь перед собой только «белый листок бумаги» и бесконечную пустыню вокруг себя. Только жаркий пыльный ветер, слепящий глаза и забивающий рот. Тебя засыпает энергия. Ты просыпаешься жалким скелетом с запахом железной дороги изо рта, так и не сделав для себя вывода, что «жизнь – это темная сторона души», а «Любовь⁵ и Тоска есть суть одного, что гибкими рельсами ведет сквозь бесконечную пустыню».

⁵ ЛЮБОВЬ (Агапе) Римская (ум. ок. 137), 9-летняя отроковица, христианская мученица, пострадавшая в гонение императора Адриана, одна из трех дочерей (вместе с Верой и Надеждой) свтой Софии Римской. Память в Православной церкви 17 (30) сентября, в Католической 1 августа и 30 сентября.

Разбиться о твои руки

Все со своими планетами пальцы кидают, а у самих в
руках плевки, в душе клопы, и другим того же хотят…

Мороз и солнце: день чудесный!

Еще ты дремлешь, друг прелестный?

Пора, красавица, проснись:

Открой сомкнуты негой взоры

Навстречу северной Авроры

Звездою севера явись!..

А. С. Пушкин «Зимнее утро»

– Знаешь, ты когда-нибудь разобьешься о мои руки!.. Теплая пощечина моей помощи. Ты еще надеешься? А, так ты даже думаешь, что это в порядке вещей – когда-нибудь разбить свое одиночество в кровь? У тебя совести нет!

– Все упирается в твое одиночество!

– Фу! И ты еще что-то от меня хочешь! Я бы даже сказала, требуешь! А ты вообще кто такой и откуда взялся, а? Чувак, да ты мне в кармические правнуки годишься. Почему? Ты третий у меня такой дурачок. Когда-нибудь разобьешься о мои руки, ей богу, разобьешься! И сбежишь к другой, щенок блудный. Вся твоя жизнь – куда подался, там и бог. А я, думаешь, спасать тебя буду?! Христа нашел. Сожми мои руки, а? Покрепче сожми, так, как будто в первый раз, как предателю горло сжимают, сожми, ты же сильный… Вот так.

– А хочешь, я тебя поцелую? В щеку… мой Христос…

– Ты когда-нибудь разобьешься. И ляжешь прямо точно на мое распятье, щенок…

– ночь выдалась трудная. Под глазами мешки – картошки тонна влезет. Во взгляд залезешь, поскользнешься, и прямиком вниз. Как ото сна вскочишь, да поздно – нервный срыв. Усталость. Каждый день – работаешь, работаешь, а толку что? Диван смял на полвека, валяешься, валяешься…

– Подушки для слез выжимать не надоело? Сухие слезы? А тебе хоть сны снятся? Снятся. Страшные, наверное. Или такие же хаотичные и странные. А ты не накрывайся снами. Не воин. Спишь без подушки, на полу, на сквозняке мыслей – зачем накрываться? Вот и я говорю – зачем? А ты зиму любишь? Правда? И я тоже! А снег? Ну как, такой белый, пушистый – вон там, видишь. Лист опадает? Вот. А это как хлопья. После него. Холодные и хрумкают в пасти шагов. И пустота вокруг. Как гул самолета в небе. Сумерки и этот гул, и это чувство… Видишь, первые снежинки полетели. Твои замерзшие слезы. Из моего неба. Это мое небо, потому что тебя нет. Ты – это земля, а я – это небо, черное и холодное. Ты плачешь? Нет, ты не плачешь. Никто не плачет. Только когда нож к горлу приложат. Как предателю. Нож правды. Правды нет и тебя нет – есть только я – твоя мечта, смысл всей твоей душной и прогорклой сигаретным дымом жизни, за который ты и пальцем не пошевелишь… Нету слез, нету зимы, нет лета, нет и тебя. И не будет. Самоубийство? Эта идея, до которой только и может додуматься твой разум? Бессмысленно. Процесс самовольного прекращения жизни не есть оправдание затраченных на поиск меня лет. Ты понял, что зря искал? Вперед! Там – свобода.

Небо расстилалось над ними старой седой скатертью с пятнами пролитого кофе. Вокруг на сотни миль стояла кромешная обреченность. Жить… Ради чего? Нога переступила через карниз, и тело, легко поддаваясь воздуху, нырнуло вниз. Миг за мигом – резь в голове – конвульсия страха…

…Он очнулся. Удар о землю смягчили Ее руки. Она била его по щекам. Видимо, он потерял сознание, когда на нее засмотрелся… Рухнул на снег навзничь, как в припадке. Еще не знает, что она его…

Она его бросила. Он лежал на перекрестке. Руки распростер и не дышит. Когда очнулся, приподнялся так странно и в губы ее поцеловал. Она не отпускала его с минуту, пока он не отстранил Ее сам. Но она повалилась на снег, навзничь, и закричала что-то, так страшно, хаотично, что он не выдержал и сжал ее горло, так сильно, как сжимал когда-то руки Той, что снилась ему одинокими осенними вечерами, когда он целовал Ее в щеку, говоря о предательстве…

Мы дадим тебе знать (7)

Птички-поэты на гнезда садятся,

А гнезда те будто столы

Из ветвящихся перышек солнечных муз

И волшебной слюны.

Птички-поэты за теми столами

Тоскою питаются,

Жужжащей звенящей тоскою

Над зеленью трав.

Там снесут птички хрупкие образы-мысли,

Под крылышком теплым будут их греть.

И наступит тот день, полный древнего смысла –

Свет кошачий в птенцах-строках будет гореть.

«Гнездовье»

Иногда – а это может произойти в любую секунду твоей жизни – несколько странных происшествий, даже не происшествий, а так, эпизодов, несколько мгновений, способны всколыхнуть твою пустоту. Один взгляд, один человек, одна претворившаяся в явь мысль делают тебя участником. В любом случае ты не будешь ничего знать. Это как щелчок по носу. Как воскрешение из мертвых, возможно, настолько скоротечное, что вскоре твоя отрешенность опять захлопнет тебя, как амбиентный «щелчок по носу», до следующего знака извне, когда это кому-то понадобится. Но ты обязательно не будешь ничего знать. Не будешь готов к тому, что возникнет у тебя внутри по мановению чьей-то руки снаружи. Это происходит не всегда, но в любую секунду твоей мнимой вечности.

Про кристаллики (8)

От нечего делать ворошить кристаллики реальности, выпуклости, которые я выхватываю в мирах сознания, дабы существовать. Маленькая усталость говорит о присутствии утра, от которого осталось приятное ощущение пробуждения, каждый новый день по привычке заставляющего меня повторять одни и те же действия, точнее, я сам заставляю себя их повторять.

Ворошу кристаллики реальности, вкрапленные в шар сна. Может быть, наши взгляды постараются друг друга встретить, иначе идеальный шар разрушится под натиском мерзкого ощущения пробуждения от прикосновения к моим пальцам холода усталых алмазов реальности?!

9 (Автор)

Я срываю почки с деревьев. Они сохнут. Они стареют. Я представляю, что я – это дерево. Очень необычное ощущение!

Капли дождя, уснувшие на листьях, спешат вернуться назад в землю. Прохлада уйдет и появится солнце. Оно прочитает на лицах людей то, что по ту сторону от него. Лучи-мысли поймут, подарив тепло холодной земле, и утонут за горизонтом. Ночью барабанили капли дождя, а я спал и видел во сне деревья из солнца.

Зимний пейзаж. Поле. Сумерки. Гул самолета над серыми тучами. Облезлый кустарник корявых слов. Они сохнут, они стареют. Ты представляешь, что я – это дерево, и не видишь в этом ничего особенного.

11:30 – 11:29

Утренний завтрак «Уродливое лицо» (Разбиться о твои глаза)

Повесть для молодых безумцев и старых маньяков.

Д. Власов

У тебя голова больше моего дома. Я утром из окна выглядываю и вижу твой печальный взгляд. Я люблю делать яичницу. Тебе тоже нравится, как я делаю яичницу. У меня свой фирменный рецепт. Надо открыть холодильник и достать оттуда три солнца в скорлупе. Потом разбить о лоб и содержимое – на сковородку с подсолнечным маслом. Огонь сделать побольше, наклонить голову пониже и внимательно смотреть на желтые зрачки, внимательно смотреть на желтые зрачки, чувствуя горящие капельки, внимательно смотреть, не отрывая глаза, пока они не застынут. Когда я повернул голову, свет погас…

…Стало темно, очень жарко и воняло горелым. Я начал кричать, шипеть, трещать. Пытаясь освободиться. Кожа слезла, и глаза лопнули. Горячие брызги жгли лицо. Я просто не видел, как ты взяла в руки нож, а когда повернулся, было уже поздно. Голова была зажата крышкой. Ты сдавливала ее, что было сил. Ты стала зверем, разъяренной дикой кошкой с жаждой мести. Я даже не почувствовал, как ты воткнула в мою слабую шею заточенное холодное лезвие и с хитрой усмешкой начала резать, резать, резать… Скользкий металл проникал сквозь кожу, как по маслу, до кома в горле, до проглоченной слюны. Все смешалось. Мысли над покрасневшими щеками, под холодным потным лбом превратились в готовый продукт из безжизненной массы. Моя голова отвалилась. Когда ты открыла крышку, я понял, что все… Мое уродливое лицо смотрело в твои глаза…

«Результат был довольно неплохим, только вот испортил он все малость… но это ничего…» Ты открыла форточку, чтобы проветрить помещение, и увидела подъезжающий к подъезду фургончик с пиццей. Ты крикнула. Я выглянул из машины и увидел твой радостный взгляд. Ты знала, что вместе с коробкой пиццы тебя ждет еще один приятный сюрприз. Ты любила смотреть, как я делаю яичницу. Я любил ее делать, а ты – смотреть на меня. Ты смотришь на мои застывшие зрачки, и я понимаю – эта жизнь чего-то стоила. У тебя голова больше моей картонной коробки.

Орфография

Он устал.

Или постарел.

Он уже не искал в глазах.

Он смотрел, созерцая.

И все понимал.

Вырезать родинку на память, выпить стакан ртути, а затем вскрыть себе вены под колесами, находясь с кислородной маской в ванне, наполненной щекотными тараканами и дохлыми крысами, написать кровью на зеркале «Ушел за хлебом»…

Встать с холодной кровати, подойти к окну и спрыгнуть. И приземлившись на черную кошку, пойти за хлебом, по пути попав пол фургончик с пиццей возле твоего подъезда…

«Он просто немного устал»…

Уставшим сесть на подушку, почесать затылок домашнего кота, подойти к зеркалу, поесть немного хлеба, позвонить другу, который знает, как пишется слово «сепуки», и сделать себе сепуки.

Старик

Я вдыхаю твоим выдохом

Но задыхаюсь мыслью о тебе…

Капля воды на голову

В течение суток.

Я запоминаю ошибки «Я»,

Чтобы на них наплевать,

Но стесняюсь рассечь разговором

Телефонный провод.

Я вспоминаю мечты о том,

Что было бы, если бы я дышал,

Но из песка видны только мои мысли

На немом черепе…

Синтез огня и пустоты – что сказать? В любом случае мой пепел будет потрескивать в красных огоньках. А если туда попадет свежая зеленая листва, вы услышите характерное шипение змей-воспоминаний и крик пойманной птицы. Но и это пробуждение послужит пищей для следующего торжества пламени, если теплая ладонь старика принесет жертвенную искру кострищу внутренней Вселенной, которая внутри, но повсюду. Кто-то разбросал семена в сырую землю той Вселенной, чтобы свежие листья пробуждали воспоминания и отдавались непостоянности эмоций. Но этот «кто-то» дает всем проявлениям этих эмоций право на существование в цикличном круговороте внутренней Вселенной, и когда опять наступит пустота, ты опять увидишь в ее темно-белой шкуре игру манящих огоньков, которую нарушит монотонное шипение. Если ты хочешь, замени эти высохшие цветы и принеси мне воды – я хочу пить.

«ЭПИТАФИК»

Медленно-медленно стелется день –

Зима, огни, дома…

Ты кого-то простишь –

Он кого-то забудет.

Только бы не успеть раствориться в мгновении дней.

Апогей.

Круг распался на множество мертвых пустот

И частей.

Запчастей и причастий

Следов тиранической власти.

Оглавлений и глав,

Столкновений и прав.

Расстроений и трав.

(Ты котенок по имени Гав).

Ты права.

(Я щенок под названим Сфера)

За луной зависти не видна Венера.

Мы погрязли в железной акульей пасти.

И ты можешь оттуда меня спасти.

Надоело мне веру в безверье пасти

Можешь быстро на кухню миллиард

Килограмм солнечных лучей отнести?!

Чтобы никто не увидел?!

Чтобы никто не убил.

Молчанием.

Или абсурдом

Там где не надо.

Подоконник.

Прохлада.

Пейзаж.

Друзья.

Подруги.

Бухло.

Выхлоп жидкости.

12 апостолов вкола.

АГА.

А вот и сам виновник торжества,

Впитавший всю неврастению и бледность,

Аскезу и верность.

Пустоту, лень и слабость.

На, возьми эти цепи,

Похожие на отрепья.

Бери,

бери,

(полдуши за невесту,

если придешь к пртесту).

Видишь кровавую рану зари?

Закрой окно!

Сними эту гадость.

Надевай мой плен на себя

Давай,

Носи на радость.

Возьми бразды правления моей мечты.

Видишь там, за окном,

Умирает заря?!

А за ней буду я

В пустоте

(или в том, в чем несведущ).

ЗАНОВО ПОВТОРИТЬ НИЧЕГО НЕЛЬЗЯ?

НЕЛЬЗЯ НАЧАТЬ ЭТУ ЖИЗНЬ ЗАНОВО,

ПРОСТО ПРОСНУТЬСЯ И УВИДЕТЬ СМЕРТЬ????????????????????

запечатать в конверт и отдать Церберу…???????????????????????????????

Цветы верб хоть отдай…

Кошачий лай.

Костер.

Ложе.

Удар барабаньей кожи.

Шаманьи лекарства.

Кажется, это когда-то уже было,

Но ушло со мной в этот мир притворства,

Где правил тиран

Вон тот.

Но как он здесь смог оказаться?..

Разливая кровавый смог, им посмев паслаждаться…

Он делал это в молчании и тишине.

При полной и светлой луне.

Он себя убивал,

Не боясь.

А ты страдала.

Одна.

Тишина.

Тишина

Забудь

Этот день.

И прости.

Отпусти.

Туда, где дома,

Где огни и зима,

Где тоска и надежда

Пустая.

В хаосе шагов под ритм настенных часов

Во мраке медленных шагов

Куда спешить в парах сжигающего яда,

Куда ещё хотеть, если не можешь,

О чём с тобой сегодня говорить?

Смотри же, как мои шаги несёт надежда,

Терпи свои слова, направленные к ней,

Ведь всё, что скажешь, было передано прежде,

Всё то, о чём подумаешь, я выскажу скорей.

Куда еще лететь, когда ты не летаешь,

В какое кануть дно, когда на месте ты стоишь?

Привык я верить в то, о чём и ты мечтаешь,

Ты так же, как и я, с рассветом потухаешь,

Наверное, ты солнцем в сумраке горишь

Но только иссякают дни, которых не встречаю,

И снова заползёт в окно замученная ночь.

Во мраке медленных шагов тебя я замечаю,

Куда спешить, когда себя я изгоняю прочь?

Под ритм настенных часов он шел по заснеженному переулку к свету первого

попавшегося под руку фонаря. Он пробовал на вкус белые хлопья прощения, пробовал спокойно сосредоточиться на звуках за своей спиной, глядя в глубь искрящейся ночи – рюкзак за спиной дерзко ускорял движение теплой крови в сосудах. Ее алый цвет сочетался с разноцветными огнями гирлянд, заботливо танцующих под бархатным хрустом моих удаляющихся шагов. Вдруг кто-то сзади крикнул: «Эй, стой, дурачок!» Мы остановились в недоумении. Кричавший оказался мною. Он сказал: «Вы мне больше не нужны. Вы сделали все, что могли», и с этими словами разбил настенные часы, которые с первым ударом полуночи выпали из наших рук.

Этот год навсегда остался в его памяти, когда он проснулся и обнаружил себя бездыханным, засыпанным черным снегом, в хаосе шагов под ритм настенных часов.

Грязные салфетки на круглой скатерти

2008-01-08T23:27:00Z

Начинаю выкладывать
"Грязные салфетки на круглой скатерти (пьеса-коллаж в 1-ОМ действии главного героя)".
Весь цикл датирован 2003 - 2006 гг.

       Стол.
       Видение того, кто видит Город...
       Первая салфетка
       Вторая салфетка
       Десерт
       Лов медуз
       Мнимый и неразговорчивый
       Вечерний завтрак
       Вечерний коллаж в тихой обстановке
       Умение стрелять с закрытыми глазами

Грязные салфетки на круглой скатерти

(пьеса-коллаж в 1-ОМ действии главного героя)

Тебе посвящается

Стол

Забывший своё имя,

Умерший в то утро,

Отдавший всё за чудо,

Которого не видел.

Идущий по долинам,

Роняя нервно небо,

Кормя глазами спины

Молчанья чёрствым хлебом.

Вкраплённый в ломоть мира,

Блестишь холодным светом,

В окне весны зимуешь,

Дождём из строчек смыт.

Ты в зеркале из утра,

Порвав на клочья небо,

Создал меня забытым

Внутри телесных пут.

(Ангел)

Наверное, он ничего не сделал на этой грешной Земле. Наверное, он отличался от других, но, видимо, отличие это было лишь внутренним, потому что можно делать что-то одно. Он предпочитал копаться в себе. Его сбросили в общую яму гнить в сырости и в запахе других тел, которые с животной яростью затыкали ему рот летом, чтобы он ничего не рассказывал о себе, и милосердно обнажали его хрупкие глаза зимой – он видел их холод и все понимал… Он размышлял, постоянно меняя пол и живых друзей. Под ним лежали старые кости. Они были настолько огромными, что память, хранящаяся в них, хранила и его, давая перелистывать свои толстые страницы и дышать этим воздухом. При этом его рот делал конвульсивные движения, похожие на слова, произносимые, когда тебя бьют ногами, а закрытые глаза учащенно дергались – и это походило на одинокий сон ослепших неврастеников. Там были горелые сумерки, высохшая кисть винограда и твои глаза…

Видение того, кто видит Город…

Куски луж из бумаги дождя

Собрал в усталую головоломку.

В ней всё из кубиков созерцания.

Выведи всех из себя – там нет ничего лишнего –

Ты ведь совершенна.

Нога с неба внизу, в отражении, намокла.

Тело продрогло.

У твоих окон

Кверху ногами.

(Они не видны в профиль).

Видишь, я занимаюсь ерундой.

Собери в чёткую последовательность капель

Океан моего сознания,

Пока я запускаю кораблики

Из листов бумаги в клетку

К твоим островам.

«Как каждый человек этого

уютного провинциального городка может отыскать человека,

Другого, отдаленно напоминающего ему знакомое лицо

в мутном тумане отражения расколотой надвое лужи,

Так и… Каждая тварь этого хлама многоэтажек,

Засыпанных дьявольским пеплом из живых мертвецов

(по случайному совпадению не успевших кратковременно захорониться,
так и не родившись Навеки),

допивает обжигающий сок чьей-то души,

изъеденной пустотой этого маленького уютного мирка,

не ТОГО, усыпанного пеплом серых многоэтажек,

а ДРУГОГО, дающего Надежду и Веру в Спасение;

Города, где я – последняя тварь, захлебываюсь собственным

Соком чьей-то другой надежды, улыбаясь (не улыбкой,

А чем-то другим),

Смотрю из отражения мутной лужи-зеркала,

смотрю и вижу очертания незнакомого мне Города,

по странному совпадению расколовшегося

на тысячи миллиардов осколков звезд-огней на небе,

чтобы стать забавой для Люцифера¹»

…То было видение Города странного существа,

Так и не родившегося,

Того, кто открыл глаза и, задумавшись,..

…проснулся, но не увидел

Ни своего Города, ни самого себя.

¹ Люцифер (лат. Lucifer), один из эпитетов утренней звезды (см. Фосфор), в трудах отцов Церкви в значении «сын зари» (Исайя, 14:12) является одним из имен дьявола.

Первая салфетка

Мы идем по узкому тротуару, разделенному на две части земляной траншеей, какие обычно роют под трубы для горячего чая. Ты с одной стороны, я с другой. Мы держимся за руки. Мы гуляем. Меня прижимает к траншее бесконечным потоком машин. Они издают дикий рев, столбы пыли срываются с их резиновых копыт, они едут с такой скоростью, что я даже не могу разглядеть каждую из них, – сплошное месиво из движущегося металла. Дорога настолько огромна, что машины, проносящиеся по ее телу, как вши по скользкому телу гремучей змеи, проносились страшными мыслями и в наших головах, пугая даже волосы. Знаешь, у меня возникает животный страх, когда я перехожу дорогу. Я иду, и мне кажется, что меня вот-вот затянет под машину, как людей затягивает под скоростной поезд, когда они спешат на свидание с букетом черных роз.

Мы идем и держимся за руки. С твоей стороны бесконечная цепь павильонов и супермаркетов. Каждое звено четко отлажено, все сверкает и переливается всеми цветами радуги, раскладываясь лучами в спектре. В общем, лажа все это, вся эта система nipelь.

Мы разговариваем о словах. Об их правильном произношении. Русифицированный вариант вымершего языка майя² плюс сленговое ЗАПАДло урбанизированных прерий. Здесь обитают обрусевшие индейцы, потерявшие свое «ты». Здесь все теряют связи с внутренним миром, когда рождаются. А коньки отбрасывают уже в паутине всевозможных возможностей, еще при жизни став жертвой паука-Душепожирателя.

Ты когда-нибудь ощущала прикосновение его мохнатого переплета или легкую паутинку его непонятных звуков?..

Эх, Солнце мое, кто знает, что все это такое, тому надо Нобелевскую премию в коробке с самим ее создателем!..

² Майя, понятие древней и средневековой индийской философии, имеет несколько значений, наиболее известное, развитое особенно в адвайта-веданте, – иллюзорность всего воспринимаемого мира, скрывающего под видимым многообразием свою истинную сущность, – Брахмана как единственную реальность.

Вторая салфетка

Ты вцепился в чье-то горло над огромной Пропастью. Тебя спасает молчание, но угнетает бестолковый хрип красивых существ у подножия Пропасти. Симпатичных, нервных и одиноких в своей неповторимости существ, приговоренных одним твоим пустым словом к повешению на воздухе в сумерки. Стоны, удушливый шепот, дым так и не родившихся листьев, рассыпанных чьей-то теплой довольной рукою по склону этой пропасти, сливаются в один монотонный хрип старого человека. Он взял свою душу и разделил на две равные части.

Стаи красивых и страшных звуков кружат у его губ, обветренных сигаретным дымом его собеседника. В их мыслях есть только шипение и свист…

– как змея в палой листве и на гнилой коре шипит завистью и искушением;

– как в свисте заговоренной стрелы кричит птица над головой,

…так слышат понимающие то, что сами чувствуют…

Десерт

Очнешься вдруг от резкого озноба,

Лицо достанешь из-под скомканной зари,

Закопанную память в пепле не отыщешь сам,

но ветром вмиг напьешься ты,

Звезды щекой коснувшись,

На луговой спине, упешись телом в небеса.

Корабль-взгляд плывет сквозь тьму в сияющие дали,

С морганьем глаз играя тихо в светотень.

Зовут к себе за стол созвездия-архипелаги,

Зовут взойти с колен на вечности престол.

Занавески соединились в привычном танце сумерек. Свет не включен. Я вижу свои серые руки и полоску света под дверью. За ней пустые голоса, полные пустой жизни. Мои глаза слезятся, и сухие слезы льются на руки, холодные и одинокие. Какой-то ультразвук, похожий на воздушный писк, сквозит под потолком. Но душно вокруг и холодно. Я беру с полки пыльную книгу. В ней нет половины страниц, и название на обложке стерто. Я даже не знаю, кто ее написал, имя автора не указано. Я НЕ МОГУ ОТКРЫТЬ ЭТУ КНИГУ. Я чувствую ее на ощупь, глажу руками серый переплет, и на моих пальцах остается пыль. Почему-то вспомнил о прошлом, ведь пыль – субстанция, не относящаяся к настоящему, она – символ забытости, символ того, что было не с тобой и вдруг пришло к тебе, как что-то выброшенное. Значит, надежды, жившие в этой книге, пока не сбылись в настоящем…

Я поднял глаза. Темно. Занавески соединились с ночью. Мимо прошла машина, и по потолку проплыл пучок света. Волнами стонущего импульса сухие слезы яви разбивались о каменный стук часов и брызгами из-под колес падали на мои глаза. Они раскрываются, и я вижу свои серые руки в морщинах и кровоподтеках. Они сжимают какой-то мелкий клочок бумаги, весь в плесени и тишине. Я собираю последние силы и поднимаюсь с холодной кровати, мое тело раскачивается, и руки дрожат. Мои ноги идут к полоске сумерек под дверью, мои руки, сдирая кожу на лице, тянутся назад, к бумажным занавескам, тело не выдерживает и рвется пополам. Две мои половины падают на белый кафельный пол, и чей-то голос, такой знакомый, – я где-то его слышал – кричит душераздирающим импульсом во мне: «Прощай!!!» Я пытаюсь что-то крикнуть, но мой рот заткнут твердым переплетом и забит пылью, какая-то тень в темно-фиолетовом проплывает мимо меня и уносит мои ноги сквозь занавески… Я слышу твои пустые голоса под потолком… «Я не могу открыться, потому что Ее нет с тобой…» Я открываю занавески. Мое тело валяется на полу, и твои глаза, серые от одиночества и сухие от слез, приближаются к моему рту, чтобы увидеть тишину…

Лов медуз

Иллюзии – миры

В стекле воздуха тонком,

Цветные мыльные пузыри,

Создаваемые ребёнком,

Парят, взмывая в детском дыхании,

Разрываясь от гнета земного пространства

Сферы или о землю ударяясь…

На пену нам лечь,

На пепел, в беспечности,

В радужном шаре,

На несколько секунд ставшем вечностью,

Нашей близостью,

Твоей невысказанностью.

Я вывернут наизнанку Земным Полушарием,

Я вымазан йодом,

Залечен солью,

Наречён болью,

Обречён бредом.

Пот…

Ты что-то требовала? –

В этом благоухании волн,

Сведённых с хоралом цикад,

Звуком лёгких шагов

На аллеях акаций,

Прибоя овации,

Звёзд стада…

Тронь вон ту –

И он сжал обречённо твою ладонь.

Ты хотела постичь мечту?..

Во множестве солнечных обликов,

Во множестве едких брызг

Искусственных, нетленных искусством,

А дальше – пусто.

Мы – мешки с порубленным Богом,

Мы – медузы, что пьют пересоленный сок,

Нас кладут на горячий песок ребятишки-

Демагоги, и в огненной проге

Душим друг друга в слизи душ.

Шипение грога из кувшина меня

Выпить смог в храме масок,

Столько сказок в подтёках без крови!

А я вновь испаряюсь из любви в старость.

Вон демагоги. В океане столько воды!

Принеси её в сжатых ладонях

Сюда. Разожги, разожми, опусти свои руки

В усталость от наших бескровленных глоток,

Чтобы мы нарекли воду словом «Потоп».

Этот город – порт,

Затопленный пеплом.

Ты горда –

Он горд.

Выйдите из игры!

Я – ребёнок.

Пускаю на волю миры.

Пустите меня к себе на ночлег –

Буду лестно цепями греметь колыбельную

Песню. Из ребячьих ладоней

Я склею ковчег.

Ты ж разбита слепым человеком на части.

Этот радужный сон заражённых калек

Будет съеден стеклянной воздушной пастью,

А иллюзии наши

Проткнули крючком

И закинули в мир,

Созданный стариком.

Ведь иллюзии-миры

В стекле воздуха тонком –

Цветные мыльные пузыри,

Создаваемые ребёнком.

Мнимый и неразговорчивый

Отдайте ваше товарье, вы, редкостные твари!!!

Сижу за решеткой в темнице сырой,

Вскормленный в неволе орел молодой,

Мой грустный товарищ, махая крылом,

Кровавую пищу клюет под окном.

Клюет, и бросает, и смотрит в окно,

Как будто со мною задумал одно.

Зовет меня взглядом и криком своим

И вымолвить хочет: «Давай улетим!

Мы вольные птицы; пора, брат, пора!

Туда, где за тучей белеет гора.

Туда, где синеют морские края,

Туда, где гуляем лишь ветер…да я!..»

А.С. Пушкин «Узник»

Воспоминания всплывают на поверхность и ожившими трупами сдавливают мне горло. Я плыву по океану времени и вижу впереди меня людей, которые думают свои воспоминания и сами тонут, чтобы потом наброситься на меня… Скоро я забуду этих тварей…

После прогулки обычно чувствую спазмы в левом боку. Когда я гуляю, учащается сердцебиение, пересыхает в горле, а глаза не замечают знакомые лица, потому что голова смотрит вниз или по сторонам, не фиксируя информацию. Иногда вылетают нервные слова приветствий – ноги идут быстро, а тело немного раскачивается, как у бывалого моряка, – увидев меня (меня несложно отличить от асфальта), спокойно пройдите мимо, а лучше поприветствуйте дружелюбной улыбкой, чтобы мне не было плохо от тоски… Все равно ничего бы не изменилось… и, прошу вас, не позволяйте себе нелепых усмешек или ненужных восхвалений в мой адрес – не тратьте патроны напрасно. Если я заговорю с вами, возьмите инициативу на себя – прыгайте, скачите, рассказывайте, рассказывайте!.. – я все равно так не умею, как вы… и все-таки у вас есть недостаток – вы не можете общаться молчанием или просто понимать молчание вместо разговоров. Иногда, когда я слышу ваши разговоры с другими людьми, я недоумеваю и искренне радуюсь вашей детскости – даже у вас это получается напыщенно, нервозно и нелепо… обменивайтесь мнениями, но только не в мой адрес, чтобы я не гадал и не тратил время на то, чтобы знать, – кто и что обо мне думает – я мнителен.

Я плыву по океану времени и смотрю на вас, нетвердо, болезненно…

Смотрю на вас – рассказывайте, рассказывайте! – но не ждите ответных историй, ведь о том, что думаю, я могу бояться вам сказать, тем более что благодаря вам я не вспотел от ходьбы и волнения – моя голова направлена вниз, глаза не замечают ваши глаза, вы просто общаетесь со мной, почти молчанием, как будто хотите что-то мне сказать, но боитесь других. «Вы боитесь быть смелым! Вы, мой друг, нуждаетесь в поддержке и верности. Мои глаза сначала не заметили вас, но сердце… вдруг стало быстро колотиться, во рту пересохло. На лбу выступили капельки пота… восприятие окружающего ослабло… в троллейбусе мне вдруг стало неловко,.. а через несколько минут я и вовсе ушел в себя – я даже боялся посмотреть по сторонам… А когда я пришел домой, я впервые ясно почувствовал спазмы в правом боку. Я умылся холодной водой, чтобы смыть пот, сел на диван, включил музыку, немного расслабился, сосредоточился на своих действиях, включил какой-то фильм, посмотрел немного и… решил позвонить вам, чтобы вместе прогуляться и выпить по бутылочке пива, и вот сейчас я здесь, с вами, и…»

«…Молодой человек, с вами все в порядке? Хватит разговаривать с самим собой!!!»

Вечерний завтрак

Ночь пришла.

Идем ловить в сачок звезды

В звенящем перламутре ветра,

В расщеплениях лунного спектра

На ладонь слетаются звезды.

Послушные серые мошки –

Стоит лишь поманить их рукой –

И ленивые дикие кошки

Мурлычут за чьей-то спиной.

Вечер, намазанный на черствое время странных дней ножом из стального забвения. А потом запить это все талым снегом. Рассек себе кожу, и память приобрела форму надежд, окрашенных в АЛОЕ. Следующее солнце уже засыпало под кровавым одеялом. Улицы купались в свете фонарей, разбрызгивая тени неспящих путников, на ходу утолявших голод незатейливыми бутербродами. Они делились друг с другом, отламывая куски снов порезанными пальцами. Они веселились, поднимая глаза к небу и проглатывая падающие в рот снежинки. Улицы хрустели, напоминая им о времени, в которое они проваливались все глубже и глубже, в прошлое, чувствуя, как их черствые души разрезает пополам стальное всесильное утро.

Вечерний коллаж в тихой обстановке

Кирпичные руки дергаются –

Игрушечный стрем себя,

А днем я молю твое онеменье,

И сохнут во рту моря.

Твои пальцы прочтут морщины на камне,

Что повис в небытии над мостом.

Эти руки сорвут с наших душ чью-то кожу

Указующим в небо перстом.

(Лихорадка)

…коридор с шерстяными обоями, темно – фиолетовым бархатом и алым абажуром… Там висело круглое зеркало в форме сердца. На нем были вырезаны чьи-то инициалы. Вместо оправы – петля. Когда с зеркалом общались, оно раскачивалось и отражения в душе менялись. Были слышны крики, бились крылья, летели перья и капли крови…

Умение стрелять с закрытыми глазами

Слова огромными камнями падают в реку и вызывают всплески.

Прозрачные, мутные всплески.

Глухая вода.

Земля крошится и срывается со скал.

Вслед за словами.

Вместе со словами.

Опережая слова.

Ссыпается в реку и растворяется

Безразличием

Снежных вершин.

Я³ ленив. Первое слово, да и то выведенное на клочке бумаги для проверки чернил – «Я». Точнее, первая буква. Мне свойственно ошибаться в технике, когда я поглощен мыслью. Я пишу на салфетках, когда ужинаю мыслью, и на салфетках остаются пятна этой мысли. Когда у меня рождается мысль, вам кажется, что это я ее придумал. Так или иначе, салфетки все равно выбрасываются в мусорное ведро общества. Но когда я задействую свое внутреннее мыслящее «я», оно все равно к чему-либо придет, в крайнем случае – к самому процессу мысли, спонтанно к этой самой мысли приходящему. Я курю сигарету, и мне хочется выкурить еще одну сигарету, и моя боль становится иллюзией, на которой ты можешь вывести слово «Я». Мое сознание открывает задумчивым ключом очередной портал иной реальности, чтобы найти за дверью полуразложившийся труп какой-то идеи, застрявшей в силках моей памяти. Целая резервация за закрытой дверью сознательного. Там обитает странное существо, состоящее из бесконечного числа ионов-мыслителей. Когда я кусаю ногти, выкуривая очередной стремительный, как полет стрелы, выход моего «я» из мысли, мое «я» понимает, что это не я придумал что-то, не я к чему-то пришел. «Я» просто выхватывает индейскую стрелу сознания, натягивает тетиву до ядовитого щелчка и выпускает стрелу в потенциальную жертву бессмысленной Войны Сознания. Точное попадание в твое сердце убьет меня осознанием новой мысли о тебе. Очередная частичка бестелесного существа перейдет в ограниченную сферу «я», протянув невидимую нить по маршруту Бесконечность – Сознание – Область моего «Я».

…Только после второй сигареты он понял, что его добычей стала мысль о том, что: «Человек не сможет сам найти того, кто ему так необходим, того, кто станет причиной его внутренней боли и поводом для всех его странных рассуждений. Человек не сможет сам родить свою мысль, но он выдернет ее из себя подобно стреле сознания, потому что ТА мысль и была великим сознание того, что человек не Бог, а лишь инструмент в лапах странного существа, состоящего из бесконечной энергии, которая огненным океаном простирается в твоих закрытых на замок сна глазах и которая огненными реками разольется по бокалам твоих холодных пальцев, когда он отпустит твою руку, чтобы найти на ощупь твой взгляд среди остальных взглядов, домов и улиц, обращенных в землю, и раскрыть их, как книгу, своими руками, и прислониться к ним полураскрытыми губами так, чтобы…»

Я видела его лицо за маской слов… Он подкрался со спины и закрыл мое лицо своими руками. (Потом некоторые мои подруги рассказали мне, что до того как я его встретила, они не раз чувствовали на своих лицах чью-то боль, прикасавшуюся к ним слепым взглядом).

³ Я – последняя, тридцать третья буква русского алфавита; восходит к юсу малому..

Стихи (окончание)

2008-01-08T17:11:13Z

Это последние из стихотворений, опубликованных Леонидом на сайте "Стихи.ру"

Странник (лирика: пейзажная, 30.11.2006 01:07)

Когда внезапно приходит лето (лирика: любовная, 30.11.2006 01:09)

Блудный (экспериментальная поэзия, 30.11.2006 01:10)

Вагон (лирика: философская, 30.11.2006 01:11)

Телефонист утопленник (лирика: любовная, 30.11.2006 01:15)
Хранитель (лирика: религиозная, 30.11.2006 01:17)

Существо искусственного одиночества (лирика: философская, 30.11.2006 01:18)

Рыба (лирика: любовная, 15.12.2006 03:19)

Эллада (лирика: философская, 15.12.2006 03:21)

Странник

Вот она. Дорога.

Идёт прямо. Вдаль.

Я стою на ней. Так долго.

Пора. Пора. Жаль.

Весна в моей душе. Вишни.

Зарю поедает ночь.

В душном городе слаб стал слишком.

Ухожу, ухожу с ветром прочь!

В вышине ярко звёзды сияют.

Слышен запах печальных костров.

Мне дорогу луна освещает.

Я иду в край твоих полюсов.

19.02.06

Когда внезапно приходит лето

Когда внезапно приходит лето,

Ты заваришь ему крепкий чай.

Мимо осень проходит, не пожав твою руку,

И ты скажешь себе: «Не скучай!»

Ну а следом зима со стаканом вина –

Птицей бьётся о тело кровь.

Словно память о прошлом попросится в руки

Весна, что украла любовь.

22.01.2004

Блудный

Тучи над городом скучные, знаешь,

Привидится случай себя получить.

Этот стук подоконный наводит прицелы

На тех, кто сейчас за пределами слов

Совершает обряд у рассветных костров,

Поднося погребальные камни к губам –

Поцелуи забвенно остудит туман…

…Эти отзвуки сна мне глаза приоткроют,

И я вспомню своё отреченье в судьбе.

Я узнал своё прошлое, знакомый свет смоет

В глазах тёплый пепел на дождливом стекле.

2003 год

Вагон

Разговор с собой – ученье молчать.

Другие хотят только знать, а не верить,

Что кто-то сейчас не захочет летать,

Моё предпочтение – этого ждать.

Вонзал губы в шпалы – вымаливал воду –

Не выманил. Медленно глох в своём эхо.

В движеньях по символьным рельсам вдоль мысли,

Под шкурой нетленной бумажной породы

Скрывался в послушном бреду…

22.01.2004

Телефонист-утопленник

Я вдыхаю твоим выдохом

Но задыхаюсь мыслью о тебе…

Капля воды на голову

В течение суток.

Я запоминаю ошибки «Я»,

Чтобы на них наплевать,

Но стесняюсь рассечь разговором

Телефонный провод.

Я вспоминаю мечты о том,

Что было бы, если бы я дышал,

Но из песка видны только мои мысли

На немом черепе…

Хранитель

Рассвет миров в обложке из-под мыслей,

Где ты надеялась постичь всё то,

Что людям не дано постичь.

Связующую нить корысти и пустого смысла

Завязываешь узелком в подарок взглядам навзничь.

Полуденная лень зеркальных отражений…

Не будет ничего – растают, превратившись в страшный

Пот…

При виде вас, а вы – мираж всего лишь,

Но губите Её, не зная сами,

Что близок час расплаты, час свершений тот

…И станет Сильным одинокий.

14.01.2005

Существо искусственного одиночества

…ведь это так скоротечно,

а время – точно слепое одиночество,

кривыми линиями на иссохшем листке

человеческой непорочности обозначено,

умирать, опадая очередным кругом,

небесной вечности предназначено,

…

сама безупречность зеркального существа,

изящно сгорающего бесконечностью

холодного огня надежды в кровавой одежде,

…

листок человеческой непорочности –

ещё один виток в истории Ожидающего, пишущего эти строки

в гордом одиночестве,

под солнцем искусственного света.

…ведь это сама безразличность…

2003 год

Рыба

Горелые сумерки улиц

Пыль слов и намёков на действие –

Акт кармической извращённости

От квазитоксикоза.

Я смотрю в твои глаза.
Я нервный, ты тоже.
Но практика Кришны – и всё уходит.
Я молчу, а ты слушаешь.

Ты отводишь глаза от трубки,

Моё молчание с матом.

Во мне есть волшебная сыворотка,

Чтобы путать восход с закатом.

Я c нытьём проспал всё своё будущее,

Смешав «да» и «нет» шахматной вилкой.

Ты горела в огне на подсолнечном масле

Смысл – прожеванной пищи немой разговор,

Я выслеживал тенью пылкой.

Эллада

Бесшумный взмах руки – один, другой, –

Ты не взлетишь, ведь небо поломал механик,

Ты странный – в остановках смысл – понеслась!

Молчащим плачем выворачиванье чакр.

Откуда ты? Из мира предков?

Я душу рассочил – энергии надрыв

Себя открыв в ветвях олив и чаш атлантов – греков,

Срывал под солнцем смысла спелый чернослив.

Моя тропа исхожена твоей. Меня накрыв,

Чиркай крестами и нулями сеть дорог!

Немых выбрасывать с перстнями и цепями

Волной на рабский берег пустоты ты мог.

Я шёл, вынюхивая след, – плевал на всё!

Я постелил стекло зеркал на высохшую память – сетку,

Чтобы проснуться робким и слепым, чтобы ломать

Закрытого сознанья запертую клетку.

Стихи (продолжение)

2008-01-08T08:03:02Z

Фонари (лирика: городская, 30.11.2006 00:09)

Хлеб (лирика: пейзажная, 30.11.2006 00:09)

Звездопад (лирика: религиозная, 30.11.2006 00:11)

Дивный край (лирика: религиозная, 30.11.2006 00:14)

Купание поэта (экспериментальная поэзия, 30.11.2006 00:15)

Из листа бумаги в клетку (экспериментальная поэзия, 30.11.2006 00:16)

Эпитафия творческой алхимии (лирика: философская, 30.11.2006 00:20)

Стихийность (лирика: пейзажная, 30.11.2006 00:23)

Гулявшим (лирика: городская, 30.11.2006 00:24)

Капля (лирика: любовная, 30.11.2006 00:25)

Фонари

Молчат дома,

В листве горячей потных потолков уснули дни,

И только томно смотрят братья-фонари

На собственные тени,

Внимая вспышкам безболезненных укусов мыслей-мошек,

Не покидая световую память утренней зари

Калек, представших на колени перед холодом стекла,

Не раз смущавшего соседей по больничной койке

Мглой орущего молчанья.

Как луч босой на белой глади пьёт теплом озноб,

Сближая чаем их прикосновения

По норам улиц расползающейся дружбы,

Так будут восковые щёки одиноких пламенеть

От воспалённых мыслей вдруг забытой дома мести долгого пути…

…В лесной провал нас приведёт испуг гигантских фонарей,

Купающихся в алой ртути.

Хлеб

Взмах руками, ногами босыми по сену-

Душистый луг.

Щекотный пух, смелое чихание-

Ящерица тут шуршит.

Мордой по небу, кипяток лучей

В заварку зрачков.

Обними голову, ешь в поцелуе

Сомкнутых шерстяных плеч

Пшеничную вечность.

14.02.06

Звездопад

Листья по воде плывут вдаль.

Радуга исчезает за поворотом

Там, где сотни лет листопад

И яркие краски чего-то.

Чёрная ночь отвергает

Твою ненасытную слабость.

Котёнок бежит к молоку

Сквозь лужи, озноб и жалость.

На снежных ветвях птицы

Клюют кровавые гроздья.

В грустно-карих глазах приснится

Твоих сумерек алое солнце.

И я в радости летнего неба

Вместе с месяцем сердце грел.

Растворившись тоской звездопада,

Ввысь с тобой полететь не посмел.

4.03.2006

Дивный край

Дивный край безымянный позабытых пророчеств,

На молчание вечное обрекла тебя ночь,

Прочь уносят листву чужих слов ветра творчеств,

Тень закрыла признанием солнечный луч.

Что со мной было раньше в нерассказанных играх,

В безмятежных движеньях танцующей мысли?

Кто теперь со мной будет избегать странных встреч

В уже виденных титрах сомнений и смысла?

Слишком слаб, слишком долго золой умываюсь

Я в змеином шипеньи безглавой свечи.

Я окном открываюсь - я похож на усталость,

Что стоит на коленях, не пуская лучи.

Ты любила смеяться и придумывать жизни,

В ту грозу осознания вспыхнул огонь.

В чёрном счастье покоя на терновниках схизмы

Всё осталось, лишь крошки сжимает ладонь…

Купание поэта

Острой леской

Срывают рукоплескания

Речные ладони – листья.

В домашнем халате

Плывёт рифмоплёт

По восторженным лезвиям,

По тоскливым созвездиям,

В сумрачные объятия

Окуная мосты.

Как в неведенье ночь лижет пряди судьбе,

Звёзды, словно икру разметая,

Так горят чьи-то щёки на зеркальном лице,

Ложь и фальшь пресных слов узнавая.

Из листа бумаги в клетку

Куски луж из бумаги дождя

Собрал в усталую головоломку.

В ней всё из кубиков созерцания.

Выведи всех из себя – там нет ничего лишнего –

Ты ведь совершенна.

Нога с неба внизу, в отражении, намокла.

Тело продрогло.

У твоих окон

Кверху ногами.

(Они не видны в профиль).

Видишь, я занимаюсь ерундой.

Собери в чёткую последовательность капель

Океан моего сознания,

Пока я запускаю кораблики

Из листов бумаги в клетку

К твоим островам.

Эпитафия творческой алхимии

Земля, плывущая на трёх китах,

Книги, закрытые в подпольных лагерях,

Маги, что превращают зёрна в прах-

Забудь меня и вспомни о себе.

Стены, парящие на крыльях брошенных теней,

Гвозди, забитые в тела слепых людей,

Слова, что порождают силы злых огней –

Забудь меня в пыли ушедших дней.

Небо, молчащее запретами страниц,

Слова, произнесённые глазами падших ниц –

Кровь стала первым доказательством вины –

С приходом смерти оживали наши сны.

Вода, приди же и размой пески –

И будет вечно лето

Под сводом неба, что в короне облаков и звёзд.

Огонь, не трогай больше языком невинные ростки.

Пусть всходят от земли холодной к Свету!

20.01.2005

Стихийность

Осенние осы листвой располосованы,

Поля обрисованы первыми снегами.

В душных коридорах сосен хвои мех под ногами

Я прощаюсь с городами, одевшись горизонтом.

Утренняя трель заспанной птахи

Разбудит водою родникового неба.

Лёгкая печаль уснёт под рубахой.

Дрожишь. А в руках сновидений роса.

Разуйся, отбросив ненужное тело!

И лети, провожая священную даль.

Я прощался со стаей, и небо ревело

Сорвавшимся снегом, занёсшим печаль.

Зимняя моль белым днём затушёвана,

Дома замалёваны первыми снегами.

В душных комнатах шёпот котят под ногами

Я прощаюсь со снами, одев зверя мех.

28.06.06

Гулявшим

Проспекты распростёрли массивы асфальта,

Размазали лица,

Размыли улицы,

Ладони тёплые разжали,

Руки из карманов вынули,

Взоры вдаль приклеили,

И мы, спотыкаясь, бежали,

Улыбаясь над мясом плеч,

Под лучами, что улыбками губ стянуты

В грубые фразы «привет!»

И «до новых встреч!» –

…просквозили, провеяли,

Прокричав, растаяли эхом

На все четыре стороны.

Уехав.

23.03.2006

Капля

Капля росы утренней, девственная, молодая,

Стекает в странном ритуале по зелёному листу

Вниз, в холодную золу, в серую грязь,

Умирает в пламени падших звёзд,

Припадочно колотясь

От вечного одиночества,

В агонии плача проливая душу карме – палачу

Морским бризом обречённым из нутра неба.

И так каждое новое утро,

Веря в свою веру и несчастную мечту,

…Капля грязи серой, обесчещенная и мертвеющая.

2002 год

Стихи

2008-01-08T07:28:28Z

Сборник стихов, опубликованных Леонидом на сайте «Стихи.ру»

(указаны даты и время размещения на этом сайте)

Острова (лирика: философская, 27.11.2006 10:23)

Лихорадка (лирика: философская, 27.11.2006 10:28)

Ангел (лирика: философская, 27.11.2006 10:33)

Во мраке медленных шагов (лирика: философская, 27.11.2006 10:45)
Лов медуз (экспериментальная поэзия, 30.11.2006 00:01)ГидРа (экспериментальная поэзия, 30.11.2006 00:03)
Сон аллей (лирика: любовная, 30.11.2006 00:05)
Шаман (лирика: философская, 30.11.2006 00:07)

Острова

Острова океана на безлунной дороге –

На песчаной косе пляшут голые боги,

Разжигая огни бирюзою невинно,

На замёрзшей земле созерцая пустыню.

Горизонт кораблей в предрассветном маразме –

В расколовшейся призме в спазме спит дикобраз.

Так создай, собери же свою Преисподнюю

Из умерших кристалликов огненных глаз!

Лихорадка

Кирпичные руки дёргаются –

Игрушечный страх себя,

А днём я молю твоё онеменье,

И сохнут во рту моря.

Твоя память прочтёт морщины на камне,

Что повис в небытие над мостом.

Эти руки сорвут с наших душ чью-то кожу

Указующим в небо перстом.

Ангел

Забывший своё имя,

Умерший в то утро,

Отдавший всё за чудо,

Которого не видел.

Идущий по долинам,

Роняя нервно небо,

Кормя глазами спины

Молчанья чёрствым хлебом.

Вкраплённый в ломоть мира,

Блестишь холодным светом,

В окне весны зимуешь,

Дождём из строчек смыт.

Ты в зеркале из утра,

Порвав на клочья небо,

Создал меня забытым

Внутри телесных пут.

Во мраке медленных шагов

Во мраке медленных шагов

Куда спешить в парах сжигающего яда,

Куда ещё хотеть, если не можешь,

О чём с тобой сегодня говорить?

Смотри же, как мои шаги несёт надежда,

Терпи свои слова, направленные к ней,

Ведь всё, что скажешь, было передано прежде,

Всё то, о чём подумаешь, я выскажу скорей.

Как высоко летать, когда ты не летаешь,

В какое кануть дно, когда на месте ты стоишь.

Привык я верить в то, о чём и ты мечтаешь,

Ты так же, как и я, с рассветом потухаешь,

Наверное, ты солнцем в сумраке горишь

Но только иссякают дни, которых не встречаю,

И снова заползёт в окно замученная ночь.

Во мраке медленных шагов тебя я замечаю,

Куда спешить, когда себя я изгоняю прочь?!

Лов медуз

Иллюзии – миры

В стекле воздуха тонком,

Цветные мыльные пузыри,

Создаваемые ребёнком,

Парят, взмывая в детском дыхании,

Разрываясь от гнета земного пространства

Сферы или о землю ударяясь…

На пену нам лечь,

На пепел, в беспечности,

В радужном шаре,

На несколько секунд ставшем вечностью,

Нашей близостью,

Твоей невысказанностью.

Я вывернут наизнанку Земным Полушарием,

Я вымазан йодом,

Залечен солью,

Наречён болью,

Обречён бредом.

Пот…

Ты что-то требовала? –

В этом благоухании волн,

Сведённых с хоралом цикад,

Звуком лёгких шагов

На аллеях акаций,

Прибоя овации,

Звёзд стада…

Тронь вон ту –

И он сжал обречённо твою ладонь.

Ты хотела постичь мечту?..

Во множестве солнечных обликов,

Во множестве едких брызг

Искусственных, нетленных искусством,

А дальше – пусто.

Мы – мешки с порубленным Богом,

Мы – медузы, что пьют пересоленный сок,

Нас кладут на горячий песок ребятишки-

Демагоги, и в огненной проге

Душим друг-друга в слизи душ.

Шипение грога из кувшина меня

Выпить смог в храме масок,

Столько сказок в подтёках без крови!

А я вновь испаряюсь из любви в старость.

Вон демагоги. В океане столько воды!

Принеси её в сжатых ладонях

Сюда. Разожги, разожми, опусти свои руки

В усталость от наших бескровленных глоток,

Чтобы мы нарекли воду словом «Потоп».

Этот город – порт,

Затопленный пеплом.

Ты горда –

Он горд.

Выйдите из игры!

Я – ребёнок.

Пускаю на волю миры.

Пустите меня к себе на ночлег –

Буду лестно цепями греметь колыбельную

Песню. Из ребячьих ладоней

Я склею ковчег.

Ты ж разбита слепым человеком на части.

Этот радужный сон заражённых калек

Будет съеден стеклянной воздушной пастью,

А иллюзии наши

Проткнули крючком

И закинули в мир,

Созданный стариком.

Ведь иллюзии-миры

В стекле воздуха тонком –

Цветные мыльные пузыри,

Создаваемые ребёнком.

ГидРа

Зачерствелые фразы

Из-под бровей,

Заключения в скобках

(Родительных падежей).

Бесчувствие, вычурность,

Чур на «ты», черновые журналы

Гнали на материки на чём свет стоит.

Я ГидРа. Небрит.

Нефрит.

Ушёл в глубокий трансЛит.

Я самшит. Sunshine –

Замшевое состояние.

Сам шёл. Не лыком шито

Зелени целое состояние!

Зам. Шевалье.

Чувствовал недомогание.

Состоял при дворе Янусов.

Сам сошёл по двубоким ступеням.

Дошёл до «.» Двуречья –

Двуочье.

Думал отречься, но

По клочкам, по кочкам,

По глубоким ранениям

Нашёл тебя.

Рано нашёл.

Из дома не вышел солнцем,

Душой из тела с пеплом вышел.

Только ною да поедаю нытьё.

А ты в индейском платье.

«Муза, слышишь?!» –

стою я в одной наготе.

27.02.2006

Сон аллей

В оседающем солнце, над полянами ветхими,

Вниз, по горным вершинам струятся аллеи,

Уносясь на прибрежных закатах стихами

Вдаль, к рассветным забвеньям шаманов и фей.

Мимо сумрачных взглядов, закованных в бездны,

Сквозь искрящийся шёпот еловых долин –

В чрева каменных эхо подземных подъездов

Верных отзвуков скорби колокольных глубин.

Успокоится город, веки пеплом укроет,

Землю жертвой одарит – миллиардами лет,

Но в осколках сознанья мы друг друга узнаем,

Души спящих цветов нас в себе сохранят.

Успокоятся ветви, что сплели нас в объятья,

Что корявыми строками мучили свет.

Ты родишься Богиней на прибрежном закате,

По цветущим аллеям мы вернёмся в рассвет.

10.02.2004

Шаман

Обречённые занавески слабо колышутся

От потных порывов ветра.

Пластилин окон как-то странно плавится

На солнцепёке.

На небесном диване девушка-карма

Обнажает дарственно своё тело,

Изъеденное жарой и астральным пеплом.

Какой-то субъект кидает брызгами осколки зеркал вверх,

Чтобы не было так одиноко.

Это просто шаман.

Он любит вызывать солёную воду

От всех других незаметно.

Лето 2002 года

Структура блога

2008-01-07T23:51:28Z

Начиная этот блог, я встала перед нелегкой задачей – как выкладывать здесь все то, что у нас есть из Лениного литературного наследия? Пять постов и под катом пять циклов его стихов и эссе? Но каждый из них трудно прочитать в один присест и тем более трудно прокомментировать – все циклы состоит из таких разных по настроению историй. Отдельный пост на каждую миниатюру – блог растянется на многие виртуальные километры. Выбрала золотую середину: на каждый пост несколько произведений, чтение которых занимало бы минут 20. Так как большинство из них не датированы, то выкладывать я их буду в том порядке, в котором сам Леня комплектовал их в циклы.
"Переплетчик"